Чтение онлайн

— Здравствуй, — прошептал Лемм, шагнув ко мне. Его глаза вспыхнули, взгляд наполнился восхищением. И для меня не надо было слов, хватало всего вот этого взгляда, наполненного почти благоговением и непередаваемым восхищением. И я почувствовала себя сильной, красивой, способной волновать сердца. Я почувствовала себя… счастливой настолько, что даже не смогла найти подходящих случаю слов. — Ты… потрясающе выглядишь.

— Здравствуй, — в горле пересохло, и вместо полноценного приветствия у меня получился только едва различимый шепот.

Лемм шагнул еще ближе, встал почти вплотную ко мне, но и этого ему показалось мало, он взял меня за руки, чуть-чуть сжал вмиг похолодевшие пальчики, и снова улыбнулся.

— Конечно, она восхитительна, — воскликнула где-то рядом Камилла, но, ни один из нас даже не пошевелился, не посмел отвести глаза. — Я целых два часа старалась. И да, материал был довольно неплох, стоит признать. В противном случае, даже у меня не получился бы настолько великолепный результат.

Мы молчали. Смотрели друг другу в глаза и просто отсутствовали здесь и сейчас. Не знаю, что именно чувствовал в этот момент Лемм, но я просто провалилась в какую-то воронку, где не было ничего: ни Камиллы, ни ее дома, ни что-то восторженно вещающего на заднем плане Эвана — не было ничего и никого, кроме меня и Леммарда Брокка. Мы остались одни в целом мире и не могли оторваться друг от друга.

— А! — выдохнула Камилла. — Здесь не с кем разговаривать. Пропащие люди.

— Как это не с кем? — все же не выдержал Эван. — А я? Меня совсем не рады видеть?

— А что ты? — в голосе подруги послышалась плохо скрытая издевка. — Тебя, насколько мне известно, очень ожидают совсем в другом месте.

— Не понял?

— А что непонятного? Марианна Саргон поделилась своими ожиданиями почти со всем высшим светом Райены. Так что… подите прочь, лорд Росс, вам здесь и в самом деле не рады.

Эван попытался что-то возразить, как-то оправдаться, но вряд ли бы у него это получилось, поскольку Камилла редко прислушивалась к словам окружающих, тем более тогда, когда слова эти шли вразрез с ее личным мнением.

— Давай сбежим? — тихо прошептал Лемм. — Пусть без нас ругаются. Я так давно тебя не видел, что совершенно не желаю тратить ни мгновения из этой встречи, чтобы в очередной раз пытаться их помирить.

— Неделя, — все так же тихо отозвалась я. — Прошла всего неделя с тех пор, как мы виделись в последний раз, и я сделала тебя на тренировке у Мастерса.

— Это целая вечность.

Я смущенно опустила глаза, чувствуя, как щеки заливает румянец. Вот же, никогда не смущалась раньше и ухаживания Лемма всегда воспринимала невозмутимо, держа в узде собственные чувства и заталкивая подальше желания. Но сейчас, в эту вот минуту, мне вдруг на самом деле захотелось оказаться далеко отсюда, на берегу моря, вместе с Леммом. И я вдруг поняла, как сильно устала бороться с собой, с собственными чувствами и… впервые в жизни решилась отпустить их на волю, снять все оковы и запреты, что сама на себя наложила и… будь, что будет.

Наверное, это прическа и легкомысленная шляпка, на которой так настаивала Камилла, начисто лишили меня разума.

— Ты покажешь мне море?

— Я могу показать тебе весь мир.

— Мне не нужен мир, будет вполне достаточно всего лишь небольшого уголка. Тихого, уютного… только моего…

И мы сбежали. Лемм успел перехватить конюха, который собирался расседлать его лошадь, подхватил меня на руки и усадил в седло. Затем запрыгнул сам. Он отвез меня к морю, и мы провели вместе весь день. Бродили по песчаному берегу, собирали ракушки, смеялись, разговаривали и просто молчали. Наверное, именно в тот день, я наконец-то поняла, что нельзя убежать от себя.

В Делгар мы вернулись уже на закате.

Стараясь не обращать внимания на понимающие усмешки и заинтересованные взгляды Камиллы и Эвана, поужинали, затем еще немного посидели в гостиной с друзьями, разговаривая ни о чем (я так и вовсе была не в силах уследить за темой разговора, а если и говорила что-то, то определенно невпопад) и разошлись по спальням. Лемм провожал меня до комнаты, держал за руку, улыбался так, что у меня сердце замирало, а в душе поднималась волна нежности, тепла, самого настоящего счастья. Казалось, стоит только подпрыгнуть, и я взлечу к облакам.

— До завтра, — прошептал Брокк, останавливаясь перед дверью и привлекая меня к себе. Заглянул в глаза, снова улыбнулся, чем внес еще больше смятения в мою душу и заставил покраснеть (в который уже раз за сегодняшний день?). — Пусть тебе приснюсь я.

— До завтра, — я отвела глаза, проклиная себя и свою нерешительность, почти злясь на то, что никак не могу взять себя в руки и снова стать той самой Айрин, которой была еще сутки назад. — Ты и так мне частенько снишься.

— Это радует, — Лемм крепче прижал меня к себе. Легко, почти невесомо коснулся губами моих губ, щеки, виска и наконец, разжал объятия. — Ступай. Увидимся утром.

— Ага, — я послала ему смущенную улыбку и скользнула в спальню. Прикрыла за собой дверь и тут же прижалась к ней ухом. Мне казалось важным услышать шум его шагов, скрип половиц, хоть что-то, что ознаменовало бы его уход. Но в коридоре было тихо. Очень тихо. Подозрительно просто. И я заволновалась. Даже схватилась за дверную ручку, чтобы выглянуть и посмотреть, куда подевался Лемм.

Но в последний момент все же передумала. Отшатнулась от двери, резко развернулась и отправилась готовиться ко сну. Настроение было чудесным, волшебным… я была так счастлива, как никогда в жизни и усердно отгоняла от себя нехорошие мысли.

— Потом, — прошептала, глядя на свое отражение в зеркале, — я подумаю обо всем потом. А сегодня, сейчас… я хочу просто быть счастлива. Пусть мое счастье будет недолгим, пусть даже оно продлится всего один день, пусть завтра все изменится. Пусть. Но омрачать это чувство я не буду.

Спать я ложилась с улыбкой на губах и вопреки ожиданиям уснула почти сразу.

И всю ночь видела во сне Леммарда Брокка. Он улыбался мне, обнимал, смотрел на меня с выражением такого искреннего восторга и восхищения, что проснулась я тоже с глупой улыбкой на губах. Наверное, так и улыбалась всю ночь, как дурочка, но ничего не могла с собой поделать. Напевала, когда умывалась, едва сдерживалась, чтобы не пуститься в пляс, когда выбирала платье. Даже на какой-то миг пожалела, что не поддалась на уговоры Камиллы и не прикупила в Райене раза в три больше нарядов. Но тогда мне казалось такое расточительство совершенно неуместным, а сегодня мне впервые в жизни было важно выглядеть красивой.

А потом стало вдруг не до смеха.

Камилла ворвалась в мою спальню как и всегда без стука. Хорошо еще, что я уже была полностью одета и даже волосы заплела, поскольку следом за подругой в мою спальню ввинтился Эван. Огляделся по сторонам, особое внимание уделил аккуратно заправленной кровати (я даже в Делгаре не смогла избавиться от приютских привычек и всегда заправляла постель сразу же, как вставала поутру), фыркнул, как-то хулиганисто мне подмигнул, а затем полностью сосредоточил внимание на своей невесте. Которая, стоит признать, совершенно не обратив внимания ни на мой ошарашенный вид, ни на кучу вопросов, которые вполне обоснованно возникли у меня после ее вот такого бесцеремонного вторжения в мою, между прочим, спальню, уже копалась в шкафу.