Чтение онлайн

Затем он увидел женщину. Она скрючилась в углу кровати. Она стояла на коленях, опираясь на руку, а другой сжимая простыню. Рука, на которую она опиралась закоченела.

На ней было платье без рукавов, с большим вырезом на спине. На левом плече Майк заметил красную точку.

След от укола!

Майк зябко поежился, подошел к кровати, коснулся пальцем шеи молодой женщины, пытаясь нащупать артерию.

Пульса не было. Все страхи и сомнения Дженис Мартин закончились раз и навсегда.

Майк быстро прошел по другим комнатам. В гардеробе висит какая-то одежда. Книги, журналы, телеграмма двадцатилетней давности. В комоде женские вещи.

Но Лесли Блер нигде не было.

Майк Аллард понял: еще немного, и его охватит паника. Он постарался взять себя в руки. Да, надо постараться как можно скорее разыскать Лесли. Но в доме случилось убийство. О кончине Дженис Мартин следовало сообщить в полицию.

Но тотчас же ему в голову пришла новая идея. Как-никак сейчас он выступал в роли секретного агента. Скорее всего, контора, к которой он теперь имел отношение, желала бы разобраться с ситуацией по-тихому, без той огласки, которая неизбежно возникнет, если в дело вмешается полиция. Майк вернулся в спальню, пристально посмотрел на Дженис Мартин. Он знал, что в таких случаях нельзя трогать труп, но все же…

Майк наклонился над мисс Мартин и пальцем закрыл веки на глазах, в которых застыл ужас. Потом его пальцы нащупали клочок бумаги с каракулями. Похоже, это было ее отчаянной попыткой сообщить миру о том, что она вдруг поняла.

Майк выпрямился, разбирая каракули. «Барели-хауз… Теперь или…»

Больше ничего Дженис Мартин написать не успела. Последнее слово переходило в волнистую линию, ведшую в никуда, в небытие.

Но этого Майку было более чем достаточно. Он быстро спустился вниз, в холле нашел телефон на столике. Там же лежал справочник. Майк набрал номер сэра Ноэла Рэнсома. Увы, в трубке мерно раздавались редкие гудки.

Шестнадцать двадцать два. Надо торопиться. Двенадцать минут спустя Майк оказался возле Барсли-хауза. Это был дом эпохи Эдуарда, за живой изгородью и с небольшим газоном. Парадная дверь приоткрыта.

Майк вошел в дом, громко окликнул хозяев. Ответом ему было молчание. Он думал, что появится кто-то из прислуги, но ошибся.

Аллард осмотрелся. Он стоял в квадратном холле. Напротив него маячил рыцарь в латах. Рядом массивная дубовая дверь, похоже, там библиотека. Дверь чуть приоткрыта.

Майк распахнул дверь, на мгновение застыв на пороге. Опять этот запах сандала!

За большим дубовым столом он увидел худого загорелого седого человека. Он уронил голову на крышку стола, вытянув перед собой руку. За его спиной стояла девушка. Она глядела на мужчину. В ее правой руке Майк увидел шприц.

Это была Лесли Блер.

Нервы Майка натянулись, словно струны. Лесли Блер что-то невнятно пробормотала и зашаталась. Майк подскочил к ней и вовремя подхватил, когда она стала оседать на пол. Голова ее запрокинулась, зеленые глаза были подернуты пеленой.

Майк перенес ее к большому кожаному креслу, осторожно опустил. В стеклянном шкафчике у окна он заметил бутылку с бренди и стаканы. Он налил немного, потом заставил Лесли сделать глоток.

Белое как мел лицо Лесли порозовело. Зрачки, правда, оставались словно булавочные головки, как у наркоманки. Но Майк понимал, что Золтан вкалывал ей не героин. Во всяком случае тот действовал иначе.

Губы Лесли зашевелились, но она ничего не сказала. Она обмякла в кресле, но дыхание сделалось ровнее. Она прикрыла глаза, пальцы рук, лежавшие на коленях, то сжимались, то разжимались.

Майк подошел к Рэнсому, посмотрел на него, коснулся рукой щеки. Она была теплой, но ученый был мертв. Майк понял это еще раньше. Увы, он уже ничем не мог помочь бедняге.

Майк услышал за спиной тихий стон и вернулся к Лесли, опустился на колени у ее кресла. Она открыла глаза и теперь взгляд стал осмысленней. Она с трудом проговорила:

— Мистер Аллард, это вы? Боже мой…

Она перевела взгляд на свою правую руку, все еще державшую шприц. Все ее тело вдруг свела какая-то судорога. Майк взял ее за левую руку и не отпускал, пока Лесли не перестала дрожать.

— Что случилось? — пробормотала Лесли. — Я видела вас в пивной, потом меня запихали в машину… потом…

— Все в порядке, Лесли, все в порядке, — Майк поймал себя на том, что обращается к ней по имени.

— Прошу вас, объясните, что случилось? — Она тревожно посмотрела на Алларда.

— Вас похитили. Вчера… И с тех пор держали на уколах.

— На уколах?

— Да. Потому-то вы и не можете вспомнить, что случилось с тех пор, как вас запихали в машину.

— Но зачем я им нужна?

— Расскажу, но потом. А сейчас у нас есть заботы поважнее. — Он вынул из кармана платок, осторожно взял им шприц и сунул в боковой карман пиджака.

— Вы знаете, где находитесь? — спросил Майк и, не дожидаясь ответа, сам же и ответил поморщившись: — Господи, что за глупый вопрос! Нет, конечно…

Лесли удивленно озиралась.

— Как странно, я тут никогда не бывала. Как я здесь вообще оказалась?

— Вы в доме известного ученого-ядерщика Ноэла Рэнсома. Он погиб — от укола из этого вот шприца. Вы понимаете, что я говорю?

— Ой! Не может быть! — Она отшатнулась от Майка, глядя на него, как перепуганный насмерть ребенок.

— Успокойтесь, — отозвался Майк. — Я понимаю, что вы тут ни при чем. Но нам надо поскорее убраться отсюда. Вы можете идти?

Лесли молча кивнула.

— Тогда обопритесь на меня. — Майк встал, помог подняться Лесли и повел ее по комнате. Тут он обратил внимание, что один из ящиков письменного стола выдвинут. Но, похоже, теперь там уже ничего не было.

Он посадил Лесли в машину, завел мотор. Затем он доехал до конца тупичка, чтобы там развернуться, и вдруг увидел вишневый «бентли», стоявший у проулка, который вел к группе особняков. Что-то зашевелилось в его памяти. Кажется, он уже раньше видел эту машину. Или ее родную сестру. Он высунул голову из окна, чтобы увидеть номер.

Это была машина Тима Карлтона.

Майк наконец развернулся и выехал из тупика. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил опять. Лесли коснулась его руки. Он улыбнулся ей и спросил:

— Ну как, немного полегче?

— Странное чувство. Вроде проходит оцепенение… — Она уронила руку и добавила: — Вы говорили, мне что-то кололи?

— Да, потому-то вы ничего и не помните. Вы только теперь начинаете приходить в себя.

— Но почему?

— Это долгая история.

— Прошу вас, расскажите, что случилось?