Чтение онлайн

– Я пережила это, Маркус,- она так откровенно сказала,- И это тоже переживу.

Он делал это снова. Забывая, что она враг.

– Конечно, ты выживешь. Ты проживешь долгую и несчастную жизнь, я позабочусь об этом .

Никто не причинит ей вреда. Никто, кроме него.

Она вздохнула.

– Тебе никогда не приходило в голову, что я такая же, как твоя сестра? Невинная, пойманная обстоятельствами.

– Ты совсем не похожа на мою сестру, - снова выпалил он.

– Она умерла, и все хорошее во мне умерло вместе с ней.

Приятно было наконец сказать ей правду.

И это было хорошим напоминанием о том, почему она была здесь, и о миссии, которой он посвятил себя с тех пор, как обнаружил разбитое и окровавленное тело Кьяры. Его челюсть напряглась.

– Это не правда,- Кора рванулась вперед,- В тебе есть хорошее. Я сказала об этом Мейв, потому что считаю ...

– Достаточно.

Пора научить ее ее месту.

Он снял ее цепочку с изголовья и крепко держал ее. Она не протестовала, когда он вывел ее из комнаты.

Он должен заставить ее ползать. Он хотел унизить ее всеми возможными способами. Но в данный момент это просто ... не казалось правильным.

Он все еще хотел этого. Плохо. Увидеть ее на коленях перед ним... его член стал стальным от одной мысли. Но было что-то в ее добровольном подчинении, в тот момент, когда она наконец сдалась, злая искра все еще горела в ее глазах - боги, он быстро становился зависимым от этого.

Фактически, он надеялся увидеть это всего через несколько минут.

Она позволила ему провести ее к столу, тяжелому деревянному бруску, достаточно длинному, чтобы вместить двадцать человек, где они могли поесть, с видом на сверкающий перед ними город.

Стол для одного.

Рядом со стулом лежала подушка. Он почувствовал в тот момент, когда она это увидела, и поняла, что это значит.

– Нет.

Она оторвалась.

Маркус ждал, крепко держа ее за поводок, в его животе закипало удовольствие. Было неправильно получать столько удовольствия от ее тренировок, но после всех этих лет самоконтроля это был единственный импульс, который он, казалось, не мог себе отказать.

– Это цена, - напомнил он ей. Еда уже стояла на столе, тарелки прикрыты серебряными крышками от пара. Еда пахла восхитительно, и он мог только представить, как это ее мучило. У нее заурчало в животе, неоспоримый аргумент. Ей нужно было есть.

Он наблюдал, как внутренняя борьба разыгрывается на ее лице.

И вот, наконец, она красиво упала на колени.

Триумф запел в его груди.

– Хорошая девочка, - пробормотал он, когда она устроилась на подушке.

Она ощетинилась.

– Я не твое домашнее животное.

– Нет?

Цепь звякнула, когда он потащил ее вперед. Она ждала, прижав подбородок к его колену, пока он снимает паровые колпачки, источая прилив пара аппетитный запах. Если он думал о том, насколько близко ее рот был к его члену, он не смог бы пережить еду.

Вместо этого он попытался сосредоточиться на маленькой вилке омлета и поднести ее ко рту. Она пристально посмотрела на него. Но потом она открыла рот и поела.

– Смотри, - сказал он через несколько минут, покормив ее.

– Это может быть хорошо.

– Это пиздец,- пробормотала она, проглотив последний кусок омлета.

Он промокнул ее рот салфеткой.

– Кора, которую я знал, не станет так ругаться.

Она слащаво улыбнулась.

– Тогда тебе не следовало ее убивать.

Его член болезненно дергался в штанах.

– Ты закончила?

В ее голосе прозвучала дрожь.

– Да.

Она внимательно наблюдала за ним, как добыча кружащего хищника. Его должно было беспокоить то, насколько ему понравился образ.

Хватит ждать.

Он встал и поставил тарелки с едой на пол, прежде чем поднять ее. Он посадил ее на стол и положил руку ей на грудь, сжимая ее.

– Ляг на спину. Я хочу смотреть на тебя.

Хныкнув, она напряглась, но позволила ему прижать ее спиной к столу. Он раздвинул ее ноги и сел. Он мог полностью видеть ее интимные части ... все. Она была восхитительна. Ее запах был опьяняющим. Его дыхание обдало ее складки, и он увидел, как она дрожит. Она попыталась сомкнуть ноги, но его плечи раздвинули их.

Ее красивая девственная киска.

Мокрая и блестящая для него. Он облизнул губы, его эрекция стала болезненной. Больше всего ему хотелось встать, сорвать пряжку и погрузиться в ее мокрые глубины. Мысль о том, как сильно она будет его мучить...

Прошлой ночью он едва мог заснуть, и ему пришлось еще дважды взять себя в руки, прежде чем, наконец, снова войти в ее комнату сегодня утром.

Он провел указательным пальцем по ее пухлым половым губам.

– Скажи, а ты часто трогаешь себя?

Она упрямо смотрела в потолок, но ее щеки пылали розовым пламенем, и когда он начал зондировать изнутри, на его пальцы пролилось еще больше горячего сока.

– Так готова для меня, - пробормотал он.

Она проклинала его себе под нос.

Его пальцы впились в ее бедра.

– Прошу прощения? Что это было?

– Ты слышал меня.

Он также слышал, как дрожал ее голос.

– Не думаю, что ты понимаешь природу своей ситуации. Вот это, - он прикрыл ее киску ладонью и не пропустил, как она извивалась против него. Такая отзывчива. Это сводило его с ума.

– Это мое.

– Так это и есть, - он засунул ей в рот два пальца. Ее глаза расширились.

– Ты ешь, когда я говорю тебе, говоришь, когда я говорю тебе, становишься на колени, когда я говорю тебе. И ты не отвечаешь. Если тебе нужно усвоить урок, я с радостью научу тебя.

Он убрал пальцы, вытер их о ее живот, прежде чем уткнуться лицом в ее влагалище.

Она взвизгнула, и ее ноги напряглись вокруг его головы, а через мгновение расслабились и распахнулись.

Звуки, которые исходили из ее горла, были чертовски неприличными. И то, как она была на вкус. Амброзия (п.и пища богов). Боги хотели, чтобы они могли пировать на ней.