Чтение онлайн

Открыв глаза, Клэр привалилась лбом к холодному стеклу.

Ей было тяжело дышать, ей было невероятно тяжело думать обо всём, что произошло, но произошедшее оставило такой глубокий след в ее жизни, что это невозможно было забыть.

И только теперь Клэр начинала понимать, что порыв немедленно коснуться его был продиктован не просто желанием помочь ему. Помочь тогда, когда он сам помог ей, ничего не прося взамен.

Господи, ее продолжало тянуть к нему! С такой отчаянной силой, что когда Эрик оказывался рядом с ней с листочком в волосах, она ни о чем другом не могла думать. Она чувствовала лишь его присутствие, его запах, его взгляд… Его всего. Это становилось похожим на наваждение. Это начинало преследовать ее во сне и наяву. У Клэр было такое ощущение, будто она заболела. Если прежде влечение к нему было едва осознаваемым, теперь от этого никуда невозможно было деться, потому что оно поглотило ее целиком и полностью.

Вот что заставило ее пригласить его на музыкальный вечер своего дяди, пораженно думала Клэр, вспоминая первые дни их знакомства. Вот, что толкнуло ее согласиться на прогулку с ним. Боже, уже тогда ее влекло к нему настолько, что она ничего не могла поделать с собой! Желая ощущать те удивительные чувства, которые охватывали ее, когда он оказывался рядом, она, будто лишившись воли, шла за ним, лишь бы еще чуточку побыть возле него. Никогда прежде она не ощущала такой сильной тяги к другому человеку. Клэр была вынуждена признать, что таких чувств она не испытывала даже к Клиффорду, когда выбегала к нему на тайные свидания.

Вот что вело ее уже с тех самых дней, когда она, не понимая происходящего, списывала всё на радость и симпатию от встречи с Эриком.

Теперь было более чем очевидно, что это не так. Далеко не так. Дело было не просто в симпатии. Ее влекло к Эрику так безудержно, что она не могла даже бороться с этим. И сила притяжения могла в любой момент сломить ее, предать, заставить отречься от всего того, во что она прежде верила.

Клэр была напугана. Настолько, что не знала, что ей теперь делать. Как теперь встречаться с ним и подавлять свои чувства? Клэр почему-то была уверена, что если вновь представиться случай, она… она не сможет устоять и непременно коснется его. Чтобы еще раз ощутить то парализующе сладкое волнение, от которого трепетало всё тело. От которого перехватывало дыхание. Клэр не могла даже здраво мыслить, когда была рядом с ним. Почти как тогда под деревом, когда поддавшись очередному порыву, вытащила листок из его волос.

Странное чувство, похожее на сгусток робкого томления заполняло ее всякий раз, когда мысли об Эрике теснили сознание. Чувство, похожее на то самое предвкушение чего-то особенного, почти волшебного, которое она испытывала всякий раз, когда садилась играть за фортепиано!

Боже!

Застонав в очередной раз, Клэр отвернулась от окна и подошла к мерно горевшему камину, надеясь, что сумеет взять себя в руки. Рука… Подняв повыше забинтованною руку, Клэр ощутила легкую саднящую боль, но это не очень беспокоило, ведь совсем скоро всё это пройдет. Рука заживет, а вот воспоминания никуда не исчезнут.

Особенно те, которые невозможно было объяснить.

Невозможно было объяснить, зачем она пожелала оставить у себя кольцо Эрика. То самое кольцо, которое он надел ей на палец в день свадьбы. Невероятно красивое тяжелое кольцо, которое она продолжала носить, и до сегодняшнего дня ей даже в голову не приходило снять его. Кольцо, которое хранилось сейчас в маленькой шкатулке для драгоценностей. Днем Клэр показалось неправильным, если Эрик заберет его. Не так она хотела вернуть ему кольцо. А она должна была вернуть кольцо, ведь он вёз ее к Клиффорду для того, чтобы дать ей развод, чтобы освободить ее. Но вместо того, чтобы думать о Клиффорде, Клэр изнывала мыслями о том, чье кольцо пожелала сберечь.

Кого не взяла бы себе в мужья добровольно… Вот только теперь она не была в этом настолько уверена!

И в этом заключалась вся ирония ситуации, в которой она оказалась.

Вместо того, чтобы держаться от него подальше, она не могла перестать думать о том, чтобы защитить его. Защитить от того, чего пока не могла понять. Защитить тогда, когда мир неосознанно причинял ему боль. Анна… Маленькая девочка, которая не смогла бы причинить ему вреда, но когда она приблизилась к Эрику, который, побледнев, отступил назад, не в состоянии терпеть чужую близость, вместе с тем прижимая жену к своей груди, Клэр отчетливо поняла, что готова защитить его от мира, который так странно пугал его. Защитить так же, как он защищал ее.

Глядя тогда на его бледное застывшее лицо, Клэр впервые подумала о причинах, которые вызывали в нем эти страхи. Почему он так боялся близости, прикосновений других? В этом было что-то не так и теперь беспокойство снедало ее настолько, что она не могла найти себе места.

Клэр была растеряна. И сбита с толку. От того, что стала испытывать. От того, что не должна была испытывать. И делала то, что никогда бы не сделала, будь на его месте кто-то другой. Она не могла объяснить свой поступок с листочком, но даже тогда Клэр не смогла сдержаться. Она была заворожена его пристальным взглядом. Смотрел так, что ее пробирало насквозь. Она не смогла сдержаться еще и потому, что увидела в его глазах нечто похожее на отчаяние. Он ведь помнил. Помнил всё то, что произошло в прошлом. Прошлое, которое воскресил невинный листочек. Прошлое, которое связало их.

И Клэр подошла. Так же как в тот далекий день. Подошла, чувствуя, как неистово бьется сердце, как почти подгибаются колени. И когда коснулась его, когда вытащила листок, только тогда ошеломленно поняла, что это было так же важно и для нее. Важно то, что произошло в прошлом. И то, что она сделала сегодня. То, что она должна была сделать. Чего она не смогла бы не сделать.

А когда в ответ он сам подошел и коснулся ее… Клэр до сих пор не могла унять дрожь от его прикосновения. Словно он вручил ей тогда нечто особенное. Чего она не хотела терять, что собиралась сберечь и хранить возможно до конца жизни.

«Ты — моя жена, Клэр. Я всегда поймаю тебя…»

Клэр отвернулась и отошла от камина, не находя себе места.

Они снова остановились в красивой и уютной гостинице, где предстояло переночевать. Эрик проводил ее до самых дверей комнаты и, пожелав спокойной ночи, ушёл к себе. В тот момент Клэр была так сильно взволнована тем, что он сам решил проводить ее, что не смогла вымолвить ни слова. Боже, он ведь спас ей жизнь, забинтовал руку, вернул ей любимую шаль, а она не смогла пожелать ему даже спокойной ночи!

Что он подумает о ней? Несомненно, решит, что она самая неблагодарная из людей.

Угнетало еще и то, что недавно ей помогли помыть голову, но из-за рассеянности Клэр отпустила горничную, а теперь не представляла, как с забинтованной рукой заплетет волосы на ночь.

Смятение переросло в отчаяние, а отчаяние — в крайнюю степень безысходности.

— Господи, да что со мной такое? — в сердцах воскликнула Клэр.

И тут же замерла.

Потому что раздался стук в дверь. Тихий, но очень отчетливый.

Кто-то в полночь стучался в ее дверь!

Она застыла у камина, не в состоянии пошевелиться. Кто мог так поздно прийти к ней? Не мог же… не мог же Эрик вздумать… так поздно…

— Клэр, ты спишь?

Клэр ошеломленно смотрела на дверь, не веря своим ушам.

Потому что это действительно был Эрик.

Так поздно? Но… Что-то случилось?

— Клэр?

Она встрепенулась. Сердце на мгновение замерло в груди, а потом забилось так быстро, что она не могла дышать, не могла заставить себя заговорить. Понимая, что нужно отреагировать, Клэр сделала глубокий вдох и зашагала к двери, не представляя, почему он пришёл.