Чтение онлайн

— Лиля… — шепчет он, будто ждал именно меня примерно десять тысяч лет.

Я вздыхаю с облегчением и чуть ли не задыхаюсь от нахлынувших чувств, сердце берет разгон в доли секунды, словно мотор гоночной машины.

— Прости, что беспокою, — произношу я очень тихо, на грани слышимости, устраиваясь рядом. — Но… мне просто больше не к кому пойти.

В капсуле сложно сидеть, так что мне приходится лечь рядом, прижимаясь вплотную к этому мужчине. Мигом становится жарко и неудобно, что я будто напрашиваюсь быть рядом с ним. Слова застревают в горле.

Ард тянет носом воздух. Пространство внутри капсулы накаляется и гудит, словно провода высокого напряжения натянуты между телами.

Я нерешительно поднимаю на него взгляд и что-то вижу в нем такое, что вдруг решаюсь и осторожно устраиваюсь у него на груди. Каким-то шестым чувством улавливаю, что ему приятна моя решимость. И он добавляет к ней еще несколько штрихов: подтягивает меня к себе еще ближе, целует макушку.

Его рука обвивает мою талию, а пальцы второй руки чуть зарываются в мои волосы. У него так просто и естественно это получается, словно ничего более правильного сейчас и представить нельзя, так что я моментально расслабляюсь в его руках.

— Что случилось? — тихо спрашивает он, и я чувствую, как к горлу подкатывает ком.

Все-таки я совершенно не подготовилась, что говорить Арду. Просто шла к нему. А теперь судорожно подбираю слова и говорю первое, что приходит в голову:

— Прокуратор требует отдать меня ему на допрос, — начинаю я. Слова вылетают со скоростью пуль, я не хочу затягивать, тороплюсь вывалить на него все, что меня гложет. — Он угрожает… Шэор и Рэй почти ничего не говорят мне, а я… я боюсь. Мне кажется, что этому прокуратору все равно, буду я жива или нет. Он просто хочет заполучить твой комм, который у меня на руке… Он даже требует, чтобы сначала меня отвезли, а потом уже летели оказывать тебе помощь. Рэй сказал, что они не доложили Прокуратору, что ты пришел в себя… А еще Рэй мне сказал, что у меня нет никаких прав, потому что я всего лишь Землянка.

В ответ на мою сумбурную речь, Ард напрягается. Я чувствую, как каменеют его сильные мышцы. Теперь я должна сказать самое сложное:

— А Шэор… — я замолкаю, осознавая, как тяжело говорить о нем.

Ард смотрит на меня пристально, черты его лица слегка напряжены. Молчит. Терпеливо ждет продолжения моего сбивчивого рассказа.

Я шумно полную грудь воздуха и выдыхаю, продолжаю:

— Шэор подозревает меня в связях с похитителями. Рэй, кажется, тоже не знает, что делать. Они мне ничего до конца не говорят, я как ребенок в темноте. И… — я сжимаю губы, чувствуя, как слезы близки к тому, чтобы пролиться. — Я не хочу, чтобы у меня отбирали этот комм. Да и снять я его не могу…

Я поднимаю запястье и демонстрирую странное устройство. Оно словно вжилось в мою руку.

— Ты можешь его снять? Это ведь твой комм… ты — его настоящий владелец. Если кто-то и имеет право решать, что с ним будет, так это ты! — Горячо завершаю я свою несвзязную речь.

Ард медлит с ответом, его ладонь чуть сильнее прижимает меня к себе. Он склоняется ближе, коснувшись губами моей щеки. Его дыхание обжигает кожу, и я замираю, чувствуя, как сердце колотится, ломая ребра.

— Лиля, — шепчет он, его голос вибрирует где-то в глубине моей груди. — Прости, что оставил тебя с этими проблемами. Я должен был…

— Не говори так, ты не мог, я же вижу, как тебе плохо, — перебиваю я, тянусь к нему ближе, — твои братья говорили, что ты исчерпал энергорезерв, и можешь погибнуть! Я… мне… я просто подумала, что ты должен знать. А еще…

Щеки заливает краской, мне кажется, что я начинаю полыхать красным ярче чем лампы аварийного освещения. Но я набираюсь смелости, и, как с обрыва делаю шаг вперед, надеясь, что он поймет, подхватит, не даст упасть.

— Я подумала, что я нужна тебе. Пришла… поделиться энергией. Возьми, ты же можешь…

Ард рычит. Или это воздух трещит между нами, отдается в груди глухим рокотом.

Он чуть приподнимает голову, и наши взгляды встречаются. Я не успеваю опомниться, как он прижимает меня к себе крепче и впивается в мои губы нежным, но настойчивым поцелуем. От ощущений захватывает дух: его губы мягкие, податливые, но он он крепко держит меня, что не отстраниться.

Да я и не хочу.

Мне так хорошо в его объятьях.

Я отвечаю с готовностью, позволяя себе забыть о тревогах на короткий миг.

Внутри капсулы становится жарко, мы оба слегка отстраняемся лишь для того, чтобы сделать вдох. Жадно смотрим друг на друга лишь один миг. В этом замкнутом пространстве мы с ним словно одно целое. С одним желанием на двоих.

— Я не позволю им забрать тебя, — произносит он тихо, после чего снова касается моих губ. Я ощущаю, как весь стресс и страх тают в этом тепле. Его поцелуи ласковые, но по-настоящему жадные, словно он восполняет то время, что потерял, лежа без сознания.

— Никто никогда не посмеет сделать тебе больно, — от его шепота внизу живота закручивается спираль, сжимается невыносимо туго.

Мы отрываемся друг от друга, лишь когда в ушах начинает шуметь от недостатка воздуха. Я прикасаюсь лбом к его лбу, ощущаю хрипловатый вздох, и у меня на глаза наворачиваются слезы облегчения. прикрываю ресницы и снова тянусь за поцелуем.

Ардэн

Не спится. По инструкции в регенерационной капсуле нужно спать. Подозреваю, что даже есть в ней какие-то настройки “усыпляющие”. Раньше ведь спал.

Но после визита Лили настройки сбиваются к шерзу! Сон и покой — недоступная опция.

На коже ощущения от ее касаний, будто это было все реально.

Я бы хотел, чтобы это было все реально.

Но… это всего лишь один сон на двоих. Пусть так, но это тоже свидетельство высокой совместимости — общие сны, управляемые объединенным пси-полем. Ничего бы не вышло, если бы Лиля закрылась, и не хотела принять меня.

Ощущения до того настоящие, что невозможно поверить, что этого не было.

В груди медленно расползается жар. Разносит по венам злость.

Хреново, что не могу ничего сделать, чтобы она рядом была.

Космической колкой пылью проникают под кожу сомнения, делают мелкие прорехи в броне моей уверенности и удовольствия, от того, что она — моя.

Что, если это только жалость? Вдруг она просто пожалела меня, но для нее это ничего не значит? Что тогда?

Вопросы множатся со скоростью света.

И вдруг в следующую секунду как ответ на мои сомнения — капсула открывается, и …. Лиля ныряет внутрь.