Чтение онлайн

– И очень соблазнительный.

Джорджина покраснела под его пристальным взглядом, а сердце ее бешено забилось. Его черные кудри растрепались, и это придавало ему задорный вид.

– Как вы здесь очутились? – спросила она, удивленная, что Джастин сумел подойти так тихо. Она не слышала ни единого звука, пока он сам не выдал свое присутствие.

– Так же, как и вы, пешком.

– Я удивлена, что вы так рано поднялись с постели.

Рэвенстон усмехнулся.

– Я не так ленив, как вы, должно быть, думаете. В деревне я всегда встаю рано. Я спускался к завтраку, когда увидел, как вы выходите из дома, и решил пойти следом.

– Если бы я желала вашего общества, лорд Рэвенстон, я бы вас пригласила.

Он засмеялся, и она поймала себя на мысли, что ей приятно слышать его смех.

– Именно поэтому я и не выдавал до сих пор своего присутствия. – Он внимательно изучал подковообразные стены каменоломни. – Я хотел посмотреть, где вы нашли кости игуанодонта.

– Теперь вы это видите.

Его густые черные брови взметнулись вверх в ответ на ее задиристый тон, и он улыбнулся.

– И теперь я могу идти? О нет, вы от меня так просто не отделаетесь.

Впрочем, Джорджина и сама была не уверена, что хочет этого.

Все еще улыбаясь, Рэвенстон убрал с ее щеки выбившийся локон. От его нежного прикосновения все ее тело охватил трепет.

– Скажите-ка мне, вы надеваете брюки только когда занимаетесь раскопками, или носите их на публике, шокируя своих соседей, как Жорж Санд в Париже?

– Спокойствие моих соседей не подвергается риску. А вы читали ее роман «Индиана»?

Улыбка мгновенно исчезла с его лица.

– Да, эта женщина выходит за всякие рамки, как в своих взглядах, так и в одежде.

Джорджина немедленно взвилась при этих словах.

– Почему? Потому что она отстаивает право женщины любить и быть независимой?

– Я поражен, что ваш отец позволил вам читать такую чепуху.

– Папа никогда не вмешивается в то, что я читаю.

– Возможно, ему стоит подумать об этом.

– Он не такое древнее ископаемое, как вы.

Внезапный блеск в его глазах сказал ей, что стрела попала в цель. Но вместо того, чтобы отразить удар, Джастин сказал:

– Кстати, об ископаемых, мне кажется, что вы именно здесь нашли свой череп.

Он показал на продолговатое углубление у левого края стенки.

Джорджина кивнула.

– Каменоломня не такая уж и большая, – заметил он. – Почему она заброшена?

– Мой отец приказал ее закрыть по причинам безопасности, когда унаследовал Пенфилд после смерти брата. В ней произошло несколько несчастных случаев, двое рабочих погибли и еще несколько пострадали.

Граф посмотрел на кирку, брошенную Джорджиной.

– Я вижу, вы собирались возобновить ваши поиски. Почему вы не взяли с собой пару слуг, чтобы они сделали для вас черную работу?

– Потому что они норовят размахнуться киркой слишком сильно, и я боюсь, что, если им попадется что-то интересное, они повредят находку.

– Серьезный довод. – Рэвенстон снял сюртук и жилет и перекинул их через открытую крышку ящика.

Джорджина с изумлением наблюдала, как он развязал шейный платок, снял его и бросил поверх жилета. Затем Джастин начал расстегивать верхние пуговицы рубашки.

Боже правый, он что, собирается раздеться перед ней догола? Она почувствовала, что заливается краской.

– Что... что вы делаете, милорд?

Он нагнулся и поднял с земли кирку.

– Хочу убедить вас, что могу действовать этим инструментом с достаточной осторожностью.

– Я удивлена, что вы вообще можете им действовать. – Она еще никогда не встречала графа, который не считал бы подобное занятие ниже своего достоинства.

– Я не раз выезжал в экспедиции на раскопки, – пояснил Джастин. – Опыт научил меня, так же, как и вас, что лучше использовать инструмент самому, чем рисковать находкой.

Он начал осторожно долбить склон холма над головой, вправо от того места, где она нашла челюсть. Джорджина с облегчением отметила, что он действует достаточно осторожно. Она достала из ящика стамеску.

– Почему вы выбрали именно это место, мисс Пенфорд?

– Слой здесь очень похож на тот, в Тилгейт-Форест, где миссис Мантелл нашла зуб игуанодонта.

Он бросил на нее одобрительный взгляд, и это вызвало в Джорджине прилив такой радости, что она сама удивилась. Почему это ей так важно?

Рэвенстон продолжал орудовать киркой, в то время как Джорджина работала стамеской.

– Отец сказал, что вы подумаете над моей просьбой оставить вашу сестру у нас, вместо того, чтобы отправлять ее обратно к леди Недлейн.

Джастин прекратил работу и повернулся к ней.

– Да.

Она встретила его взгляд.

– Надеюсь, вы примете правильное решение, милорд. Ей у нас будет намного лучше, чем в этой дурацкой школе!

– Даже если я и отклоню ваше предложение, я не пошлю Мелани обратно в школу леди Недлейн.

Рэвенстон опять принялся за работу, легко касаясь стенки каменоломни острием кирки.

– Не пошлете?! – воскликнула Джорджина с удивлением и радостью. – А почему вы так решили?

– Я пришел к выводу, что вы были правы: это не очень подходящая для нее школа.

Он все еще работал, и Джорджина не могла видеть выражения его лица. Она была удивлена, что человек, столь самоуверенный и презирающий женщин, мог признаться, что она, обыкновенная женщина, оказалась хоть в чем-то права.

– Но тогда почему вы не разрешаете ей пожить у нас? Вы боитесь, что вас осудят за то, что она живет не с вами?

Джастин опять прервал работу и обернулся к ней.

– За все эти годы я давно привык к критике за то, что не позволяю своей подопечной жить со мной. Когда умер мой отец, меня все осуждали, что я поддался на уговоры ее матери и разрешил ей вернуться с Лэни к своим родителям в Сассекс. В то время я был женат и имел соответственно гораздо меньше причин, чем сейчас, чтобы не брать в свой дом Мелани. Оглядываясь назад, я иногда думаю, что был не прав.

– А почему вы так поступили?

– Ее мать отказывалась жить в Корнуэлле, мне казалось неразумным разлучать мать с дочерью, особенно если ребенок такой маленький. А ведь Мелани тогда был всего год от роду. – Он нахмурился. – Какого черта вы так на меня смотрите?