Ночь короче дня
Шрифт:
— Я не хотел на ней жениться.
Камилла непонимающе посмотрела на него:
— Как это не хотел?
— Это все из-за тебя.
— Что? Ты понимаешь, что говоришь?
— Да. Я таким образом хотел доказать тебе, что ты мне безразлична, что у тебя нет повода воображать, будто я влюбился в тебя с первого взгляда.
— Я и не воображала…
— Но мне казалось, что все это видят и понимают. Я думал — все мои чувства на виду.
Боялся, что у меня на лбу написано «влюбленный дурак».
— Джо, ты сейчас о чем говоришь? О том, что было в прошлом году?
— Да. Я полюбил тебя еще до того, как ты покинула Сицилию. Но я не признавался в этом даже себе. Это казалось мне проявлением слабости. Ты ведь знаешь, как я относился к любви. Когда ты не только провела со мной ночь, но и посвятила несколько недель твоей жизни, я был самым счастливым человеком на свете…
Я не мог даже поверить, что это реальность.
— А потом я сообщила тебе о беременности.
— И я пошел на поводу у старых страхов.
Сейчас я ругаю себя за это и понимаю — это было ошибкой, которую уже никогда не удастся исправить.
— Ты искал встреч со мной.
— Я не мог так просто отпустить тебя. Без тебя я не смог бы жить, дышать. Я никто и ничто без тебя.
Он никогда раньше не говорил с такой искренностью в глазах. Сейчас он не врал. Это Камилла знала точно.
— Ты все еще любишь меня, Джо?
— Больше, чем ты можешь себе это представить. Я даже не могу найти подходящих слов, чтобы выразить мои чувства к тебе.
— Но я ведь даже не подозревала о твоих чувствах!
— Я пытался обмануть себя самого. Мне даже удалось себе внушить, что это только физическое влечение. За это мне пришлось очень дорого заплатить…
— Имеешь в виду ребенка?
— И тебя. Я потерял ребенка и любимую женщину из-за глупой мальчишеской гордости. Нельзя придумать более жестокого наказания.
Камилла обняла его. Джо позволил ей сделать это, но сам не шевельнулся. Она прижалась губами к его плечу.
— Ты очень нужен мне.
— Разве такое может быть? Прошлой ночью ты столько плакала из-за меня.
— Прошлой ночью… — Камилла прервалась, не зная, как продолжить.
— Да, разве не так?
— На самом деле вся эта история с тобой и Марией стала для меня лишь поводом, чтобы расплакаться. После потери ребенка мне так и не удалось этого сделать — некому было пожаловаться, не с кем поговорить. Я была совсем одна. И вот теперь вылились наконец все невыплаканные слезы.
Она прижалась к его груди, а Джо обнял ее.
— Я рад, что тебе удалось выплакаться. Это хорошо. Но я буду делать все от меня зависящее, чтобы этого больше никогда не повторилось. Когда ты плачешь — я не нахожу себе места, не знаю, как мне поступить, что сказать, что сделать…
— Я постараюсь больше никогда не обезоруживать тебя таким образом. И я всегда буду любить тебя.
— Я тоже буду всегда любить тебя.
Всю следующую неделю Джо по возможности не отходил от нее ни на шаг. Любая парочка могла позавидовать их любви и взаимопониманию. Они ворковали, словно голубки.
Джо отправился вместе с Камиллой в Венецию. Если ей нужно было отлучиться куда-то, пока он был занят, он приставлял к ней двоих, а то и троих охранников. Он приставил охрану и к Сальваторе, который тоже изъявил желание посетить аукцион.
Все шло как по маслу. Вскоре они узнали, что люди, пытавшиеся ограбить синьора Муратти, вовсе не были фанатиками. Это были профессионалы, которые отслеживали подобные коллекции по всей стране. Детективы из фирмы Джо выследили их, и теперь эти ценители прекрасного сидели за решеткой водной из итальянских тюрем.
В день триумфального окончания аукциона Джо пришел к Камилле с цветами и изумительной красоты кольцом из коллекции потомка раджи, чтобы вполне официально, с соблюдением всех формальностей сделать предложение.
При этом он прочел ей стихотворение собственного сочинения, которое на самом деле было просто ужасным, но Камилла, естественно, сказала, что ничего прекраснее в своей жизни не слышала. Джо, польщенный этими словами, решил ей прочесть стихотворение еще раз…
А на Сицилии Тереза и Сальваторе рьяно вели подготовку к свадьбе. В результате праздник в честь бракосочетания Джо и Камиллы был такого размаха, что любой сицилийский отец был бы удовлетворен.
Молодожены сбежали задолго до того, как праздник закончился…
В салоне машины Джо попытался обнять Камиллу, но это ему удалось с трудом, так как весь салон был заполнен ее пышным платьем.
— Теперь ты только моя.
— А ты только мой.
Камилле показалось, что все это уже было: свадьба, гости, цветы, шампанское, радость в сердце…
Может, это было в прошлой жизни?
А может, в ее мечтах. С самого детства Камилла мечтала именно об этом… Ведь недаром говорят, что если чего-то очень захотеть, это непременно исполнится. Она очень хотела…
Эпилог
Ровно год спустя они стояли перед дверью небольшого домика в Тоскане, утопающего в зелени и цветах.
— Так это здесь ты пряталась от меня, когда сбежала из больницы?
— Ну разве здесь не здорово? Посмотри, какая красота вокруг! — Камилла улыбнулась мужу.
— Да. Из-за этой красоты я не смог тебя отыскать тогда. Да и никто не смог бы этого сделать.
Вокруг лес…
— Это просто райское место!
— Да, ты права. Местечко чудесное. Как раз подходящее для двух моих девочек. — Джо улыбнулся, с нежностью посматривая то на жену, то на дочку, мирно посапывающую у него на руках. — Наша малышка просто прелесть. — Он слегка коснулся губами пухлой щечки.
— Твоя заслуга. — Она посмотрела на Джо любящим взглядом.
— Моя — в меньшей степени. Это тебя я должен за все благодарить.
— Можешь еще обращаться, если что. — Камилла весело рассмеялась.
— Так ты наконец скажешь мне, чей это дом? — Джо попытался придать грозное выражение лицу.
Камилла не раскрывала ему этой тайны до самого конца. Просто привезла сюда и поставила перед фактом: вот тот дом…
— Помнишь, синьор Муратти подарил нам коробочку на свадьбу? Ну такая маленькая коробочка, завернутая в зеленую блестящую бумагу…