Чтение онлайн

— Наконец-то, мы можем понять, в чём предназначение её кэнтрика, — раздался позади голос Шамана.

Пэнтер взглянул на него через плечо, заметив небольшую группу людей, столпившихся рядом с камерой Скай.

— О чём это ты?

— Всё думаю, зачем кому-то понадобилось вживлять кэнтрик прямо в сердце. В общем, есть у меня одна мысль. Тот, у кого кэнтрик в сердце, никогда не сможет избавиться от него.

— В смысле?

— Полагаю, кэнтрик вживлён в сердце, чтобы её контролировать. Наказание, как она это называет. Маг, который это сделал, наложил заклятье на кэнтрик, чтобы наказывать каждый раз, когда она нарушает запреты или, наоборот, отказывается делать то, что от неё требуется. — Как в случае с исполнением лунного ритуала…

— Поэтому он вживил кэнтрик туда, откуда она никогда не сможет его извлечь.

— Похоже на крайнюю меру, — высказал своё мнение Тай.

— Согласен, — Шаман поправил кружевные манжеты на рукавах, а потом задумчиво продолжил. — Начинаешь задумываться, как сильно она сопротивлялась ему, что он прибегнул к такой крайней мере.

— Получается, она была рабыней? — спросил Тай. — У своего собственного народа?

Пэнтер сжал руки в кулаки.

— У одного человека.

У Бирика. О, Богиня, он не знал, какая она. Он вообще больше ничего не знал. Но ведь было же очевидно, что с ней плохо обращались. Только вот тот ужасный ритуал. Казалось, она полностью растворилась в кровавой бойне и сексе. Она заставляла его трахаться с ней против воли. И он поверил Вайперу. Поверил тому, что все слова Скай обман. Сейчас же, возвращаясь к той ночи, Пэнтер явно помнил, как зажата она была, даже несмотря на попытки Бирика подготовить её к совокуплению. Он допускал, что её влечение к нему было поддельным. Но теперь-то точно знал, что их секс был против воли обоих.

Пэнтер в который раз посмотрел на хрупкую, искалеченную красоту. Казалось, так ясно он видел её впервые. С восьми лет она сражалась с Бириком, как маленький котёнок. Но ради чего?

Ради своих животных.

Пэнтер взглянул на Лиона.

— Скай — волшебница.

— Волшебница? — переспросила Кари.

Ей ответил Шаман.

— Истинный дух природы, из которого произошли Маги. Волшебниц почти не осталось. Я видел, как они призывают птиц или бабочек. Иногда пчёл. Но воздействовать на ваших животных — это что-то невероятное.

— Что именно она делала для Мага, Пэн? — спросил Лион.

— Точно не знаю. Скай призывала из леса животных, сразу пять или шесть, которых Бирик потом приносил в жертву. Он убивал их, а её всю, с головы до ног, обливал их кровью, пока она… исполняла… ритуал. Именно этот ритуал помог Бирику вытащить из кинжала три духа Дименов.

Шаман нахмурился.

— Значит, жертвоприношения нужны ему, чтобы вызвать тёмную силу. Только вот убийство животного противоречит самой природе истинной волшебницы.

Пэнтер кивнул.

— Вот почему в кэнтрик заложено наказание.

Всё вдруг стало ясно. Хотя… не совсем. То, что Скай не хотела убивать животных, ещё не означает, что она питает какую-то привязанность к Диким воинам и Териин, вечным врагам Магов.

— Почему же наши животные так реагируют на неё? Ведь она же, наоборот, должна притягивать их к себе? — вдруг спросил Тай.

Шаман повернулся и задумчиво посмотрел на него.

— Не знаю. Возможно, они просто чувствуют, что вы не доверяете ей, поэтому так себя и ведут. Или, может быть, им самим в ней что-то не нравится. В любом случае, будьте осторожны. Неизвестно, что ещё было заложено в кэнтрик. Она, сама того не желая, может представлять для вас серьёзную опасность.

— Думаешь, он может попытаться использовать её как оружие против нас? — спросил Лион.

— Всё возможно. Просто будьте предельно осторожны.

Пэнтер посмотрел на маленького человека.

— Есть ли хоть какой-нибудь способ очистить кэнтрик от магии?

— Пока жив тот, кто сотворил заклинание, нет.

— Он жив. Но ненадолго.

Порезы перестали появляться на теле маленькой ведьмы. Убедившись, что всё закончилось, Пэнтер вытащил нож и разрезал верёвки, связывающие запястья Скай. Затем подхватил её на руки и встал.

— Поместишь в другую камеру? — спросил Лион.

— Нет, она останется со мной.

Лион поджал губы.

— Ты же слышал, что сказал Шаман. Да, Скай сопротивлялась Бирику в прошлом, но это не означает, что сейчас она не опасна.

— Слышал. Но я перед ней в долгу.

— Как ты можешь быть перед ней в долгу? Она ведьма, Пэн.

Пэнтер выдержал взгляд своего Лидера.

— Я помню это. Но Скай заслужила доверие, и я намерен ей помочь.

— Помочь ты можешь и здесь.

Пэнтер покачал головой, развернулся и зашагал прочь. Конечно, если рассуждать логически, он знал, что Лион прав. Скай всё ещё представляла для них угрозу, хотела она того или нет. Но стремление защищать, которое он пытался подавить с тех самых пор, как впервые увидел Скай, набирало обороты подобно скорости света.

— Пэн…

— Увидимся утром, Ро.

Пэнтер нёс Скай в душ, не переставая думать о том, что произошло. Сейчас он признавал, что интуиция его не обманула. Скай не его враг, и никогда им не была. Она — почти всю свою жизнь — была такой же пленницей Бирика, как и он сам. Пэнтер зашёл в душевую, открыл кран, дождавшись, когда вода станет тёплой, прислонил голову Скай к своему плечу и, не раздеваясь, шагнул внутрь. Долгое время Пэнтер стоял под горячей струёй воды и держал свою маленькую ведьму, думая обо всём, что она говорила ему. О жестокости, свидетелем которой он стал, и глубокой грусти, казалось, навеки поселившейся в её глазах. Но ни разу не видел он, как Скай сжималась от страха. Она ведь знала, что если освободит Дикого из плена, гнев Бирика будет ужасен. Но Скай сделала это. Несмотря ни на что. Возможно, он и спас её от немедленного возмездия, но заставил страдать по-другому.

Именно из-за этой стойкости и силы перед лицом такого страшного насилия, Пэнтер поверил в заявление Вайпера о том, что Скай добровольный и искусный участник своего собственного избиения. И, всё же, в глубине души он не верил этому. В ней всегда было что-то невинное. Что-то неестественно наивное. Теперь Пэнтер это понимал.

Он положил Скай на скамейку и стал стаскивать с неё промокшее платье. Его ошарашенный взгляд остановился на множестве поблёкших порезов, которые в бесчисленном количестве пересекали грудь, соски, нижнюю часть живота и вместе составляли рисунок, напоминающий решётку. Как она вытерпела такую боль, не издав при этом и звука, Пэнтер не мог понять. Или это ещё один урок из тех, которые преподал ей Бирик? Ведь Скай было восемь, когда этот мудак вживил ей в сердце кэнтрик. Всего восемь.

Пэнтер снял с себя грязную одежду и снова подхватил Скай на руки. Затем взял мыло и сел прямо на плитку под тёплую струю воды, скрестив ноги в манере, присущей его предкам. Устроив Скай у себя на коленях, он тщательно, но осторожно стал смывать следы крови с её тела. Порезы медленно исчезали. Смыв остатки пены, он завернул Скай в толстое пушистое полотенце, а другое обернул вокруг своей талии. Затем понёс её наверх, в свою спальню. Натянув на себя спортивные штаны, Пэнтер одел Скай в одну из своих шёлковых рубашек и уложил в постель. Едва он забрался на другую половину кровати, как Скай шевельнулась, а её ресницы дрогнули. Но как только Пэнтер опять посмотрел в её глаза и увидел отражающиеся в них медные кольца, его как будто обожгло острой волной воспоминаний. В голове всплыл злобный взгляд других глаз с такими же кольцами. Старая ненависть вспыхнула с новой силой.

Скай смежила веки.

— Скай… — Пэн потянулся к её руке и стал нежно перебирать пальчики. — Не бойся, маленькая моя. На сегодня ты в безопасности.

Ничего не отвечая, Скай повернулась на бок, пододвинулась и положила ладонь ему на грудь. Она нуждалась в утешении и защите, даже если это исходило от человека, который относился к ней, как к врагу. Этот простой жест, исполненный доверия, глубоко тронул Пэнтера. Скай снова провалилась в сон, рука соскользнула с его груди. На этот раз Пэнтер прижал ведьму к себе, и она обвилась вокруг него, как тогда в пещере. Теперь голова Скай покоилась на груди Пэна, а он обнимал её и чувствовал, как зарождающаяся внутри нежность освобождает душу от разъедающей злости.