Чтение онлайн

Но, в тот момент, когда я заговорила о своих страхах, этот надежный веселый мужчина испарился, оставив вместо себя опять дикого Зверя, жутко глядящего на меня и рычащего только лишь: «Ты — моя жена!».

С этим Зверем невозможно было разговаривать, его нельзя было ни в чем убедить…

И я сказала то, что он хотел услышать.

А вот теперь… Как мне быть теперь?

Он берет меня, по праву мужа, он нежен, заботлив… Он такие слова говорит…

И, наверняка, в глазах всех своих одногодок, воспитанных правильно, я выгляжу невероятно неблагодарной и лживой тварью.

Может, мне надо смириться? Может, надо принять уже свою судьбу?

Я смотрю на себя в зеркало…

И не нахожу правильного решения.

Нет его.

Нужно, наверно, подождать. Нужно понять, как он себя будет вести в обычной обстановке. Как мы с ним будем жить не в состоянии войны. Удавалось же нам как-то договориться там, в пещере?

Может, и сейчас получится?

— Нет, сегодня занят. Да. Салам, дорогой.

Саюмов нажимает отбой, смотрит в окно холодным взглядом, а затем, не оборачиваясь, бросает помощнику:

— С ним больше не соединять.

Помощник кивает и выходит.

А Саюмов разворачивается ко мне, усмехается:

— Рустам Байкулов — настойчивый парень.

Не комментирую. Смысла нет говорить о крысе. Обсуждать крысиные повадки. Она от этого лучше не станет, в благородного зверя не превратится.

— Ладно, давай вернемся к нашим делам, — Саюмов берет в руки бумаги, бегло пролистывает, — мои юристы все проверили, собственно, все вправки внесены, твои тоже заверили… К делу?

Киваю.

Открытие нового направления, в котором мы с Саюмовым выступаем в качестве партнеров, официально можно считать подтвержденным.

Европа… Это хороший рынок, хороший кусок.

У Саюмова есть все нужные связи, у меня — новые технологии.

До недавних пор Рустам Байкулов, будущий родственник Саюмова, рассматривался в качестве управляющего на это направление, но сейчас все это в прошлом.

Как, собственно, и женитьба Рахмета Саюмова на Алии Байкуловой.

Я не стал скрывать от будущего партнера историю с его будущей невестой. Естественно, в самом начале проверив все, что мне рассказала Наира.

Это оказалось несложно, в самом деле. Девушек видели многие в тот вечер, начиная от водителя такси, который запомнил неуверенность и испуганные вопросы моей жены и развязное поведение ее сестры, и заканчивая людьми на танцполе и барменом в том кабаке, где девчонок опоили. По многочисленным свидетельствам, Алия Байкулова была там частой гостьей, причем, вела себя развязно, общалась со многими мужчинами… А вот Наю там никогда до того вечера не видели… Уже одно это можно было бы принять за свидетельство правдивости моей жены. Если б мне пришло в голову в ней сомневаться.

Но я не сомневался. И не сомневаюсь.

Просто Саюмов — не я. И ему нужны доказательства.

Я их предоставил.

После этого, естественно, речи о женитьбе не шло.

Рустаму Байкулову пока еще не сообщили об отмене, сначала необходимо решить более насущные вопросы… Такие, как сотрудничество двух самых крупных компаний не только в стране, но и за ее пределами.

Потом, когда утрясутся все моменты, когда будет объявлено в прессе, начнется рекламная кампания… Можно будет уже и остальные точки над i расставить…

Все же, так как Байкулова планировали вводить в бизнес и в будущем выделять ему долю, как родственнику и управляющему, то знал он достаточно много для того, чтоб, при обиде, слить информацию конкурентам.

Это не то, чтоб могло навредить, нашему тандему мало что могло навредить, но предусмотрительность не бывает лишней…

— Отметим? — предлагает Саюмов после того, как мы ставим подписи в договоре сотрудничества.

Я киваю. Не согласиться будет невежливо. И неправильно.

— Но я не могу задерживаться, надо домой.

Саюмов понимающе усмехается:

— Да, медовый месяц… Сладкое время…

Я смотрю на него, тщательно следя за тем, чтоб на лице не расплывалась улыбка, киваю сдержанно:

— Да, согласен.

— У тебя красивая жена, — спокойно замечает Саюмов, философски наблюдая, как помощник обновляет напитки, — и характер хороший? Несмотря на то, что воспитывалась не в традициях…

— Она воспитывалась в традициях, — отмечаю я, — у меня нет сомнений и нет никаких вопросов…

— Да, к тому же, не всегда правильное воспитание гарантирует… Чистоту.

Я знаю, кого он имеет в виду, и осторожно замечаю:

— Но, может, стоило проверить… Вполне вероятно, что она…

— Это уже не важно, — сухо отвечает Саюмов, — ты не хуже меня знаешь, что девушка может быть невинной физически и очень развращенной… Морально. Не все места проверишь на девственность… В любом случае, мать моих детей такой быть не должна. А, учитывая, что она и сама не хочет…

Я не говорю больше ничего.

Во-первых, потому что полностью согласен по всем пунктам, а во-вторых… Не со всем согласен.

Потому что, стоит вспомнить свои эмоции, когда думал, что Наира — совсем не невинна… Сказать, что все равно мне было… очень сильно соврать. Но я понимаю уже сейчас, по истечении времени, что вполне мог бы смириться… Не забыл бы, но смирился. Просто потому, что эмоции мои, когда в первый раз ее увидел, там, под разноцветными огнями ночного клуба, никак не стираются из памяти. И никакого отношения к тому, насколько девушка невинна, не имеют. Она мне понравилась именно такой: с закрытыми глазами медленно извивающейся под музыку, с распущенными до самых ягодиц волосами и чувственным изгибом пухлых губ… Она мне показалась самым красивым созданием на всем свете.

И до сих пор кажется.

До сих пор.

— Тебе повезло, Азат, — замечает Саюмов с горечью, и я понимаю, что все же невольно выдал свои эмоции, — надеюсь, что она того стоит.

— Стоит, — киваю я, и затем перевожу разговор в рабочее русло, — мы закончили?

— Да… Вечером жду у себя.

— Договорились.

Я прощаюсь и выхожу из кабинета.

Телефон звонит, вижу номер Рустама Байкулова, усмехаюсь и отклоняю вызов.

С человеком, способным обмануть, способным торговать несуществующей невинностью сестры… С таким человеком дел не ведут.