Никогда не уходи
Шрифт:
И тут при свете очередной молнии я увидела страшные шрамы на его спине около крыльев.
– Что это?
– Новые крылья… Во время операции я пришёл в себя и видел, как принесли несколько пар крыльев и выбирали, какие лучше подойдут, потом пришили, точнее, как они сказали: «приживили».
– Значит, ты и остальные не родились с крыльями, их приживили?!
– Похоже на то.
– Но зачем?
– Об этом они не говорили. Ну хватит задавать мне вопросы! Лучше скажи, как ты себя чувствуешь?!
Спохватившись, я достала из шкафа полотенце.
– Зачем это?
– Ты весь мокрый.
– Я сейчас пойду обратно.
– Я тебя никуда не пущу в такую погоду!
За дверью послышался сонный голос мамы:
– Роуз, ты с кем разговариваешь?
Шмель метнулся к окну, но я преградила ему путь.
– Я сама с собой разговариваю!
– Спи! Уже второй час ночи!
– В чём дело, Роуз? – шёпотом строго спросил Шмель.
– На моём месте, – также шёпотом ответила я, – ты бы тоже не пустил меня в такую погоду, да ещё после операции!
– Если твоя мама войдёт, знаешь, что она подумает?!
– Знаю. Она закричит так, что, наверное, даже в Большом городе услышат, но я всё равно тебя не пущу! А если ты всё-таки уйдёшь – пойду за тобой!
– Зачем?
– А вдруг, тебя опять хулиганы встретят или на тебя случайно тяжёлая ветка упадёт, или на берегу в тебя молния ударит, или мост обрушится, и ты разобьёшься о камни, ведь у тебя крылья мокрые, или в лесу дикие звери нападут, или какие-нибудь сбежавшие преступники! – заговорила я быстро, чувствуя, что опять подступают слёзы. – Понимаешь, я очень беспокоюсь за тебя!! И в обморок тогда упала…
Шмель подошёл и обнял, но тут же отстранился.
– Извини… Теперь ты тоже промокла! – подняв с пола одеяло, набросил мне на плечи. – Я буду ночевать в зале на диване.
– Мама заперла дверь…
– Ладно, тогда здесь, на полу.
– Ты простудишься. Ты весь промок, и в комнате холодно! – я взяла его за руку и подвела к кровати. – Ты будешь спать здесь.
Шмель взглянул на меня. Я опустила глаза.
– Ты что задумала, Роуз? Мы ведь уже не маленькие. Раньше иногда засыпали вместе под бабушкины сказки, и это было простительно, а теперь…
– Я ничего не задумала! Просто не хочу, чтобы мой единственный друг заболел. И если ты сам ничего не задумал и я по-прежнему могу тебе доверять, то давай пожелаем друг другу спокойной ночи.
Я залезла на кровать и устроилась у стенки. Шмель осторожно примостился на самом краю. Я придвинулась к нему. Укрыла одеялом и вдруг почувствовала, как быстро забилось его сердце, а за ним и моё. И нам обоим стало жарко.
– Роуз… если ты сейчас не отодвинешься, я уйду!
– Извини…
Я отодвинулась и услышала, как Шмель глубоко вздохнул.
За окном по-прежнему бушевала непогода, обрушивая на землю потоки воды. Но теперь на душе у меня было спокойно, ведь с моим другом всё было хорошо и он был рядом. Я закрыла глаза и, тоже почему-то глубоко вздохнув, уснула.
За ночь гроза утихла. Мокрая листва за окном улыбалась радугами капель, встречая восходящее солнце. Оставив за собой след из луж, тучи уплыли.
Проснувшись, я увидела Шмеля. Он спал на самом краешке, на боку, подложив руки под щёку, и чему-то улыбался во сне. Я осторожно придвинулась и поцеловала его.
– Никакой Моднице я тебя не отдам! И никаким секретным войскам! Если тебя не будет, зачем мне жить?!
Вдруг, открылась дверь. Вошла бабушка и остановилась.
– О господи!
Шмель открыл глаза. Бабушка указала на меня.
– С тобой я потом поговорю! А ты марш за мной!!
Бабушка и Шмель ушли на кухню, а я на цыпочках прокралась в зал и стала подслушивать.
– Права была моя дочь! – начала бабушка. – Я нянька, а не педагог… Моё дело рассказывать сказки, а не учить! Видно, одной любви к детям мало, надо ещё что-то, чтобы они выросли хорошими и честными людьми! Мне-то что, я скоро отправлюсь «далеко», а как вы будете жить?! Молчи, окаянный!! Куда мне было браться за воспитание! Меня ведь предупреждали, что я не справлюсь с твоим характером! Ты не любишь подчиняться законам! Поступаешь так, как сам знаешь! Что теперь делать?! Господи!
– Бабушка, между мной и Роуз ничего не было и не будет… пока она не захочет… и пока я не выясню кто я: человек или…
Я выглянула из-за угла. Бабушка подошла к Шмелю и, заглянув в глаза, покачала головой.
– Вы не верите мне?! Думаете, я мог обидеть Роуз?!
Бабушка всхлипнула и вытерла слезу фартуком.
– О, Господи! За что ты нас так наказываешь?!
Я подскочила к бабушке и обняла её. Потом, увидев, что Шмель направился к двери, схватила его за руку. Бабушка вдруг обняла нас обоих.
– Бабушка, что с тобой?! Почему ты плачешь? Ведь всё хорошо! Я просто не отпустила его! Была гроза, а он весь промок! Вот и сейчас крылья ещё мокрые! Подожди, Шмель, не уходи!
Я побежала в мамину комнату искать фен.
– Шмель, это моя вина… – вздохнула бабушка, вытирая лицо фартуком. – Только моя вина…
– В чём ваша вина?
– Так, видимо, суждено было случиться… Когда придёт время, ты поймешь, о чём я сейчас говорю. Ты только верь… И не повторяйте чужих ошибок, – бабушка провела ладонью по лицу и улыбнулась. – Господи! И что это я так напугалась?! Будто я не знаю, какие вы у меня хорошие!! Ну, иди. Да!.. И не вздумай летать, пока швы не заживут!
Бросив фен, я побежала за Шмелём.
– Роуз, ты куда?!
– Я на минуточку!
Шмель ждал во дворе, задумавшись. Увидев меня, улыбнулся.
– Роуз, ты собралась провожать меня прямо так? В ночнушке?
– Ой!
Подойдя, он легонько поцеловал меня в щёку и вышел за ворота.
– Шмель, подожди!
Он остановился. Я выглянула за ворота: никого нет! И, осторожно выйдя, тоже поцеловала его в щёку. Он улыбнулся и поцеловал меня в другую щёку, тогда и я поцеловала его в другую.
– Роуз, ты где?! – послышался строгий голос бабушки.
Шмель быстро поцеловал меня в губы и убежал. Я топнула ногой и вдруг почувствовала чей-то взгляд.
На противоположной стороне на заборе в неудобной позе застыла с открытым ртом бабуся Модницы.
Глянув по сторонам, я подбежала к ней.
– Что вы тут делаете? Перелезаете через забор от соседей? В этом доме живут дедушка с бабушкой… а бабушка недавно уехала к родне. Что вы там делали?!
– Э-э-э… я…
– Вот что! Я знаю, как вы любите говорить всем о том, что видели и слышали. Если не расскажете про меня, я не расскажу про вас!