Чтение онлайн

– Так устроили тут сырость. Давайте заканчивайте, нам ему еще наставления дать нужно – сурово сказал отец. Правда особого эффекта не произошло.

– Отец переходи к тяжелой артиллерии – посоветовал я, все тут же посмотрели на отца.

– Ну как это к какой!? Скажи, что тоже сейчас расплачешься если, не прекратят! – с серьезным видом выдал я.

Минуту стояла тишина, а потом всех прорвал истерических хохот, все в этот момент представили плачущего отца и это было настолько дико, что народ не выдержал. Спустя пять минут народ стал успокаиваться, а обстановка из уныло–плаксивой перешла в нормальное русло.

– Ну ты Сашка отжег, у меня даже слезы от смеха пошли – утираясь сказал отец.

– Фантазер – вторил ему Иван.

– Ну раз все успокоились и повеселели может перейдем к сладенькому? – заканючил я.

– Все то ему слаааааддддееенькое – пробурчала мама, но отправилась на кухню за тортом.

– Ура!!! – закричала наша маленькая непоседа Ксюшка.

***

Утром нас провожало все семейство, мы с отцом сели на телегу, так же к нам подсело двое стражников, в соседнюю телегу сел отец моей сверстницы Марины и сама девочка. Их так же провожали родные. По девочке было видно, что расставание с семьей далось ей не легко, хотя раньше за ней не замечал любви к мокрому делу. Но, с другой стороны, это я взрослый черствый мужик в теле ребенка, а Маринка на самом деле маленькая девочка и расставание с родными для нее тяжкое испытание.

Так мы и отправились на двух телегах в путь до города. Провожаемые ревущей женской половиной родни и подозрительно хлюпающей носом мужской.

В дороге в принципе было скучновато, вокруг были все те же небольшие рощи, луга, поля, болота. В принципе, а чего еще ждать от глубинки. В дороге решил разузнать у отца, что он знает о городе.

Так вот город назывался Китеж и являлся столицей восточного пограничья. Ну и естественно в нем проживал наместник восточного пограничья князь Василий Михайло. Это был самый крупный город пограничья, был обнесен серьезной каменной стеной, имел множество башен, город так же окружал ров, и он производил впечатление крепкого орешка. Стоял город на берегу широкой полноводной реки Ваенги, куда кстати впадает и наша речушка. Река была широкой и довольно глубокой, тянулась аж от западных гор, проходя так же и через столичный город. Вокруг города раскинулись бескрайние поля, засеянные с виду привычными мне зерновыми культурами. А также встречались сады с плодовыми деревьями. У меня иногда все больше возникает ощущение, что это наше прошлое и я на Руси. На это и имена людей намекали и общий быт, и порядки.

***

Пока ехали вспомнился прошлогодний прикол. Начиналось все совсем невинно, как–то по весне в село пришел миссионер Единого. Вера в Единого, напоминает наше христианство, только больше похоже на католическую версию. И довольно быстро договорился о разрешении от старосты на строительство небольшого прихода. Через две недели после этого приехал большой обоз и на берегу реки начали стройку прихода. Ближе к концу лета строительство закончилось, и появился священник отец Икодим.

Надо сказать, что к вере в нашем государстве относились спокойно и войн, религиозных брожений и конфликтов не было. Их пресекали в зародыше, религий в мире было много, но у нас в государстве преобладала конечно вера в Единого, хотя и другие боги были в почете, особенно у магов.

В селе в принципе было не мало последователей Единого. Плюс опять же обычно в приходах организовывались приходские школы, и они хоть и не давали такого хорошего образования, как полноценные школы, но грамоте и счету как минимум обучали. Так что к появлению прихода все отнеслись положительно. Я же и в прошлой жизни к религии относился ровно, так и в этой мне было, как–то параллельно.

И все бы ничего, но назначенный священник отец Икодим был молод, ему едва перевалило за двадцать лет, и как водится у молодых был максималистом и очень активным. В первое же воскресенье после торжественного открытия прихода священник решил показать мастер класс и решил отслужить праздничный молебен в честь открытия нового прихода, на молебен пришло довольно много людей, но даже это видимо явно не устраивало юное дарование. Он не нашел ничего лучше, как пойти после молебна к старосте и начать требовать собрать людей, староста с горем по полам поняв, чего хочет священник (а был староста с жуткого бодуна), порекомендовал ему идти восвояси, ибо был далек от веры в Единого, за то был истинным верующим в деньги.

Обидевшись, священник обозвал его злобным еретиком и пошел сам собирать народ. Придя на площадь в центре деревни и забравшись на стоящую там бочку оратор начал свою обличительную речь, неся кары небесные на головы неверующих, предлагал добровольно покоятся, и придти в лоно Единого добровольно пока не поздно. Народ сперва сбежался послушать, но вникнув в суть происходящего, плюнул и разошелся. Хотя в принципе локальный успех всё же имел место, у прихода появилось еще с десяток последователей из числа стариков, а народу хоть какое–то развлечение. Но юное дарование на этом не успокоилось.

Спустя какое–то время, хорошо поторговавшись с купцами из города и продав им большое количество леса, досок и выделанных шкур, староста с мужиками решил хорошо это дело отметить в нашей таверне. И все бы ничего, но в самом разгаре веселья, в зал, где шло гулянье ворвался священник. В этот момент молодой подпивший охотник решил по заигрывать с официанткой и шлепнул ее пониже талии, увидев это священник побагровел. И начал требовать прекратить сие безобразие, одуматься, покатятся, обозвал сие место обителью зла и потребовал немедленно сжечь гнездо порока и разврата, а старосту немедленно изгнать как главного злодея, разлагающего общество.

По началу мужики во главе со старостой слушали даже с одобрением, ведь халявное представление, где еще найдешь, но после слов сжечь таверну и изгнать старосту, последний не выдержал и не преминул высказать все, что думает о не в меру ретивой служителе. Тот в долгу не остался и переходя на ультразвук начал обвинять старосту во всех грешных делах и бедах мира. На что у старосты с мужиками вконец лопнуло терпение и подхватив вопящего священника гурьбой побежали его топить на речку.

Пока тащили вопящего священника через всю деревню, собралась не малая толпа посмотреть на данное представленье, а уж то, что мужики были в подпитии и не раз роняли свою жертву и падали сами превращало драму в трагикомедию. Ближе к реке мужики со старостой утомились и выпустили свою жертву из рук, священник, не поднимаясь с четверенек и боясь привлечь внимание так ползком и уполз к себе, благо мужики его донесли почти до самого прихода. В этот момент оттуда как раз вышла жена старосты и увидев пьяного мужа с гневом кинулась к нему, староста, почуяв неладное бросился на утек, народ радостно приветствовал продолжение представления.

С тех пор молодой священник поумерил пыл, и пустил всю свою кипучую энергию на организацию приходской школы, здраво рассудив, что старшее поколение слишком дремуче, а молодежь еще может увидеть свет Единого.

К вечеру мы прибыли к городским воротам. По меркам человека 21 века город своими размерами не впечатлял, но по местным меркам это был можно сказать мегаполис, особенно в нашей глуши. Стены города впечатляли своей высотой и основательностью. Дома в основном были каменные, с красивой лепниной. Местами нам попадались особняки зажиточных горожан, а возможно и дворян, их сразу можно было отличить по наличию сада вокруг особняка, наличию фонтанов или красивых скульптур. В городе было довольно светло и много зелени. Встречались конечно и деревянные дворцы, но всеже преобладали каменные строения.

Пока ехали в город мы много общались с Мариной, и она мне все уши прожужжала как она мечтает кидаться огненными шарами направо и на лево и показать кузькину мать всем мальчишкам, что посмели дергать ее за косички. Самое смешное в этой ситуации то, что девчонка была та еще оторва и чаще всего сама выступала в роли зачинщицы всех беспорядков.

Так как время было позднее, то на ночь решили остановится у родни Марины. Дом у её родни был не большой и находился в не самом престижном районе Китежа. Но был довольно просторный и мы с комфортом расположились.

В итоге пол ночи мы с Маринкой шушукались, и она делилась со мной своими мечтами и фантазиями. В результате с утра я был не выспавшимся и крайне раздражительным.

Умывшись и наскоро позавтракав, мы поехали в канцелярию. Родители были поникшими и постоянно косились на нас с Маринкой, предчувствуя долгое расставание.

Прибыв в канцелярию школы и представ под светлы очи служащего, мы окунулись в ад бюрократии. Сначала проверили наши бумаги, сравнив наши словесные описания, а также заставив нас прикоснутся к шару похожему на давешний которым нас проверял маг в деревне. Сверив и подтвердив все, мы были направлены к следующему клерку, который выдал нам комплекты униформы школы, кучу какого–то барахла, сгрузив это все родителям отправились дальше, теперь нам выдали кучу книг, канцелярские принадлежности. Глядя на слегка прифигевших родителей уже с трудом тащащих все выданное нам барахло нас наконец отправили на заселение.