Незабитый гол
Шрифт:
Он протянул Шурыге двугривенный.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал Шурыга. — Ты и считать научился. Но, может, я ошибся? Может, верно получается восемь, а?
Все засмеялись.
«Еще издеваются», — подумал Булочкин.
— Нет, ты скажи, — не отставал Шурыга. — Сколько будет от тридцати отнять двадцать две?.. Не знаешь?.. Давай по пальцам сосчитаем.
Снова раздался взрыв смеха. Булочкин повернулся и пошел.
— Ты куда? — кричал ему вслед Шурыга. — В кружок юных математиков?
Костя шел, вобрав голову в плечи. Как же злился он на себя, как презирал.
Во время матчей Витька тоже издевался над Булочкиным. Если рядом никого не было, говорил:
— Вали, вали отсюда.
Но как «валить» — идет игра, нужно бороться за мяч, нападать или преследовать. Смешно звучит — преследовать Шурыгу.
Если же рядом был еще кто-то, Шурыга ничего не говорил Булочкину. Он лишь кидал на него короткий выразительный взгляд и делал рывок в его сторону, словно там никого не было. И верно: Булочкин будто не видел ни мяча, ни игрока из команды противника. В предурацком положении оказывался Костя Булочкин.
…Сегодняшний матч первая сборная выигрывала у второй со счетом 2:0. Какое-то время «Стреле-2» везло: то штанга спасала, то мяч уходил мимо ворот. Но вот забили им первый гол, а когда Шурыга вогнал головой еще одну «штуку», вторая сборная, игравшая вяло, и вовсе сникла. Только вратарь «работал», все остальные были как сонные мухи.
В полудреме находился и Костя Булочкин. За всю игру он лишь два-три раза коснулся мяча. «Не везет, — думал Костя. — Скорей бы уж конец». А до конца и в самом деле оставалось немного — второй тайм перевалил за половину.
Булочкин настолько отключился от игры, что не узнал самого Витьку, который вдруг выбежал на него с мячом, Шурыга, конечно, не ожидал, что Булочкин вздумает отнимать у него мяч. Он гнал на Булочкина, как на пустое место.
Случилось непостижимое:
«Пустое место» перехватило у Витьки мяч.
И случилось непостижимое: «пустое место» перехватило у Витьки мяч.
Свист и крики болельщиков как бы разбудили бегущего с мячом Булочкина. Он посмотрел, кому бы отпаснуть, но все игроки из
«Стрелы-2» сгрудились по-прежнему у своих ворот.
Делать было нечего. Булочкин побежал к воротам противника.
И по мере его приближения нарастали свист и крик. А Булочкин бежал, как на тренировке, с «привязанным» к ногам мячом. Кто-то попытался догнать его, отнять мяч, но Булочкин перекинул его с одной ноги на другую и повел дальше.
— Булка, стой, слышишь? — раздался прерывистый голос за спиной у Кости. — Стой, хуже будет.
Это был голос Шурыги. Но Булочкин уже ничего не мог с собой поделать. Он мчался к воротам противника. Видел лишь мяч и вратаря, который нервно топтался в воротах.
Немного не добежав до своей любимой одиннадцатиметровой отметки, Костя ударил. Он даже не слышал гвалта болельщиков, не слышал Жориного свистка и злобной Витькиной угрозы: «Ну, Булка, погоди! Ты у меня получишь». Перед глазами все еще трепыхался мяч в сетке ворот. Его, Булочкина, мяч.
Познав радость первой победы, Костя теперь так и рвался к воротам. Да и вся команда «Стрела-2» словно бы проснулась. У ворот первой сборной то и дело возникала опасность. Неминуемый гол навис над ними.
Влетел он минут за пять до конца матча. И опять не обошлось без Булочкина: с его подачи забили этот гол.
Пошла последняя минута. Команды уже смирились со счетом 2:2. Болельщики стали разбегаться. Жора все посматривал на свой секундомер. И вдруг…
Жора остановил игру. В штрафной сбили Булочкина.
Пенальти? Так и есть. Судья назначил одиннадцатиметровый.
Лexa Малюков — вратарь первой сборной совсем приуныл: к мячу подошел сам пострадавший.
Не доставляли вратарям удовольствия Костины удары. То он бил не как все: левой, то «освоил» правую и теперь бил «с двух ног». Случалось это, правда, на тренировках. Но вот теперь…
— Уходи с ворот, — услышал позади себя Леха.
Обернулся — увидел Шурыгу.
— Ты что?
— Ничего, — зло проговорил Витька. — Что слышал. Уходи.
На вратаря Шурыга не готовился. Ни разу его в воротах не видели и вот — пожалуйста.
Леха спорить не стал: пусть становится, если хочет проглотить «штуку». Он только спросил:
— Ты знаешь, как он бьет?
— Не твоя забота.
— Ну как хочешь. Бери. — Леха протянул Шурыге перчатки.
— Не понадобятся. Отойди.
Как знать, может, и не донесся этот разговор до Кости, зато вместе с прочими игроками, собравшимися на штрафной площадке, хорошо услышал он другие слова:
— Бей, Булка, бей! Не бойся, — крикнул из ворот Шурыга.
Только сейчас Костя Булочкин осознал все случившееся. Что с ним теперь сделает Витька? Он посмотрел на. Шурыгу.
— Бей, не бойся! — улыбался тот, стоя в воротах.
Эта улыбочка… Костя знал, что за ней кроется.
— Чего бояться? — сказал кто-то из второй сборной. — Выходи, не позорься. Пусть лучше Леха станет.
И еще кто-то из игроков «Стрелы-2» заметил:
— Вот выиграем, физрук всю вашу сборную перетрясет.
Выиграем!
«А ведь точно, можем выиграть», — подумал Булочкин. До победы несколько шагов. Один короткий разбег. Нужно ударить, как обычно бил он на тренировках, чтобы мяч, просвистев, вошел в ворота. Куда бить — к левой штанге или к правой?
Он опять взглянул на вратаря.
«Улыбается. Думает, боюсь его. Думает, промажу. А если, верно, промазать? Два — два с первой сборной тоже неплохо. И Шурыга тогда ничего не сделает. «Ладно, — скажет, — живи, Булка. Я добрый». И ухмыльнется. Разве лишь щелчка влепит — так, для порядка».
Судья дал свисток. Костя разбежался.
«Черт с ним! Пусть улыбается. Будь что будет. На! Получай». — Он ненавидел эту улыбочку. Как хотелось бы попасть мячом в это смеющееся лицо. Что толку. Шурыга протянет руки — и мяч отбит. Нужно бить наверняка рядом со штангой.