Невинная жена
Шрифт:
Сэм знала Линдсей Дерст по фильму «Правда в кадре», хотя та никогда не появлялась на экране больше чем на несколько минут. Девушка выступала на суде как главная свидетельница защиты: она была с Деннисом в тот вечер, когда Холли убили, встречала его после футбольной тренировки, какое-то время ездила с ним в машине и вернулась домой только после полуночи, подбросив Денниса к его дому. Однако на перекрестном допросе обвинение выставило ее лгуньей, способной сказать что угодно, чтобы помочь парню, от которого была без ума. Рассказывали, что она всегда возила его по округе, ждала после школы, пропускала занятия, чтобы отвезти его куда-нибудь. «А он даже не был с ней ласков, – рассказывала другая девушка в фильме “Правда в кадре”, стоявшая у здания суда. Ветер развевал ее волосы так, что они прилипали к ее блеску для губ, а она смущенно отворачивалась от камеры. – В этом было что-то безысходное, понимаете?»
Сейчас Линдсей стояла у своего дома в футболке с надписью «Свободу Деннису Денсону», завязанной узлом так, что у основания позвоночника виднелась полоса загорелой кожи. Сэм отметила прореху на ее джинсах прямо под левой ягодицей, то, как она засовывала большие пальцы рук за пояс, как она отставляла в сторону бедро, когда говорила…
Это тот самый дом, объяснила им Линдсей, в котором она всегда жила. Она обвела их вокруг дома и показала столб изгороди, на котором Деннис вырезал свое имя. Патрик и Кэрри сняли дом снаружи и попросили ее постоять с серьезным видом, что вызвало у Линдсей смех. «Простите, у меня никак не получается! О господи, давайте я еще раз попробую…» – говорила она снова и снова. Сэм дивилась, почему парни из съемочной группы находили это таким забавным.
За домами простиралось озеро, вода в нем была черной. Ветки деревьев лениво свисали в водоем. Линдсей подошла к краю пристани, прогнившей и скользкой от покрывшей ее зеленой слизи.
– Обычно мы спускались к воде вот здесь, – начала она рассказывать, – всей компанией. И здесь тусовались. Подначивали друг друга: «Доплыви до той сваи и обратно!» – потому что здесь водятся аллигаторы. Некоторые ребята доходили до края пристани, но поплыть никто не решался.
– Я всегда была мальчишкой, понимаете? – стала объяснять Линдсей. – Никогда не дружила с девчонками, уж очень они стервозные. Так оно и шло… Так вот, однажды Деннис встал и сказал: «Я сделаю это». Все, конечно, начали подшучивать: «Ну конечно, а как же», – но он снял рубашку, разулся, разделся до трусов, разбежался и прыгнул.
– Я стала вопить, понимаете? Что-то вроде: «Вернись немедленно! Вернись!» Но он все-таки поплыл к свае, а когда доплыл, помахал рукой. Потом поплыл назад, и ребята пошли на край пристани, чтобы вытащить его из воды. Такого я еще не видела – иногда он бывал просто шальным. Он всегда делал такое, чего никто бы не сделал. Вот так он и попадал в неприятности: подначки, бег нагишом и все такое прочее.
– Мы были действительно близки. И сейчас общаемся: я навещаю его, когда у меня получается. Я по нему скучаю. Знаю, он не убивал ту девочку, копы просто цепляются к таким людям, как он и я.
Тут Сэм поняла, что она не единственная женщина, которая навещает Денниса, если не считать Кэрри. Он никогда не упоминал Линдсей. Они писали друг другу письма, в которых откровенничали, и все это время у него был кто-то другой, кто-то, кого он никогда не упоминал, женщина, которую он держал от Сэм в секрете.
– Смотрите, смотрите туда, – воскликнула Линдсей, показывая на воду. – У того берега, видите? – Все подались вперед, направляя камеры на место, на которое она показывала. Сэм с неохотой посмотрела и не увидела ничего. До тех пор, пока нечто, поначалу принятое ею за корягу, медленно опустилось под черную воду. Все закричали. – Здесь полно аллигаторов, видите? Сэм всегда был отчаянно смелым.
Некоторое время все напряженно всматривались в воду, любая рябь вызывала прилив возбуждения. Наконец внимание снова перешло на Линдсей.
– Можете рассказать нам о суде? – спросила Кэрри.
– А что вы хотите знать?
– Например, почему они не поверили вашим показаниям. Тому, что Деннис был с вами в тот день.
– А, это. – Она тряхнула волосами. – Они старались представить все так, как будто я какая-то фанатка, которая хотела только заполучить любовника. У них были люди из школы, говорившие, будто я была от него без ума! Это было неправдой! Мы никогда не были влюбленными. Ну, понимаете, мы делали это, но это был скорее секс между друзьями, понимаете?
Сэм оставалась у воды, пока Кэрри и Патрик упаковывали технику. Все пошло прахом, думала она. До какого-то момента все было идеально. Почти. До Линдсей. Соль просыпалась на рану. Как всегда. Паранойя и боль. С Марком они могли спорить часами, до того как она в бешенстве убегала, ожидая, что он последует за ней, но этого никогда не случалось. Потому что она не имела значения. Возможно, она и сейчас не имеет значения.
Белая птица окунала свой клюв в воду, а Сэм наблюдала, ожидая, что сейчас ее схватят мощные челюсти, одновременно желая и не желая этого. Однако птица улетела, и она потеряла интерес к этой фантазии, испытывая облегчение и недовольство одновременно. Она была идиоткой, думая, что представляет собой нечто особенное.
– Вижу, она тебя расстроила, – поняла Кэрри по дороге в мотель.
– Я не знала, что его еще кто-то навещает, – просто ответила Сэм.
– Может, она преувеличивает. Линдсей показалась мне немножко странной.
– Странной?
– «Всегда была мальчишкой»? Это просто эвфемизм для чокнутой. Никогда не доверяй женщинам, которые не любят женщин. Это я тебе говорю.
Глава шестая
Однажды поздним летом 1992 года полицейский Харрис в послеполуденный час постучал в парадную дверь дома Денсонов. Мать Денниса с кушетки крикнула сыну, чтобы тот открыл дверь. Обычно, рассказывал он потом, его не было дома. В сущности, этим летом он проводил дома все меньше и меньше времени, оставаясь у друзей до тех пор, пока их родителям это не надоедало и они не начинали молча подметать рядом с ним пол, тогда он протирал глаза и стаскивал с себя одолженную простынь. В тот день он зашел домой только для того, чтобы забросить свою одежду в стиральную машину, прихватить несколько вещей и вернуться к Линдсей 17 .
Впервые полицейские разговаривали с Деннисом во время поисков пропавшей Лорин. Деннис вспоминает: «Они задавали вопросы, как будто пытались что-то сказать, но я понятия не имел, в чем дело». Поэтому когда он увидел полицейского за рваной сетчатой дверью, то сразу же напрягся. А потом узнал Харриса-отца и решил, что речь пойдет о каком-то пустяке вроде грабежа со взломом универмага, о котором он слышал. «Полицейский Харрис всегда хотел пришить мне дело, – рассказывал Деннис во время одного из интервью. – Он всегда считал, что я сбил Хауарда с пути. Как бы я отвечал за все плохое, что он делал».
Деннис открыл дверь полицейскому.
– Да? – поздоровался он с неохотой.
– Кто это? – прокричала из дома мать.
– Полицейский Харрис, – прокричал Деннис в ответ.
– Коп?
– Я пришел, чтобы задать вашему сыну кое-какие вопросы, мэм.
Харрис утверждает, что в этот момент он предложил задавать Деннису вопросы в присутствии одного из родителей или опекуна 18 , хотя настаивал, что встреча была неофициальной 19 . В фильме «Правда в кадре» это утверждение подвергалось сомнению: неужели полицейский приехал туда только для того, чтобы задать семнадцатилетнему парню несколько неофициальных вопросов об убийстве, которое произошло пять месяцев назад? «Полицейская интуиция», – ответил Харрис на вопрос Кэрри. Другой полицейский сообщил, что Харрис с самого начала, по-видимому, был больше сосредоточен на беседе с Деннисом, к которому испытывал личное и «глубокое» предубеждение, чем на поисках других следов 20 .
– Что вам надо? – Деннис выглядел раздраженным и стоял так, что загораживал дверь, чтобы Харрис не мог увидеть жуткий беспорядок в доме; он стыдился условий, в которых жила его семья.
– Не хочешь меня впустить?
– Не очень. Мне нужно уходить. Что вы хотите?
– Где ты был десятого апреля?
Заметив, что в этот момент Деннис улыбнулся, Харрис повторил вопрос.
– Десятого апреля? Откуда мне помнить? Что, я должен был запомнить именно этот день?
– Итак, ты говоришь, что не помнишь?
– Не знаю… что это был за день?
– Пятница. Десятое апреля.
– Пятница? Тогда был в школе.
– А после школы? Во второй половине дня, вечером.
– Может быть, на тренировке? Не помню, в самом деле не помню.
– Может кто-нибудь помочь тебе вспомнить, где ты был? У тебя есть свидетели?
– Я же сказал, что не помню. Так откуда мне знать, с кем я был?
Позднее Деннис признался, что у него иссякло терпение. Харрис умел как-то по-особому ухмыляться, задавая вопросы.
– Я понимал, – признавался парень. – Понимал, что прямиком лезу в его ловушку, но не знал, как ее обойти 21 .
Пару недель ничего не происходило. Срок был достаточно долгий для того, чтобы Деннис решил, что все закончилось благополучно, но тут Харрис явился в школу и постучал в дверь класса. Он шепотом обменялся с учителем несколькими словами; ряды учеников молча наблюдали за ними. Но Деннис знал, за кем пришел коп. Он встал еще до того, как его вызвали 22 . Харрис вывел его из школы, держа за запястье. Деннис был в замешательстве, не зная в полной мере своих прав и не понимая, арестован он или нет.
В полицейском участке он не потребовал адвоката, поскольку считал, что ничего плохого не сделал. Даже после шестичасового допроса не заикнулся об адвокате и не подумал о звонке родителям. Отвечая на вопросы («Я не знаю… Не помню… Не уверен…»), он прокручивал в памяти месяцы и соображал, в чем может быть дело. Может быть, это пожар, который он устроил на заднем дворе магазина стройматериалов? Или когда он вломился в спортивный зал? Однако все выглядело слишком серьезным для таких шалостей. В комнате с ним было двое детективов. Первые пять часов они только делали заметки, но в восемь тридцать вечера достали магнитофон.
17
Из интервью с Деннисом Денсоном, тюрьма Алтуна, 1996 г.
18
Из личных записок Харриса, 1992 г.
19
«Ред-Ривер Трибьюн», 1993 г.
20
Анонимный источник, 1996 г.
21
Из интервью с Деннисом Денсоном, тюрьма Алтуна, 1996 г.
22
Из интервью с очевидцем, Джеффом Бейли, 1996 г.
Полицейский № 1: Ну ладно. Расскажи нам, как ты убил Холли Майклз.
Деннис (со смехом): Кого?
Полицейский № 1: Холли Майклз. Ты знаешь, кто она такая. Полицейский № 2: Все в городе знают, кто она. А ты говоришь нам, что ты единственный, кто ее не знает?
Деннис: С именами у меня не очень хорошо.
Детективы решили, что он над ними издевается, а его смех только доказывал, что он совершил убийство и думает, что вышел из воды сухим 23 . Деннис, однако, вспоминает, что его смех был проявлением дискомфорта, реакцией на абсурдную ситуацию, в которой он оказался.
Полицейский № 1: Холли Майклз. Одиннадцать лет. Убита. В новостях по всей Америке.
Полицейские показали ему фотографию Холли Майклз, сделанную в школе. Ее волосы были собраны в хвостик, завязанный резинкой. Деннис вспоминает, как всматривался в глаза девочки.
Деннис (шепотом): Она была такой юной.
Это вспоминает уже Харрис, наблюдавший из соседней комнаты. Настал тот момент, когда они поняли, что Деннис у них в руках 24 .
23
Видеофильм «Правда в кадре». Флорида: Кэрри Этвуд, Патрик Гаррити, 1993 г.
24
Интервью с Харрисом в газете Red River Tribune, 1992 г.
Глава седьмая
Саманта знала, что будет холодна. Она так и планировала. Снова в тюрьме, за пластиковой перегородкой, она неторопливо обводила глазами помещение, избегая смотреть на Денниса. Она позволяла себе зевать и отвечала односложно, тише обычного, так что он вынужден был постоянно переспрашивать, а она вздыхала, закатывала глаза и повторяла ответ громче. Двадцать минут она ждала, что он спросит ее: что случилось? Ничего, ответила бы она таким тоном, который дал бы ему понять: что-то, безусловно, не в порядке. Она бы повторяла это до подходящего момента и тогда бы выпалила в лицо: вчера мы разговаривали с Линдсей.