Чтение онлайн

— Он не был пойман, — отрезал Бенедикт. — И сожжен, соответственно, тоже не был. На его месте оказался другой данталли. Не нужно так округлять глаза! На момент, когда обратились к моей команде, настоящий Мальстен Ормонт уже находился на земле, на которой Красный Культ не имеет власти, вдобавок этому демону покровительствовало другое существо, наделенное высоким положением. Слышал о Бэстифаре шиме Мала?

— Нынешний царь Малагории, вроде, — пожал плечами Киллиан.

— Он самый. Тогда он, правда, был наследным принцем, но неважно. В целом могу сказать лишь то, что Мальстен Ормонт нашел себе идеальное убежище, и мы ничего не могли сделать, чтобы выгнать его оттуда. Поэтому пришлось срочным образом находить ему замену. Мы убили имя этого данталли, но не его самого. Догадываешься, почему я принял такое решение?

Бенедикт испытующе уставился на молодого жреца. Харт нахмурился и помедлил с ответом, заговорив лишь через четверть минуты.

— Догадываюсь. Вы фактически подстегнули королевства закончить войну, когда разожгли Сто Костров Анкорды. Жестокая мера, но действенная. Мученическая смерть — особенно, если это смерть не одного человека, а многих — призывает людей задуматься о цене жизни. Кровавая Сотня стала именно такими мучениками. Вдобавок она заставила людей вспомнить Пророчество о Последнем Знамении и всерьез испугаться гнева богов, задуматься о более… гм… праведной деятельности. Этим решением вы фактически загасили пламя войны, возвели Вальсбургскую Конвенцию в ранг непреложных истин и настроили большинство жителей всей Арреды против данталли. А ценой была ложь и жизнь анкордского монарха, которая должна была оборваться. Я все верно понял?

— Не представляешь себе, насколько, — улыбнулся Колер, готовый аплодировать ходу мыслей своего юного собеседника, понимая, что ни в чем не ошибся на его счет.

— Для того, чтобы все прошло… скажем так, чисто, я должен был спасти доброе имя Рериха VII. Он должен был прослыть обманутой жертвой обстоятельств, не более. Эту цену я готов был заплатить за то, чтобы ситуация обернулась самым выгодным образом.

— И начнется декада лжи… — задумчиво процитировал молодой человек часть пророчества. — А ведь, если подумать, так и вышло. Получается, Рерих VII уже шесть лет обманывает всю Арреду…. Вот уже два знамения из пророчества сбылись.

— Полагаешь Рериха Лжемонархом? — насмешливо спросил Колер. — Вот уж не думаю, что дела обстоят именно так. К тому же остальные знамения пророчества больше похожи на бред, сочиненный в горячке. Здесь имеет место простое совпадение, притянутое за уши, не более.

— Народу этого хватило, чтобы задуматься.

— Для народа сбылось только одно знамение, не два. И я, если уж на то пошло, не дам второму знамению сбыться до конца: скоро о том, что анкордский кукловод жив, станет известно всему миру.

— А сейчас кто об этом знает? — внимательно вглядевшись в глаза Бенедикта, спросил Киллиан, вопрошающе кивнув. — Похоже, что сейчас вы раскрываете мне сведения особой секретности.

— До недавнего времени об этом плане знали лишь моя команда, старший жрец Крона и сам Рерих VII. А многие детали не были известны даже Иммару и Ренарду.

— Не много ли чести? — подозрительно осведомился молодой человек.

— В самый раз, — усмехнулся Бенедикт. — Я хочу, чтобы человек, который будет сопровождать меня в головное отделение Культа, был осведомлен о том, что происходит.

Харт вскинул брови.

— Вы собираетесь в Крон и хотите, чтобы я поехал с вами?

— Ты возражаешь? — осклабился Бенедикт.

Киллиан уверенно покачал головой.

— Нет.

— Вот и хорошо. Так как выезжаем мы сразу после казни Ганса Меррокеля, на сборы у тебя времени мало. Отправляйся сейчас и готовься к отъезду. Кстати, мой тебе совет: чтобы речь на помосте получилась проникновенной, не готовь ее. Нужные слова приходят сами, когда ты веришь в то, что делаешь.

— Я понял, — кивнул молодой человек.

— Молодец. Думаю, Тарт не отвернется от тебя.

Сонный лес, Везер.

Девятнадцатый день Матира, год 1489 с.д.п.

Богу Заретту пришлось изрядно потрудиться этой ночью, чтобы погрузить Аэлин Дэвери в сон. Божество явно предпринимало все мыслимые и немыслимые попытки и, в конце концов, ему удалось ненадолго утянуть сознание охотницы в свой сумрачный мир.

Из полудремы женщину вырвал легкий шорох. Она резко открыла глаза и огляделась, готовая в любую минуту выхватить паранг, однако опасности поблизости обнаружено не было. Мальстен Ормонт, накидывая на плечи плащ, виновато посмотрел на свою спутницу, неловко передернув плечами.

— Ох… неужто я собирался слишком громко? — криво улыбнулся он, присаживаясь на край кровати. — Прости. Не хотел будить.

Аэлин качнула головой, потерев лицо ладонью и поднявшись. Она с удивлением обнаружила, что полулежит на кровати, в ее воспоминаниях не запечатлелся тот момент, когда она уронила голову на подушку.

— Боги! — с укором самой себе шепнула молодая женщина. — Я заснула? Как же я… почему ты не разбудил? Моей задачей ведь было… — охотница осеклась, внимательно окинув взглядом данталли. Темные круги под его глазами остались единственным отпечатком минувших мук расплаты. Аэлин качнула головой. — Как ты?

— Со мной все прекрасно, благодарю, — неловко улыбнулся он, кивая охотнице. — Посему предлагаю тебе немного отдохнуть. Ты мало спала прошлой ночью и этой почти не сомкнула глаз. Пара часов у нас вполне найдется, я сумею раздобыть что-нибудь поесть в дорогу, а ты сможешь восстановить силы.

— Ты ведь тоже не спал, — возразила охотница. — Но себе времени восстановить силы не даешь.

— Я прекрасно себя чувствую, — качнул головой данталли, — чего не скажешь о тебе: ты не поспала и двух часов и уже начинаешь засыпать на ходу. В последние минуты перед тем, как поддаться Заретту, ты трижды предупредила меня о том, что Теодор заперт в подполе.

— Совсем этого не помню, — сдвинула брови охотница. — Надеюсь, ты понимаешь, что я была вынуждена…

— Не объясняй, я знаю, к кому в дом мы явились и прекрасно понимаю, как Тео мог себя повести, почувствовав, что ты хочешь не позволить Жнецу Душ забрать чью-то жизнь. Сейчас Теодора можно выпустить. Зла он держать не станет.

— Ты в этом уверен?

— Я не первый год знаю его. Во время сражений он сам просил связывать его и приглушать его крик, посвященный чужим смертям. Поэтому можешь не переживать — Тео все понимает. К тому же, рисковать навлечь на себя силы данталли он не будет. Опасности нет, ты можешь отдохнуть. Тебе это нужно.

Аэлин поджала губы. Спорить с Мальстеном было бессмысленно: каждое его слово о ее самочувствии было верным. Усталость тяжело давила на виски, делала веки чугунными, а тело совершенно неподъемным. Охотница глубоко вздохнула, бессильно опускаясь на подушку.

— Пожалуй, глупо будет хорохориться, — невесело усмехнулась она.

— Слава богам, что ты это признаешь, — Мальстен вернул ей усмешку. — Отдыхай. Хотя бы еще пару часов. На улице едва рассвело, мы можем отправиться во Фрэнлин чуть позже.