Никогда не поздно
Шрифт:
— Нет, мама, конечно, нет, — тут же поспешил успокоить родительницу Лемм, а затем сделал самую большую подлянку, которую только можно было себе представить. — Позволь познакомить тебя с моей девушкой, мама, — Лемм чуть отошел от меня в сторону, даже сделал какой-то театральный жест рукой. — Айрин Лайрон, девушка, которая похитила мое сердце. Айрин, это моя мама, леди Аделаида Брокк.
— Леди Брокк, — пискнула я, краснея и приседая в кривоватом книксене — на большее у меня просто не хватило воображения. — Очень рада с вами познакомиться.
— Мисс Лайрон, — не могу сказать, что леди Брокк расцвела или же расплылась в доброжелательной улыбке. Такого не было. Но она и не смотрела на меня с презрением или ненавистью. Скорее, в ее глазах, темных, насколько я могла рассмотреть, не изменилось ровным счетом ничего. И холодно-отстраненная маска вежливого равнодушия на красивом лице, тоже не дрогнула. На меня леди Брокк смотрела вот точно также, как минутой раньше смотрела на своего сына, которого вдруг неожиданно застала на семейном кладбище — равнодушно. — Добро пожаловать в поместье Брокков. Только я не понимаю, сын, для чего ты притащил девушку на кладбище? Да еще ночью?
— Хотел познакомить Айрин с предками, — как-то слишком легкомысленно отозвался Лемм и вот тут случилось то, чего я лично уже и не ждала. Красивая маска на лице леди Брокк дрогнула, и невозмутимость сменилась удивлением.
— Что ты сделал?
Это воспоминание было настолько ярким, до такой степени реальным, что я, как и в тот раз, шесть лет назад, крепко зажмурилась. Слова леди Брокк все еще звенели в ушах, и казалось, что стоит мне только решиться и открыть глаза, как я увижу герцогиню перед собой. Такой же, какой она была в ту ночь.
В то время я не поняла, почему она вдруг так изменилась, стоило только ей узнать, куда именно меня водил ее сын. Уже позже, после того, как мы покинули поместье Брокков в Райене и вернулись в академию, Лемм объяснил, что его отец так и не согласился провести подобный обряд со своей супругой. Ни после рождения наследника, ни после.
— Понимаешь, мы… наследники магии Древних. Нэшвиллы один из немногих родов, кто все еще хранит не только память, но и отголоски силы. Той самой, легендарной силы Древних магов. И очень важно сохранить это наследие, не растерять в веках, передать потомкам. Древний ритуал связывания, который мы с тобой прошли сейчас… на самом деле его проводят после свадебного обряда, ну, в последнее время. правда, название у ритуала красивое "Родственные души". Таким образом, наследник рода как бы вводит молодую супругу в семью, представляет ее предкам, позволяет магии прикоснуться к ней, оставить свой отпечаток в ее крови… Как-то так…
— Подожди-ка, — я повернулась и внимательно посмотрела на Лемма, — ты только что нарушил правила своего рода? Ты… Лемм, это уже не шутки. Мы не женаты. Я даже не твоя невеста!
— Для меня это не имеет значения, Айрин, — твердо ответил он. — Я люблю тебя. И наша свадьбы — всего лишь вопрос времени. По окончании академии, мы пойдем в храм. И я не шучу сейчас, — он тряхнул темной челкой и схватил мои ладошки, сжал их, согревая своими пальцами. — Мне никто не нужен, кроме тебя. И ты уже дала обещание.
Мне оставалось только выдохнуть и промолчать. Лемм… его слова находили отклик в моем сердце, отогревали душу, заставляли встрепенуться и поднять голову надежду. Я верила ему. На самом деле верила, и… я тоже любила его до такой степени, что готова была забыть обо всем, ради этой любви.
— Твоя мама не выглядела довольной.
Лемм вздохнул, обнял меня за талию и увлек поближе к крыльцу — мы стояли неподалеку от входа в общежитие. Было холодно, но ни я, ни он не торопились прощаться.
— Мама… она… отец так и не провел ритуал. Это старая и не очень приятная история. Ты же знаешь, что Нэшвиллы — древний род. Очень древний. Только так получилось, что моему отцу в наследство, кроме громкого имени и древней магии ничего больше не досталось. Еще мой прадед пустил под откос все семейное состояние, заложил и перезаложил земли, влез в такие долги, что и дед не смог погасить их и передал в наследство своему сыну. А отец моей матушки… на самом деле, дворянство он получил всего лет двадцать пять назад. Можно сказать, что он купил титул, но… сама понимаешь, что таких «аристократов» не очень-то привечают в обществе, их считают кем-то вроде людей второго сорта, хоть и не брезгуют пользоваться их деньгами. Лорду Сувону, отцу моей матушки, срочно понадобились связи, и он не придумал ничего лучше, чем просить его величество о подходящем супруге для своей единственной дочери и наследницы всего состояния. Главным условием такого брака было древнее имя. Лорд Брокк герцог Нэшвилл подошел идеально, и король приказал готовиться к свадьбе. Отец выполнил приказ, но… в род матушку так и не ввел, хотя она и хотела.
Воспоминание рассеялось, расползлось по комнате прозрачным туманом, осело на пушистый ковер, притаилось по углам, сливаясь с тьмой, что уже давно поселилась в моей спальне.
Я вздохнула. Подняла взгляд и встретилась глазами с Леммом.
— Ты сказал, что этот ритуал… что он ничего не значит, — прошептала едва слышно. — Ты обещал, что…
— Я так думал, — так же тихо отозвался он и отвел взгляд, отпустил мою руку и, резко развернувшись ко мне спиной, приблизился к ярко пылающему камину. Остановился уже там, так близко к решетке, что на мгновение мне показалось, он ее просто не заметил. Я дернулась, точно бы хотела его остановить, но замерла, так ничего и не сказав. Лемм поднял руку и взъерошил волосы на затылке… как делал всегда, когда нервничал, или пытался найти решение какой-нибудь очень непростой задачи. И этот его жест, до боли знакомый мне жест, что-то сдвинул в душе. Я словно вернулась назад на шесть лет, снова стала той адепткой, до беспамятства влюбленной в своего родовитого напарника по боевке.
— Прости, — прошептал Лемм, все еще стоя ко мне спиной. — Я не знал тогда… даже представить не мог… впрочем, я был уверен, что это всего лишь первый шаг на пути к нашему счастью. До недавнего времени, я понятия не имел, что у того ритуала будут последствия. Откуда мне было знать, что всего через полгода, ты просто растворишься в неизвестности, не оставив мне даже коротенькой записки! — его голос зазвенел, а сам Лемм резко обернулся и чуть прищурив глаза, посмотрел на меня. — Почему, Айрин? Я просто хочу понять, почему ты уехала, не сказав мне ни единого слова. Ты даже о сыне мне не сказала! Почему?!
— Прости, — пришла моя очередь просить прощения. Я отвела глаза и закусила губу. — Я… меня отправили на отработку, Лемм. Я не могла отказаться, ты же знаешь, что в принципе у меня не было выбора.
— Ты должна была отработать пять лет в королевском дворце!
Что ж, и он прав. До той ночи, так оно и было… вот только беда в том, что я не могу ему рассказать. Просто не могу. И дело вовсе не в том, что не хочу или пытаюсь набить себе цену. Я просто не могу, в буквальном смысле, произнести ни единого слова. И даже сказать об этом не могу.
— Так что случилось, Айрин?! — а вот Лемм не отступал. Он жаждал получить ответы на свои вопросы и… да, пусть я понимала, что он в своем праве, все же не могла ничего сказать. И от осознания этого хотелось плакать. — Почему ты уехала, Айрин!
Лемм оказался рядом, очень близко. Он почти коснулся меня, но все же сдержался и остановился в шаге. Я чувствовала тепло, исходящее от него, чувствовала его запах, который, что удивительно, не изменился за прошедшие шесть лет. Я буквально кожей ощущала на себе его взгляд.