Чтение онлайн

Нужно просто выдохнуть. Ничего ведь страшного не случилось.

Дым находится в своей квартире. Он может здесь делать всё, что захочет. В рамках разумного, конечно же. Всех всё устраивает. Та девушка блондинка совсем не против, чтобы в такой интимный момент за ней наблюдали. Дым — тоже. Тогда, почему это должно волновать меня?

Я возвращаюсь в свою кровать. Укладываюсь и накрываюсь одеялом с головой.

Музыка в гостиной играет на всю. Уже очень поздно. Неужели никто из присутствующих не боится, что соседи вызовут полицию?

Я сама себе иронично улыбаюсь и переворачиваюсь на живот.

Яра, вспомни, к кому ты обратилась за помощью! Какая к чёрту полиция?!

Я долго пытаюсь уснуть. Верчусь в кровати. Стараюсь думать о чем угодно, только не о том, что сейчас может происходить в гостиной.

У меня скоро закончится отпуск и нужно будет возвращаться на работу в агентство. Этим летом я хотела слетать в Испанию, но теперь не знаю, как с этим быть. Какие у нас с Дымом будут правила игры? Они должны быть, ведь так?

Мое полусонное сознание рисует яркие картинки будущей поездки. Они меня постепенно убаюкивают. Я вижу яркое солнце, море и уютные узкие улочки, почти слышу шум прибоя, туристов и местных жителей, а затем… стон. Протяжный. Женский. Он утихает и через несколько секунд снова повторяется.

Я открываю глаза. Смотрю в потолок, подсвеченный серостью раннего утра.

Музыка больше не грохочет. Утих и смех, остались только стоны. Они доносятся из соседней спальни.

Меня резко обдает жаром, когда я осознаю, что сейчас происходит за тонкой стеной.

Просовываю голову под подушку и прижимаю ее сверху ладонями. Я не хочу гадать, кто там сейчас занимается сексом. Вообще не хочу об этом думать, но стоны становятся только громче.

Я злюсь на ту незнакомку, которая вот-вот перейдет на крик. Злюсь на Дыма за то, что он не нашел другого места для удовлетворения своих потребностей и потребностей своих друзей. Злюсь на себя за то, что не могу ничего потребовать. Свой лимит я уже исчерпала.

Любые посторонние звуки утихают, когда часы показывают начало десятого утра.

Я долго не решаюсь выйти из своей спальни, но мне нужно в туалет и желудок уже вовсю требует еды. Если бы я знала, что так будет, то как минимум прихватила бы с собой в комнату пачку крекеров.

Собрав волосы в хвост, я заправляю кровать и как можно тише открываю дверь. Я чувствую себя так, будто оказалась на минном поле и каждый свой шаг нужно контролировать, иначе мое тело разорвет на мелкие кусочки. На цыпочках захожу в ванную. Перевожу дыхание, умываюсь холодной водой, чтобы немного взбодриться и справляю нужду.

Так же на цыпочках прохожу гостиную. На разобранном диване спит Зима, а на нем — обнаженная девушка. Кажется, та самая, которая вчера сидела у него на коленях. Я стараюсь не всматриваться и продолжаю свой путь. Закрываю за собой дверь, когда оказываюсь на кухне.

Здесь царит бардак и воняет сигаретами. Морщусь и первым делом открываю окно, чтобы проветрить помещение.

Меня не должно быть здесь. Это не мое место, не мое окружение.

Эта мысль жалит меня. Пытаюсь от нее отмахнуться, пока убираю пустые бутылки из-под алкоголя, но она всё равно не желает отпускать.

Пока готовлю себе завтрак, стараюсь расставить все свои мысли по полочкам.

Что на данный момент я могу сделать? Уйти? Допустим, меня отпустят и наш уговор аннулируется. Дальше что?

Прекратятся ли проблемы у дяди?

Вряд ли. Если до этого момента он не сумел их решить, то с чего вдруг теперь всё должно измениться?

Почему я должна уйти? Только потому, что мне не дали поспать? Серьезно?

С каких это пор ты стала такой неженкой, Яра?

В который раз за последние сутки я усмиряю свои эмоции и полностью сосредотачиваюсь на готовке завтрака. Обхожусь без сложных процессов: заливаю мюсли молоком и в отдельную тарелку нарезаю себе несколько свежих бананов. Получается красиво, хоть сейчас фотографируй и выставляй в соцсети.

Я собираюсь позавтракать у себя в комнате, но даже не успеваю взять тарелки, когда ощущаю, что теперь не одна на кухне.

Малодушно надеюсь, что это Зима зашел, ну или хотя бы одна из девушек. Но глухая тишина как бы намекает, что я ошибаюсь.

Поворачиваюсь и сталкиваюсь с тяжелым нечитаемым взглядом Дыма. На его лице нет никакой вчерашней улыбки и расслабленности. Не то что бы я рассчитывала хоть что-то из этого получить, просто…

У меня мороз по коже от присутствия этого человека. Остается только надеяться, что со временем моя реакция на него чуть-чуть смягчится, иначе все свои нервные клетки из-за него выжгу.

— Доброе утро, — вежливо здороваюсь и до побелевших костяшек пальцев сжимаю чистую ложку.

Дым никак не реагирует на мое приветствие. Просто скользит по мне хмурым взглядом, а я только сейчас понимаю, что на нем ничего нет, кроме тонких спортивных штанов. Замечаю на мощной груди смазанные следы губной помады. На плечах видно несколько тонких красных полос.

Моя бурная фантазия быстро рисует яркие сцены, в которых Дым со своей подругой в постели занимается…

Нет.

Я не хочу об этом думать и уж тем более — представлять. Чужая личная жизнь меня вообще не касается.

— Я… я хотела бы вас спросить, — несмело начинаю и тут же замолкаю, когда замечаю, что Дым бесшумной поступью направляется в мою сторону, продолжая удерживать меня под прицелом своего тяжелого взгляда.

Он подходит так близко, что я безошибочно ощущаю жар, исходящий от его тела, и слышу ровный ритм дыхания.

Мне некуда отступать. Сзади только большой двустворчатый холодильник.

Дым больно сжимает мои плечи и грубо отодвигает в сторону, освобождая себе путь. Он открывает холодильник и достает бутылку минералки.

Кожа на моих плечах начинает саднить. Дым больше меня не трогает, но я всё равно чувствую его пальцы на себе. Мне это не нравится. Я вообще предпочла, чтобы между нами было минимум контакта. Особенно телесного.

Так и хочется спросить, умеет ли Дым по нормальному разговаривать. По нормальному — это когда человек ртом озвучивает свои желания, намерения или мысли.

Прикусываю кончик языка и заталкиваю поглубже свой сарказм. В сотый раз мысленно напоминаю себе, что должна быть послушной, если хочу получить помощь.