Чтение онлайн

Горячая ванна, сухая одежда, стакан теплого питья — меня клонило в сон, но я упорно держалась, сцеживая зевки в кулак. Я ждала Лемма. Нам отвели смежные спальни, соединяющиеся между собой неприметной дверцей в гардеробной. И вот я ждала. Смотрела в окно, покусывая нижнюю губу, думала… Впрочем, нет, думать не получалось. Хотелось спать. Очень. Но еще больше хотелось увидеть Лемма и спросить. Много о чем спросить, на самом деле.

Легкое дуновение коснулось кожи, едва ощутимо пощекотало еще влажные волосы на затылке и испарилось. Я резко обернулась и удивленно приподняла брови.

На пороге моей спальни стояла Камилла.

Мы застыли, глядя друг на друга и не решаясь нарушить это странное, напряженное молчание. Камилла всегда умела владеть собственным лицом, так что понять, о чем она думает, какие мысли роятся в ее голове, у меня просто не получалось. Да я и не особо старалась.

Наконец, леди Росс повела плечами, едва заметно улыбнулась, или скорее, просто с усилием растянула губы в неком подобии улыбки.

— Прошу меня извинить, не стоило врываться вот так, — ее голос звучал ровно, не было ни тени неуверенности или сожаления. — Надеюсь, все в порядке? Слуги позаботились о вашем удобстве?

— Да, вполне, — кивнула я, продолжая смотреть на нее. Этот визит… что он означал? Для чего Камилла пришла ко мне? Что хотела сказать или спросить?

— Хорошо, — она кивнула, еще раз изобразила улыбку, — тогда я пойду. Доброй ночи.

— Доброй, — я тоже растянула губы в вежливой полуулыбке.

Камилла развернулась и уже взялась за ручку двери, а я… я вдруг отчетливо поняла, что если позволю ей сейчас уйти, то случится нечто непоправимое, страшное, что-то такое, что уже никогда нельзя будет изменить или как-то исправить. Возможно, в другое время я бы промолчала и позволила ей уйти. Шесть лет назад, просто не обратила бы внимания на этот поступок, даже не стала раздумывать над причинами, побудившими леди Росс прийти в мою спальню. Даже месяц назад, я бы ни за что не стала делать то, что сделала сейчас.

— Постой! — слишком громко выкрикнула я и, чтобы немного сгладить эффект, шагнула навстречу. — Подожди! Камилла… Зачем ты приходила? — вопрос дался мне легко. Воспоминания об Эване, о том, что случилось в Оруме всего двумя неделями раньше, еще были свежи и причиняли мне боль. Я потеряла друга, пусть даже мы не общались с ним шесть лет, пусть он совершил немало ошибок и едва не стал причиной гибели моей и Криса… Эван все же был мне другом. И я все еще болезненно переживала его предательство.

А Камилла? Каково ей сейчас? Точно знаю, что Лемм не успел ей ничего рассказать. Он решил отложить неприятный разговор до утра. А значит, сама Камилла сейчас ничего не знает и все еще мучается сомнениями и неизвестностью.

Она замерла. Тонкие пальцы на дверной ручке ощутимо подрагивали — это было видно даже с моего места.

— Камилла… — я преодолела разделяющее нас расстояние и остановилась всего в шаге от нее.

Она резко развернулась, тяжелые юбки всколыхнулись и снова опали красивыми складками. Глаза же… зажглись огнями. Прежними. Бледное лицо украсилось румянцем.

— Зачем я приходила? — Камилла усмехнулась и отпустила дверную ручку, сложила руки на груди. — Знаешь… а я ведь и сама уже не знаю зачем? Быть может, для того, чтобы проявить себя рачительной хозяйкой и поинтересоваться, всем ли довольны мои гости? Или же выслушать пожелания? А может, мне просто очень сильно захотелось узнать, что же произошло? Что случилось с той, которую я считала подругой? Которой верила, точно кровной сестре? Как думаешь, у меня были для этого причины? — она говорила зло, точно выплевывала каждое слово, распалялась все больше и больше и в какой-то момент стала прежней. Той самой Камиллой, которая когда-то безбожно критиковала мои наряды, а затем вместе с Леммом придумывала планы помощи мне.

— Ты… прости, — вряд мое извинение было тем, что она хотела сейчас услышать. — Я… не знаю, что тебе сказать. Я просто… тоже скучала. И думала о тебе все эти годы, ждала столичных газет, чтобы хоть что-то узнать о тебе и… Мне очень жаль, что все так получилось.

— Тебе жаль! — вскрикнула Камилла и, сжав кулаки, сделала шаг вперед, почти вплотную приблизившись ко мне. — Газеты она читала! А написать? Приехать? Хоть как-то дать знать, что жива и… все в порядке?! Об этом ты не подумала? Ну, конечно, зачем? Айрин Лайрон всегда была самостоятельной и самодостаточной! Она никогда не принимала помощь от посторонних! Хотя… — тут она как-то нехорошо улыбнулась, — уже не Лайрон. Леди Брокк! Могу себе представить, как ты потешалась, когда я пыталась планировать твою свадьбу. То-то мне тогда казалось странным, что невеста не желает даже наряд приобрести для своего бракосочетания. А оно просто было уже ненужным. Ведь свадьба состоялась задолго до этого! Тайно!

— Камилла, перестань. Все не так.

— А как?! — она уже кричала. Не сдерживаясь, наступала на меня, и пришлось сделать несколько шагов назад, чтобы не столкнуться с ней, в прямом смысле слова, лбами. На самом деле в этом не было ничего угрожающего, но я… мне хотелось дать ей выговориться, спустить пар. Камилла всегда сначала устраивала разгон, а уже затем, когда первые эмоции были выплеснуты, она была способна к диалогу. Я лишь наблюдала сейчас за ней, понимая, что за шесть лет в ней много всего накопилось. Да и потом… я должна была знать, замешана ли она. Знает ли о том, что именно творил Эван. Участвовала ли в том фарсе, который шесть лет назад разрушил мою жизнь.

— Как я должна реагировать, если ты пропала шесть лет назад? Совсем пропала. Ты не оставила даже коротенькой записки. Ничего не объяснила и не попрощалась! Ты можешь себе представить, что я пережила, когда очнулась в лазарете и первым кого увидела, был ректор с ритуальным клинком наперевес? Я думала, что умру, мой резерв почти полностью схлопнулся. Только чудо удержало меня на этом свете. Но даже в таком состоянии, глядя воспаленными глазами на старика Аргона, все о чем я могла говорить — это ты! Я раз за разом спрашивала у него, где ты и что с тобой случилось, а в ответ получала лишь неоднозначные ответы о том, что мне стоит забыть о нашем с тобой знакомстве! Ты можешь себе представить такое?!! Знаешь, что они сделали? — Камилла резко замолчала, а затем резкими судорожными движениями стала расстегивать манжет. У нее не получалось и она просто рванула ткань, без сожаления уничтожая тончайшие кружева, определенно ручной работы. Мелкие жемчужинки, исполняющие роль пуговиц, брызнули в разные стороны и весело застучали по полу. А Камилла уже задирала рукав вверх. — Видишь?

На тонком запястье белел крестовой шрам. Белесый, не очень заметный. Ровные линии пересекались точно на середине. Шрам как шрам, и только маги с уверенностью могли утверждать, что это такое. Свидетельство клятвы на крови. Одной из страшнейших клятв, которые только известны. Почти тоже самое, что и моя печать, за исключением того, что подобные клятвы должны даваться осознанно и закрепляться доброй волей того, кто собственно и клянется. И да, такая клятва не подразумевала под собой никаких условий, кроме собственно самого предмета клятвы.

Нечто подобное я и подозревала, после того, как канцлер еще в Оруме рассказал мне о своем расследовании. Он же тогда и отметил, что все участники той истории давали подобные клятвы и не в состоянии их нарушить. Попробуешь рассказать о том, о чем обещал молчать и умрешь страшной мучительной смертью.

Я сглотнула, отвела взгляд от руки Камиллы и с усилием вытолкнула воздух из легких. Дышать вдруг стало тяжело. А решиться на следующий шаг — еще тяжелее. И я рисковала. Очень сильно рисковала. Но собственное чутье подсказывало, что так будет правильно.