Чтение онлайн

— Похоже, ты не хочешь посмотреть на это просто, — заметила она.

Эдгар покачал головой.

— Если бы меня влекла простота, я не влюбился бы в тебя, согласна? — Он снова указал на дверь. — Ты либо отвечай, либо уходи.

Китти отвернулась от него, шагнула к двери — и заперла ее. Потом снова повернулась к нему. В этот миг она заметила, что его лицо исказилось от боли — он, похоже, решил, что она уходит.

— Я подумала, что, если мы будем жить порознь, я перестану любить тебя и когда ты умрешь в следующий раз, то я не сломаюсь.

— Я тоже ломаюсь каждый раз, когда ты умираешь, — тихо сказал он.

Китти подошла к нему и положила обе ладони на его обнаженную грудь.

— Прости меня. Я решила, что смогу научиться жить отдельно от тебя, а потом перестану любить тебя, а потом… а потом, когда ты покинешь меня, мне будет не так больно.

— Ну и как получается? — Эдгар накрыл ее ладони своей.

— Никак не получается.

— То есть ты говоришь, что до сих пор любишь меня?

— Сам же знаешь, что люблю. И всегда любила. — Она взглянула ему в глаза и спросила: — Мы сможем вернуться к тому, что было раньше?

— Нет.

Вряд ли хоть когда-то за всю свою жизнь она была так сильно обескуражена. Почти все время, которое они прожили порознь, он пытался убедить ее вернуться к нему, а сейчас, когда она пришла к нему и сказала, что он был прав, Эдгар отвергал ее. Китти подалась назад, но он не выпустил ее рук.

Напротив, свободной рукой он обнял ее, а второй прижал чуть ниже талии.

На его лице медленно появилась та уверенная улыбка, с которой он ходил много лет, и он сказал:

— Я не хочу возвращаться к прежнему.

— Но…

— Кит, поклянись мне, — перебил он, — поклянись, что никогда больше меня не бросишь.

— Никогда, — прошептала она.

— И когда я в следующий раз попрошу тебя выйти за меня замуж, ты скажешь «да».

— Эдгар…

Китти осторожно начала высвобождаться из объятий и пятиться назад.

Поначалу Эдгар почти выпустил ее. Но потом снова притиснул к себе и приподнял.

— Говори! — потребовал он. — Я уже одиннадцать лет жду, когда же ты скажешь «да».

— Эдгар, я не гожусь в жены.

— Чушь собачья. — Он аккуратно поставил ее на пол. — Да, Кит, именно так. Я не собираюсь допустить, чтобы кто-нибудь из нас сломался окончательно, когда мы можем и должны быть вместе. Либо женитьба, либо ничего.

Она обхватила его обеими руками за шею.

— Ты не оставляешь мне выбора?

— Когда я попрошу тебя выйти за меня замуж, ты скажешь «да», — повторил Эдгар.

— Сомневаюсь, что здесь найдется подходящая церковь…

— Выходи за меня замуж. — Он почти касался ее губ своими, но, когда она попыталась поцеловать его, чтобы отвлечь его и прервать спор, отвернулся и нежно прошептал: — Кит, просто скажи «да».

— Да, — уступила она.

Эдгар приник к ее губам, легко поднял ее, сделал несколько шагов и, опустив ее на кровать, начал быстро расстегивать ее одежду. Когда он чуть отстранился и подсунул руки ей под спину, она предложила:

— Я могла бы просто задрать…

— Нет. Я очень долго был без тебя. Сейчас я хочу видеть тебя и ощущать. — Он спустил платье с ее плеч до пояса. И тут же, умелыми неторопливыми движениями, от которых она столько раз теряла голову, принялся расшнуровывать ее корсет, одновременно лаская ее и покрывая поцелуями обнажившуюся кожу.

— Я могу помочь тебе, — предложила она.

Он рассмеялся и накрыл ладонями поверх корсета ее груди.

— Мне так больше нравится.

— Ты нарочно меня мучаешь? — Она протянула руку и положила ладонь на бугор, выросший на его брюках. — Знаешь, это чревато последствиями.

Он подался вперед, чтобы лучше чувствовать ее руку.

— К счастью.

К тому времени, когда оба разделись догола, Китти уже не знала, смеяться ей или рыдать. Хотя они и провели порознь, как им обоим казалось, бесконечно много ночей, реальное ощущение близости с Эдгаром оказалось куда лучше воспоминаний. Он целовал, лизал и покусывал ее кожу, а она извивалась и охала от наслаждения. И в конце концов она громко не то вскрикнула, не то застонала, и его плоть вошла туда, где и должна была оказаться.

— Я люблю тебя, — выдохнул он.

— Я тоже люблю тебя. — Она подалась бедрами вверх, побуждая его начать движения.

Он не откликнулся на этот призыв. Вместо этого он взглянул ей в глаза сверху вниз и спросил:

— Кит, ты выйдешь за меня замуж?

— Так нечестно! — возмутилась Китти.

Он медленно отодвинулся, почти выйдя из нее, а потом с мучительной для нее медлительностью снова качнулся вперед.

— Скажи еще раз: ты будешь моей женой?

— Буду. Я стану миссис Эдгар Кордова, — пообещала она.

— Еще раз! — потребовал он.

И еще много раз он совершал движения, лишь услышав от нее это обещание.

Потом они поменялись местами, и она распласталась поверх него, чувствуя себя лучше, чем когда-либо с тех пор… с тех пор, когда она в прошлый раз была обнаженной в его объятиях.

Потом она задремала, а когда открыла глаза, он глядел на нее с таким выражением, будто был полностью доволен жизнью. Она подняла голову и тоже уставилась на него.

— И что, если бы я не пообещала выйти за тебя, ты тут же прекратил бы все это?

Он рассмеялся.

— Нет, но ведь ты редко бываешь такой уступчивой. Вот я и решил выжать из тебя обещание, пока есть возможность. — Он прижался к ней, перевернулся, так что она оказалась сверху, нежно поцеловал и добавил: — Я ведь знаю тебя, куколка. Ты ни за что не нарушишь слова.

Китти обвила Эдгара ногами, села и посмотрела на него сверху вниз.

— Полагаю, ты не думаешь, что я сразу стану покорной домохозяйкой?

— Покорность меня не привлекает. — Эдгар подхватил ее ладонями под ягодицы и приподнял, так что оказалось, что она стоит на коленях. А потом убрал руки и, глядя на нее снизу, сказал: — Я опять хочу тебя.

Китти со счастливым вздохом приняла его в себя. Ее глаза закрылись от наслаждения, она громко выдохнула и произнесла срывающимся голосом:

— Мне это нравится…

Не увидев Кэтрин в главном зале таверны, Джек обрадовался. Он надеялся, что Эдгар убедит ее остаться в гостинице, но, честно говоря, не был уверен, что это удастся. Если Кэтрин что-то втемяшивалось в голову, то никакая усталость не заставила бы ее отказаться от своих намерений. С навязчивой мыслью о том, что он пытается ускользнуть от неприятного разговора и что она все равно поступит по-своему, он остановился перед дверью комнаты Фрэнсиса.