Чтение онлайн

— Вы живы! — воскликнула она. — И кажется, ничего не забыли.

Она наклонилась и стала покрывать поцелуями его ницо.

— Мне очень жаль, но иначе было никак нельзя.

— Почему? — недоуменно спросил Йоранд, отталкивая ее и делая глубокий вздох.

— А действительно, почему? — язвительно спросила Бренна, приседая и упирая кулаки в бока. — Вы один, а их много. Разве вы не заметили?

— А вы думаете, что у меня совсем нет сил?

— Я думаю, что у вас нет ума, чтобы совершенно без всякой цели соваться в столь опасные приключения.

— Нет цели, говорите? — проворчал Йоранд. — Разве вам не хотелось бы убить этого человека?

— Хотелось, — уже более мягким тоном ответила Бренна, наклоняясь к мужу, чтобы провести рукой по его подбородку. — Я каждый день желала этому человеку смерти с тех пор, как увидела его. Но мне не хотелось бы, чтобы убили вас.

— Я же сказал, что вернусь, — не желая успокаиваться, произнес Йоранд. — Я не нарушаю моего слова и никогда не даю невыполнимых обещаний. К тому же я не имею привычки оставаться в стороне, когда кто-то, кто мне небезразличен, в беде. — Пристально глядя на жену, Йоранд продолжал: — Если вы еще раз вмешаетесь, я за себя не ручаюсь.

Бренна вздрогнула, но в ней все еще говорил гнев. Она готова была спорить и дальше, пока не заметила, насколько бледен был Йоранд. Она действительно сильно ударила его.

— Мне очень жаль, что так получилось. Вы же знаете, что я доверяю вашему слову.

Бренна видела, что Йоранд расстроен. Его зубы были плотно сжаты.

— Я узнал их, Бренна. Эти люди когда-то были частью моего прошлого. Мне необходимо было узнать об этом больше. Разве вы не понимаете, что у этих людей был ключ от моей памяти?

— Но разве вы не говорили мне вчера вечером, что даже и не хотели бы вспоминать свое прошлое?

— Не перевирайте мои слова, — возразил Йоранд, снова пытаясь встать. Но он тут же сел, обхватив голову обеими руками. — О дьявол. Что вы сделали со мной?!

Боль была просто невыносимой. Ослепляющие вспышки боли с каждым ударом сердца Йоранда отдавались в его мозгу настоящим барабанным боем. На мгновение ему показалось, что он ослеп. Затем цвета окружающего мира вновь возвратились к нему, вращаясь вокруг него кроваво-красным водоворотом. Со всех сторон его одолевали голоса, вначале приглушенные, а затем отчетливые и пронзительно-высокие. Голосов было так много, что нормандец не мог разобрать, кто что говорит.

Его наводнили запахи — вот свежий хлеб, а вот экзотические специи и что-то неприятное. Эти фантомные запахи то появлялись по очереди, то смешивались вместе, одновременно маня и отталкивая его.

Каждый нерв его тела буквально кричал о своем прошлом. Фигура Йоранда теперь напоминала колесо, а вернее, шар, поскольку нормандец сжимал голову руками.

Ясность наступила внезапно, и он с невыразимой сладостью ощутил, что лежит на мягкой траве. Он почувствовал, что Бренна обхватила его руками и теперь они имеете слегка покачиваются. Она страстно шептала слома молитвы.

— Бренна, — позвал Йоранд. Его голос хрипло прозвучал словно бы издалека, и нормандец понял, что он кричит.

— Да, я здесь, муж; мой, — ответила она. — Отдохни, все будет хорошо, вот увидишь. Все будет хорошо.

Йоранд остался сидеть в объятиях Бренны, внешне ничуть не переменившись. Но он знал главное — хорошо не будет. Он вспомнил все.

Бренна стояла на носу лодки и пристально вглядывалась в широкую ленту реки.

— Если верить карте, мы уже близко. Вы ничего не вспоминаете? — спросил Йоранд. Нагибаясь вперед, он мощными гребками вел лодку вперед. Хотя они плыли против ветра и течения, в этом месте ветра не было, а течение стало совсем тихим. Словно бы сама природа благословляла их путь.

— Ничего, — промолвила Бренна. — Я ничего не узнаю здесь.

Она обреченно рухнула на свое место и взялась за руль, стараясь держать лодку по центру реки. Покинув Клонмакнойз чуть менее года назад, сейчас она пыталась возродить в памяти то убожество, которое было здесь прежде. Да, теперь это место было просто не узнать.

— Возможно, монастырь вон там, на пригорке, но и не уверена в этом. Вы понимаете, что гулять за пределами стен аббатства монахиням не разрешается. Когда-то я нарушила этот запрет…

— Что вас тогда заставило покинуть отчий дом, Бренна?

— Многое, — ответила она. — Я не хотела, чтобы отец насильно выдавал меня замуж.

— Жаль, очень жаль… — игриво протянул Йоранд, приближая свое лицо к ней.

Бренна игриво шлепнула его ладонью по щеке и возмущенно воскликнула:

— Вы же ведь не думаете так?!

С тех пор как Бренна неосторожно обошлась с ним, помешав преследовать варваров, Йоранд изменился. Если не считать приступа головной боли в самом начале, то можно было думать, что никаких плохих последствий не было. Йоранду все так же нравилось предаваться любовным играм с ней, Бренной. Но теперь он уже не говорил слов о любви, словно забыл их. Его любовные ласки стали еще более жаркими. Все это, пожалуй, могло бы насторожить Бренну, если бы не чуткое выражение его глаз, когда он украдкой смотрел на нее.

— Я тоже не сожалею, — призналась она. — Из вас получился прекрасный муж, Йоранд. Правда, пришлось вас кое-чему научить, — ехидно заметила она.

— Хм-м-м! — проворчал нормандец и навалился на весла с удвоенной энергией.

— Угроза вынужденного брака была не единственной причиной, которая гнала меня из Донегола, — продолжила Бренна. — Основная же причина заключалась в том, что в монастыре Клонмакнойз была библиотека, куда я так стремилась.

Рассказывая о библиотеке, она невольно вспомнила полки, заставленные драгоценными древними фолиантами, и голос дрогнул.

— Там так много рукописных кодексов и пергаментов, что, наверное, не хватит целой жизни, чтобы прочитать все. Но я не оставляла своей мечты детства. — Бренна вздохнула. — Это воистину великое место. Я никогда не спрашивала вас, умеете ли вы читать.

— Немного, — ответил Йоранд. — Я умею читать некоторые из слов, написанных рунами. Это не так просто. Иногда рунический знак обозначает звук, а иногда и целое слово. Чтобы научиться читать руны на камнях, нужно очень много учиться.

— Действительно, выглядит сложно, — произнесла Бренна, наблюдая, как под гладкой кожей его рук перекатываются шары мышц. Нормандец взял кожаную полоску и связал ею волосы сзади, обнажая то заветное место за ухом, которое она так любила целовать. Его волосы были мокры от пота, и кожа блестела на солнце. Бренна провела языком по губам, почти ощущая под ним соленую от пота кожу мужа.