Чтение онлайн

Афинский улыбается.

— Он умеет другое, Тася. То, что, к сожалению, не подвластно мне. Ему удается спасать жизни. А я никого не смог спасти. Ни сестру, ни ее сына.

— Не вини себя. В такой ситуации и Демид бы ничего не смог поделать. Вряд ли можно остановить машину, которая летит на огромной скорости. Ты же не супер-мен из фильма.

Я поглаживаю Андрея по руке. Он грустно улыбается.

— Ты права, Тася. Мне надо просто смириться с тем, что все так сложилось.

— Смириться и верить, что мы найдем Эрика, — поправляю его я.

— Да, — с благодарностью сжимает мою руку он.

Стинг начинает петь «Иншаллах». Вечная песня, о смирении и надежде на благословение в исполнении задуманного.

— Потанцуем? — посматривает на меня Андрей.

— Прямо здесь? — удивляюсь я.

— А почему нет?

— Вот именно, почему нет? — смеясь, подаю ему руку я.

Еще миг, и мы плавно движемся в медленном танце на фоне мерцающих свечей и сияющей вдалеке синей полосы моря. Иншаллах. Надежда и упование. Внезапно возникшее сильное чувство — наша взаимная симпатия. Притяжение, без которого было бы невозможно существование человечества на земле.

Губы Андрея с нежностью опускаются на мои. Мне кажется, наш поцелуй длится бесконечно — язык Андрея скользит у меня во рту, заставляет дыхание и пульс сбиваться, и кажется, я не хочу никаких угощений. Я хочу принадлежать ему одному.

— Ты прекрасна, — отрываясь от моего рта, тихо шепчет он. Проводит пальцем по моим губам и снова нежно целует их.

Я обвиваю его шею руками, заглядываю в его ореховые глаза, и тону в них, будто в самом глубоком омуте.

Его пальцы скользят по моей спине, гладят, и мягко нащупывают застежку на сарафане. Она плавно едет вниз, заставляя меня сгорать от предвкушения волшебства.

Андрей с вожделением смотрит на белый ажурный лифчик и медленно приспускает бретели вниз. Одна за другой, они падают вслед за сарафаном.

Он гладит мои обнаженные плечи, его руки скользят по спине, а губы жадно впиваются в ложбинку у основания шеи. Я прижимаюсь к его сильному телу, и меня бросает в дрожь от неприкрытого страстного желания.

Осторожно щелкает застежка на лифчике, и Афинский уверенно тянет чашечки вниз. Его взгляду открывается моя грудь с пламенеющими в отблесках пламени ярко-розовыми сосками. Затаив дыхание, он по очереди приникает губами к тугим горошинам сосков.

Мое тело пронзает наслаждение. Я запускаю пальцы в его русые волосы и подаюсь навстречу его горячим ласкам.

Мы оказываемся на постели. Я нащупываю край его черной футболки и тяну ее вверх.

— Подожди немного… — хрипло бормочет он и быстро стягивает ее через голову.

Нет большего наслаждения, чем гладить ладонями крепкие мышцы его груди. Я приникаю к его коже губами. Покрываю его бицепсы нежными поцелуями и прикрываю глаза от удовольствия.

Его ладонь уверенно ложится на низ моего живота. Затаив дыхание, я ощущаю, как она движется ниже, отодвигает резинку ажурных трусиков и мягко сжимает нежную плоть.

Его рот накрывает острый сосок правой груди и игриво посасывает его. С моих губ срывается стон. Тело, такое мягкое и податливое, выгибается ему навстречу. Пальцы его руки, ритмично лаская, уверенно проникают внутрь, ложатся на клитор и скользят в горячее нежное лоно. Я тихо всхлипываю и откидываюсь на мягкие подушки.

— Какая ты влажная… — Прижимая меня к себе одной рукой, и продолжая массировать внутри второй, прерывисто выдыхает мне в шею Андрей.

Я не отвечаю. Я просто не могу говорить. Меня полностью захватило происходящее между нами. Каждая клеточка моего тела наполняется желанием. Андрей покрывает горячими поцелуями мою грудь, терзает губами тугие горошины сосков, и продолжает интенсивно массировать меня внутри. Ощущения от его прикосновений и ласок такие острые, что не выдерживаю и вскрикиваю.

— Сейчас, принцесса, подожди меня немного, — крепко целуя меня в губы коротким поцелуем, Андрей отпускает мое тело.

С моих губ срывается разочарованный вздох. Я слышу, как он стягивает с себя джинсы, и как шелестит в небольшой тумбочке обертка от упаковки презервативов.

Отбросив в сторону смущение, я стягиваю с себя сарафан.

Андрей возвращается ко мне. В его глазах золотистым огнем горит желание. Медленным движением руки он стягивает с меня трусики и отбрасывает их в сторону. Устраивается между моих ног и срывает обертку с защитного средства. Я все еще немного смущаюсь тому, что на нас нет одежды. Но внизу живота все сводит от страсти. Я безумно хочу принять его в себя. Хочу ощутить себя заполненной им.

Обезопасив нас двоих от нежелательных последствий, Андрей опускается на меня и накрывает мои губы властным поцелуем. Я чувствую, как он сначала мягко, а потом все увереннее заполняет меня собой.

Между ног все сжимается сладким спазмом, и я, желая ощутить его как можно глубже, подаюсь навстречу. Он гасит у меня на шее приглушенный стон, и двигается во мне быстрее.

Я комкаю простынь, пытаюсь держаться за его плечи, и растворяюсь в безумной страсти.

Руки Андрея сжимают меня крепче. Мое дыхание сбивается. Тело откликается на каждое прикосновение, на каждый вздох. Внизу живота все сводит в тугую пружину, и я, громко вскрикнув, утыкаюсь ему в плечо. Он вбивается в меня резко, глубоко, заполняя собой без остатка. Я чувствую, как сладко сжимаюсь вокруг него, и как волна горячего тепла окатывает бедра и низ живота. Чувствую внутри его финальные толчки. Наше дыхание — одно на двоих — становится прерывистым. Желание, лишая способности мыслить, полыхает ярким пламенем, и за ним следует разрядка — будто взрыв тысячи волшебных искр, она накрывает нас одновременно.

Андрей придавливает меня своим телом, а потом откатывается на подушки.

— Это было… так… волшебно… — подрагивая всем телом от недавно пережитого оргазма, бормочу я.

— Иди ко мне, — тянет меня к себе на грудь он.

Я с удовольствием устраиваюсь в его объятиях, и мы тихо лежим, слушая, как бьются наши сердца. Андрей ласково перебирает мои светлые волосы и лениво целует меня в макушку. Я вдруг осознаю, что Стинг все еще поет свои песни в музыкальном центре.

Не знаю, сколько мы так лежим. Время теряет счет, когда растворяешься в блаженстве близости с любимым мужчиной. Раньше я не знала, что есть такое наслаждение — вдыхать запах его кожи, прижиматься к его телу и ощущать волшебные мурашки, которые разлетаются в разные стороны от его прикосновений. У камина пылают свечи, сквозь полупрозрачные шторы виднеется полоса бесконечного моря, а мы продолжаем прижиматься друг к другу.

— Может, подать тебе вина? — обводя пальцами мои губы, заглядывает мне в глаза Андрей.

— Можно… — глупо улыбаюсь я.

Андрей приподнимается. Быстро натягивает белоснежные боксеры и подсаживается к небольшому столику.

— Ничего, если я просто накину на себя покрывало? — закусив губу, томно посматриваю на него я.

— Ничего. Ты и без покрывала очень гармонично вписываешься в картину, — посмеивается он.

— То есть, я без одежды тебя не смущаю? — прикрывая грудь и бедра покрывалом, подбираюсь к нему сзади я.

— Поверь, ни капли не смущаешь… — протягивает мне бокал вина он. — Разве что будоражишь воображение и кое-что пониже.

Мы переглядываемся и замираем. Я медленно отпиваю вино из бокала и чувствую, как рука Афинского забирается под покрывало и ложится на низ моей спины. Его ладонь настолько горячая, что по позвоночнику растекается жар, который постепенно окутывает низ живота. Я поднимаю на Андрея затуманенный вожделением взгляд и читаю в его глазах жадное ответное желание.

Похоже, наше помешательство друг другом только начинается.