Невеста под прицелом
Шрифт:
— Гениально.
— Ну, ты всё сказал?
— Всё.
— А теперь главное. Кто притащил меня в эту Швейцарию и, где мой отец? Если, конечно, твоя сказочка правдива.
— Вот на эти вопросы — у меня нет ответа.
— А он знает о том, что я у него есть?
— Думаю, нет. Откуда?
— Может, его давно нет в живых?
— Может. Очень может быть. Он уехал из России практически сразу после резни и порвал все свои старые связи. Сейчас никто не знает. Где он. И как его теперь зовут.
— Ладно. В конце концов, меня вполне устаивают мои нынешние родители. Но, если честно сказать, без сарказма, ты меня успокоил, и не только потому, что мне не надо больше ждать выстрела из окна. Знаешь, ты словно камень с души снял. Мне кажется я всю жизнь жила между небом и землёй с ощущением, что я живу другой жизнь, что это не моя семья, что это не мои родные. По хорошему самым близким для меня человеком была моя бабушка, родители всегда были в постоянной гонке за деньгами. Постоянно на работе, на даче, в трудах. Не скажу, что это жадность. Это нужда, но она съедала всю их жизнь и не оставляла мне ни капельки своей части. А всё оказывается намного проще. Просто не было зова крови. Хотя они меня очень любили.
— А тебя нельзя не любить! — улыбаясь, вставил Эмиль.
— Ох, и плохо же ты меня знаешь!
— Это не важно. Любят не за что-то. Любят просто так. Это выше нас. Выше нашего понимания.
— Да?
— Да!
— Нет, у меня не так. Я люблю за что-то.
— То- есть?
— Да, ладно. То есть не знаю, потому что никогда особо никого не любила. Легкая влюблённость, симпатия, привязанность, но не более того.
— Так ты холодная!
— Ну, если ты меня сейчас не выпустишь из своего плена, я не просто стану холодной. Я превращусь в льдинку и умру.
— Нет, вот этого я тебе не позволю!
Эмиль попытался взять её на руки, чтобы отнести в отель, но Элиза стала отмахиваться и визжать.
— Ты, что обалдел? Что ты делаешь? Я же тут работаю! Что обо мне скажут! Я же не просто отдыхающая. Я сотрудник. Только сплетен мне не хватало!
— Упс. — Остановился Эмиль. — Извиняюсь!
— Если мы с тобой мило побеседовали по душам, ещё не значит, что я изменила своё отношение к тебе.
— Ничего не изменилось?
— Ну, как сказать.
— Как есть.
— Ну, по крайней мере, я перестала тебя бояться.
— И на том спасибо, — обрадовался Эмиль, открывая перед девушкой дверь.
После этого разговора Эмиль пропал на десять дней.
Элиза не знала радоваться этому или печалиться. Сначала она очень скучала, а потом напротив, стала вообще забывать о его существовании. Тем более она не страдала от отсутствия мужского внимания.
Глава 16
Элиза собиралась на концерт, когда в двери её номера постучали.
На пороге стоял Эмиль с подносчиком багажа и кучей чемоданов.
— Ты почему меня не встретила? — проговорил он, проходя в номер и на ходу чмокая её в щёчку.
Девушка опешила от такой наглости и напора.
А он положил чемоданы и рухнул на её диванчик.
— Что это? Ты переезжаешь в мой номер?
— Нет! Это тебе.
— Что мне?
— Много чего.
— Так почему ты меня не встретила?
— Не смешно.
— Почему у девушки двадцать первого века уже три месяца нет телефона? Как можно без него жить?
— Потому что благодаря, кому то он плавает в унитазе моей квартиры. Конечно, если он не забил в ней канализацию и эта квартира ещё моя, а не банка. Ведь я не платила за ипотеку почти четыре месяца в страхе, что меня вычислят по платежам.
Её наверно уже арестовали.
— Ладно, я понял, разберусь с телефоном и твоей квартирой.
Элиза с благодарностью посмотрела на него, но ответила совсем другое.
— Кстати, эта проблема возникла благодаря тебе. И вообще, я опаздываю на концерт. Надеюсь, в этих чемоданах нет бомбы?
— Нет.
— Ты со мной?
— Конечно, пойду разгонять твоих поклонников.
— Если бы они тебя беспокоили, ты бы не пропадал на десять дней.
— Элиз! Элиз! Наконец, ты ведёшь себя как моя девушка! — Эмиль подхватил её на руки как пушинку и стал крутиться.
Подносчик багажа стоял, молча, и наблюдал за всей этой картиной.
— Элиз, у тебя есть мелочь? — ставя её на пол, спросил Эмиль.
— Вот так всегда, только оторвёшься от земли и тут же сталкиваешься с чёрной действительностью! — протягивая два доллара, проговорила Элиза, руками показывая, что всем нужно покинуть номер.
Все столики у сцены были забронированы, поэтому Эмиль простоял прямо у сцены полчаса с бокалом вина и, потом опять пропал из вида.
Элиза вернулась в номер заваленный чемоданами только в полночь.
Она приняла душ и уснула за пару секунд.
Утром девушка сложила все чемоданы горкой и занялась гимнастикой. Стук в дверь её ничуть не удивил. Она ждала, когда же на пороге появиться Эмиль, но это оказался посыльный с цветами. Он принёс охапку огромных двухметровых роз.
Она положила их на стол, не зная, где же найти вазу таких размеров, для них подходило разве что ведро и то не каждое.
Недолго думая, она позвонила управляющему, который через пару минут лично принёс ей огромную вазу.
— Элиза, вы от нас уезжаете? — спросил он, заметив кучу чемоданов.
— Нет, не переживайте. Я человек чести. И прекрасно помню условия контракта и отступные. Это подарки моего друга.
— Эмиля?
— Да.
— О, понятно. Он может. У вас хороший жених. — А кто вам сказал, что он мой жених?
— Он.
— А что ещё он говорит?
— Говорит мало, но по делу. Он уже интересовался, какие у вас отступные по контракту.
— Не сказал зачем?
— Сказал, что жена депутата не должна петь на сцене. Тем более в отеле.
— Понятно.
В этот момент появился Эмиль. Он виновато выглянул из-за спины управляющего, вероятно слышав часть диалога.
Управляющий тут же испарился, чувствуя по выражению лица девушки, что начинает пахнуть жареным.
Эмиль вошёл в номер и расстроено посмотрел на закрытые упакованные чемоданы.
— Почему не разбираем? Тебе не интересно даже посмотреть, что я тебе привёз? — Нет. Мне не интересно. Я не приучена лазить по чужим сумкам и чемоданам.