Чтение онлайн

Мне нужно её тело.

Её тепло.

Её кровь.

Её вкус.

Я схожу с ума всю ночь — и продолжаю сходить сейчас.

Проходя мимо комода, я хватаю бумагу и ручку и начинаю писать. Мне нужно оставить ей хоть что-то. Мой взгляд падает на маленькую бархатную коробочку — ту самую, что я собирался подарить ей сегодня.

Я тяжело выдыхаю, хватаю коробочку и прячу кольцо в карман.

Я не могу.

Не в таком состоянии.

Я не способен дышать, мыслить, существовать нормально — я могу только хотеть. И страдать от этого желания. Я не имею права рисковать ею.

Удерживаясь из последних сил, я добираюсь до окна, распахиваю его настежь и хватаюсь за подоконник. Лунный свет льётся на меня сверху, холодный осенний воздух хлещет по лицу. Я запрокидываю голову к ночному небу и молча обращаюсь к любому высшему существу, которое может меня услышать.

Прости меня, Рианна…пожалуйста, не возненавидь за то, что я должен сделать.

Рианна

Несколько дней спустя

Я сижу за своим рабочим столом и снова чувствую, как подступают слёзы. Чувствую себя полной дурой—жалкой, беспомощной дурой. Я перечитываю письмо от Септиса уже, кажется, сотый раз за этот день. Письмо, которое он оставил мне перед тем, как просто исчез несколько ночей назад.

Моя драгоценная Амата,

Я не могу оставаться здесь и видеть тебя каждый день, зная всё, что знаю, и чувствуя к тебе то, что чувствую.

Я не могу быть рядом—если я не остановлю себя сейчас, я сделаю то, чего потом никогда себе не прощу.

Я могу отплатить за твою доброту только тем, что уйду.

Но прошу тебя, когда ты начнёшь сомневаться, когда тебе станет страшно или одиноко—помни о моём обещании:

я всегда буду любить тебя.

— Септис

Я сглатываю ком в горле; горячие, злые слёзы обжигают глаза. Я вытираю их как можно быстрее. Как он вообще смеет говорить, что любит меня?

Я откидываюсь на спинку кресла и несколько секунд просто сверлю письмо взглядом. Письмо, которое… ничего не объясняет.

Что со мной было? В любовь с первого взгляда верят только героини треш-ромкомов, а не живые люди. Я ждала, что он вернётся, думала—ему просто нужно пространство, время.

Оставляла свет включённым…

Но он не вернулся. В ту ночь, после того как он так страстно овладел мной, он просто… исчез.

Я взяла больничные на два дня—чувствовала его отсутствие почти физически. Он изменился. Вот так—одним щелчком. Я всё ещё ощущаю его запах, его прикосновения… его тело на своём.

Образ его лица настолько отчётлив в моей памяти, что я боюсь—я схожу с ума. И всё закончилось, даже толком не начавшись. Я прячу письмо обратно в карман и смотрю на экран компьютера, чувствуя, как слёзы снова щиплют глаза.

Он получил, что хотел. А я чувствую себя глупой девчонкой, которая решила сыграть в счастливый домик с мужчиной, которому она была не нужна.

Рианна, ты знала его всего несколько дней— ты не должна так себя чувствовать.

Рианна, он вообще не человек—тем более не должна.

Первые красные флаги были ещё тогда, когда он назвал тебя женой в первую же ночь.

Как ты вообще в это поверила?

Не верится, что я была настолько наивной. Что поверила. Что влюбилась в каждое его слово.

Я вздрагиваю, когда чья-то рука мягко ложится мне на плечо.

— Эй… кто-нибудь дома? — раздаётся голос за спиной.

Я поднимаю голову и тяжело выдыхаю, увидев Шарлотту — я даже не заметила, как она вошла.

Она хмурит брови, внимательно меня разглядывая.

— Ри, что случилось? Ты будто плакала… Ты в порядке? Это опять Тодд?

— Нет, нет, точно не Тодд, — я качаю головой и коротко, горько смеюсь. — Не волнуйся, Шарли. Со мной всё нормально. Расскажу позже… просто не сейчас.

— Ладно, подожду, — говорит Шарлотта, ставя руки на бёдра. — Но ты собираешься сказать это сама, или мне нужно выбить из тебя это?

— Что сказать? — я поднимаю брови.

Шарлотта улыбается, как чеширский кот.

— Эм, алло? Твой идеальный мужчина. Он же твой муж?!

— Можешь перестать кричать? — у меня вспыхивают щёки, и я закрываю лицо руками. — Его зовут Септис. И… там нечего рассказывать. Он мой… всё сложно.

— То есть он тебе не муж? — Шарлотта возводит глаза к потолку, явно что-то прикидывая. — Потому что я слышала, как он позаботился, чтобы все знали, что ты его жена. Кстати, Тодд до сих пор штаны обсирает.

Я хмыкаю:

— Я заметила. Он теперь меня даже не трогает. Наоборот — вежливый, как никогда.

А вот сам Септис стал призраком.

Я прикусываю губу, прежде чем снова взглянуть на Шарлотту.

— Мы… мы сбежали и расписались. Всё произошло очень быстро. Поэтому мы пока держим это в секрете, хотим немного тишины. Потом сделаем свадьбу, но сейчас просто хотим быть вдвоём.

Ложь вылетает из меня так быстро, что на секунду я сама ей верю.

— А, так вот почему ты не носишь кольцо.

— Да, — говорю, глядя на абсолютно голый палец, — вот именно.

— Понимаю! И слушай, без обид, но мужчина у тебя — просто огонь. Я не видела, чтобы длинные волосы кому-то шли настолько… мифически. Это что-то между «древний бог» и «сексуальный лесной дух», и я это уважаю. Только вот, пожалуйста, пригласи меня на свадьбу — вдруг его друг станет моим свадебным сексом.

У меня отвисает челюсть, и я разражаюсь хохотом:

— Шарлотта!

— Что, Ри? Я была бы не против. Если у меня был бы такой мужчина, я бы надеялась, что у него есть друзья… интересные.

— Понимаю, — я улыбаюсь, но тут же тяжелее выдыхаю. — Только сомневаюсь, что его друзья тебе подойдут.

— Чёрт, что, они уроды?

— Скорее… они бы съели твоё сердце.

И разбили бы тоже.

Шарлотта морщит лоб, но отмахивается.

— Ладно. Вообще-то я пришла ради другого. — Она смотрит на часы за моей спиной. — Пошли прогуляемся? Не хочу орать на весь офис.

Я встаю, беру пальто и сумку, следую за ней по коридору.

— Итак… — начинает Шарлотта, затем замолкает, оборачивается на меня, продолжает: