Чтение онлайн

– Сложно всё, - проговаривает он. – Для него я будто всегда недостаточно хорош. Вот и сейчас папа пытается воздействовать на меня через суды. Я отказался участвовать в инвестиционном бизнесе, который мне достался со смертью мамы. Отец решил в отместку опротестовать распределение наследства.

– Ты волнуешься? Из-за того, что вы не общаетесь?

– Он ведь мне родной, - говорит Матвей, отворачиваясь. Видно, что переживает. – Отец совершенно точно не плохой человек. Одно время он был под сильным влиянием своего друга, отца Ники. Но они давно не общаются, слава богу.

– Ясно, - судорожно тереблю свой стаканчик с шампанским. – Твоя очередь задавать вопрос.

Матвей пристально рассматривает мое лицо, заглядывает в глаза. Затем озирается вокруг. Ни души. Ни одной живой души вокруг. Восторг и жуть одновременно.

– Расскажи мне всё, Вика - просит тихо. – Что тогда случилось? Я же вижу, ты мучаешься.

Тело каменеет, становится будто чужим и безумно тяжелым.

– Ты обещала, что будешь доверять.

Усмехаюсь. Как? Как истолковать ему, дело не в доверии между нами, а в том, что Матвей возненавидит собственного отца после того, как узнает правду?!

– Вика, - окликает.

Тысячи мыслей в голове. Безрадостных.

Кому верить? Матвею или личной интуиции.

Показать ему, что доверяю, при этом навсегда разрушить отношения с собственным отцом? К тому же наверняка Матвей так просто эту информацию не оставит и тогда Андреев старший совершит то, что обещал…

– Вика, - еще раз зовёт он, голос становится требовательнее.

– Когда-нибудь ты все узнаешь и все поймешь, - качаю головой и выбрасываю стаканчик в пакет с контейнерами. – А пока - я выбираю действие.

Вскидываю на него горящие глаза, в которые вкладываю всю бесповоротность своего решения.

– Блд, почему ты такая вредная?

– Вот, всё-таки есть во мне то, что тебе не нравится, - пытаюсь сменить тему. – Ты сам озвучил правила, и мой выбор — действие.

Удручающе вздыхает и чертыхнувшись тянется к бардачку.

– Хотел на Новый год. Но ты меня так выводишь из себя, что боюсь убить тебя до этого светлого праздника, - смеется собственной шутке.

Нервно хохочу и слегка бью кулачком твердое плечо.

Когда я вижу, что именно появляется в его руках, на глаза тут же набегают слезы.

Не верится.

– Матвей, - выдыхаю всхлипывая.

– Помнишь я рассказывал тебе про двойные звезды? – говорит он, силясь усмирить дрожь в голосе.

– С одним центром гравитации?!

– Да, - кивает Матвей и извлекает из чёрного бархата сверкающее кольцо. – Ты моя двойная звезда, Вика. И что бы ни случилось, меня неизменно притянет к тебе.

– А меня к тебе, - произношу затихая, когда на безымянном пальце оказывается кольцо.

– Я люблю тебя, - признается, целуя застывшие губы.

– И я тебя люблю, Матвеюшка, - счастливо смеюсь, когда он иронично закатывает глаза. – Уже можно к тебе притянуться? – спрашиваю, кусая губы.

Вместо ответа сильные руки подцепляют мои локти. Оказываюсь на его коленях раньше, чем успеваю ойкнуть. Трусь о внушительных размеров пах, и обвиваю руками мощную шею.

– Надеюсь, секс входит в программу вечера? – осведомляюсь, тяжело дыша и приклеиваясь к твердой груди.

Спустя три месяца.

Судорожно растираю бледные щеки ладонями и прохожу в кабинет.

Мне страшно.

Я думала, будет проще. Когда узнала, что беременна, рыдала в туалете навзрыд.

Не потому, что не хочу ребенка. Просто страшно пройти все это вновь. Возможно, поступаю неверно, но Матвею решила не говорить хотя бы до первого скрининга.

При этом есть большое подозрение, что он всё знает. Настораживает гранатовый сок в холодильнике и тот факт, что Матвей взял часть занятий в моей студии на себя.

Он снова танцует.

Боже. Это каждый раз восторг и слезы – наблюдать за ним. А еще гордость.

– Располагайтесь, - говорит врач любезно.

Оставляю вещи на стуле и застилаю кушетку одноразовой пеленкой. Зажмуриваю глаза, когда по коже на животе растекается прохладный гель.

Господи, умоляю. Заклинаю. Пусть все будет хорошо.

Читаю про себя молитвы все, которые знаю. Каждое воскресенье мы стараемся посещать храм. Примерно через месяц состоится наша с Матвеем свадьба и одновременно обряд венчания.

Сосредоточиваюсь на прикосновениях ультразвукового датчика. Врач целится в экран, хмурится, называет какие-то цифры медсестре. Даже если сильно пошевелить мозгами, не вспомню, как именно я посещала все эти обследования во вторую беременность.

По всей видимости, настолько переживала и страдала, что делала всё на автомате. Сегодня с утра оказалось, что я даже не знаю, где именно находится нужный кабинет в медицинском центре.

– Одевайтесь, - говорит доктор и убирает датчик на подставку.

– Всё? – спрашиваю испуганно.

– Конечно, всё, - приятно улыбается женщина.

– Всё хорошо? – спрашиваю и жду ответа не дыша.

– Всё отлично! Частота сердечных сокращений в норме. Длина носовой кости, толщина воротникового пространства, окружности головы, живота, рост – всё в норме и соответствуют сроку. Немножко низко прицепилась негодница, но будем наблюдать.

– Негодница? – повторяю, округляя глаза.

– Да, могу с точностью девяносто процентов сказать, что у вас будет дочка. Обычно в первый скрининг мы не говорим пол, но у вас он очевидно выражен. Наверное, дочка будет красавицей.

– Наверное, - повторяю еле дыша.

– Вам плохо?! – вдруг испуганно спрашивает врач.

– Нет, - тут же улыбаюсь и подлетаю с места. – Мне очень хорошо. Спасибо вам.

– Не стоит так резко вставать. Фотографию для папы вас распечатать?!

– Конечно. Конечно. Пожалуйста. И спасибо вам огромное!

Выхожу из кабинета с улыбкой во все лицо и зажатым в руке снимком.

Дочка.

Господи, спасибо тебе!

Да. Хочу дочку с ямочками на щеках и с голубыми глазами. Хочу дочку, чтобы заплетать ей косички и покупать пышные платишки-зефирки.