Чтение онлайн

Эвандер совершил превращение, исчезнув в дымке магии и долю секунды спустя выйдя из неё уже в человеческом облике, с собственным гербом, вышитым на тёмной ткани его туники.

— Готовы войти в историю? — сказал он, без малейшего признака раскаяния, которое тяготело над остальными. Не дожидаясь ответа, он распахнул полог палатки и исчез внутри, даже не оглянувшись. После мгновения колебания они последовали за ним один за другим.

Их встретила темнота, и Халед зажёг несколько огненных сфер, разослав их по палатке. Всё было именно таким, каким он и ожидал увидеть у Урика. Несмотря на то, что последнее десятилетие он проводил, проигрывая войну, его палатка была роскошной, наполненной удобствами, которые ни одно поле боя не должно было позволять. Но принц, с которым Халед вырос, не был готов встретить их.

Халед оглядел палатку и почувствовал, как его сердце опускается куда-то в сапоги.

Там, под нелепо пышным пуховым одеялом, лежал человек, который предал собственного брата ради чуть большей власти, чуть большего могущества. Он был точной копией Эвандера — пока не открыл рот.

— Ты всегда играл грязно, — сумел выдавить он сквозь стиснутые зубы.

— А ты всегда был плохим проигравшим. — Толстый матрас прогнулся, когда Эвандер сел рядом со своим братом.

Зефира рискнула бросить взгляд на Халеда; их глаза встретились на секунду столь необходимого взаимного подтверждения, и ощущение, что ужас этой ночи вот-вот будет превзойдён чем-то ещё более разрушительным, наполнило палатку.

— Я никогда не думал, что ты опустишься до яда, — выдохнул Урик. — Трус.

— Яд? — Халед заметно поморщился, когда Джейме подал голос. — О чём он говорит?

— Его собственные люди восстали против него, — сказал Эвандер, не отводя взгляда от своего брата. — Они подмешали парализующее средство в пищу драконов, сделав их беспомощными, пока мы уничтожали основную часть их сил.

Джейме отшатнулся на несколько шагов, а остальные онемели, когда смысл этих слов начал до них доходить.

— Ты хочешь сказать, что мы сожгли целую армию драконов заживо в их постелях, парализованных, пока огонь пожирал их? — подытожил Джейме, и его голос звучал глухо.

Халед ничего не чувствовал. Впервые в своей жизни он ощущал онемение; каждая обострённая эмоция, естественная для дракона, исчезла в этот момент, и он увидел происходящее с совершенной, ничем не замутнённой ясностью.

Эвандер знал, что задумали артемиане. Он заставил Халеда уничтожить половину лагеря, прежде чем появиться самому, когда стало ясно, что парализующее средство уже было применено, и убедиться, что они уничтожат всех драконов, которые не поддержали его.

Всё, чем был его народ, всё, на что они были способны, было сведено к этому.

— Твой народ закончил войну, спасая бесчисленные жизни. — Эвандер обхватил ладонью щёку своего брата, глядя на него сверху вниз с любовью, накопленной за несколько столетий. — И они выбрали своего короля.

Затем он вытащил кинжал из своей перевязи и вогнал его под подбородок своему близнецу.

Урик резко дёрнулся, судорожно ударившись о клинок своего брата, прежде чем безвольно опуститься обратно на подушки. Багрянец расползался по безупречно белому хлопку, когда Эвандер вытащил клинок и вытер его о одеяло на груди Урика.

— Заканчивайте здесь, — сказал он, направляясь к выходу из палатки. — Я не хочу никаких выживших.

Зефира схватила Эвандера за руку, и Халед невольно шагнул вперёд; онемение исчезло, когда страх, холодный и острый, вонзился в него.

— Что ты имеешь в виду? — прошипела Зефира, разворачивая Эвандера обратно лицом ко всем им.

Эвандер не колебался. Он попытался схватить её за горло, точно так же, как когда-то схватил Халеда в Ллмере, но Зефира отбила его руку и уже держала клинок у его горла прежде, чем он успел моргнуть. Кровь грохотала в ушах Халеда, крича ему действовать, броситься между Зефирой и самым опасным человеком на свете. Королём.

Эвандер посмотрел на него, и в его глазах не было ни капли страха.

— Отзови свою собаку, Халед.

Халед смотрел прямо в ответ, его лицо оставалось бесстрастным, а мысли стремительно кружились.

— Халед, — рявкнул Эвандер, и в его голосе зазвенело нарастающее раздражение.

У него были секунды, чтобы действовать, несколько мгновений, чтобы определить ход истории. Его взгляд скользнул с Эвандера на Зефиру, и он увидел всё, что было неправильного в его народе, стоящее рядом со всем тем, что было правильным. И он сделал выбор.

Эвандер замер, и надменный свет в его глазах померк, сменившись недоумением, прежде чем исчезнуть вовсе. Его кожа потемнела до неестественного серого, трещины зигзагами пробежали по ней, словно молнии. Затем, словно кукловод оборвал нити, Эвандер рухнул на землю, оставив на своём месте лишь дымящуюся кучу пепла.

В палатке повисла тишина. Халед смотрел на Зефиру, и она смотрела прямо в ответ. Страх, гордость, восторг — он видел всё это, сияющее в её глазах, зеркальное отражение его собственных бурлящих чувств.

Что он наделал?

— И пшик — война окончена. — Джейме заговорил первым, подходя к дымящейся куче королевского пепла на полу. — Обожаю, когда ты так делаешь. Сколько ни стараюсь, у меня всё равно не выходит подобрать правильную температуру.

— Не могу сказать, что мне нравится, когда он делает это с чёртовым принцем, — сказал Аларик сначала тихо, но быстро сорвался на крик. — Нет, с ебучим королём!

— Он сделал то, что было необходимо, — резко ответила Зефира, отрывая взгляд от Халеда.

— Только потому, что ты была чертовски глупа, — набросился на неё Аларик. — О чём ты вообще думала, вытаскивая на него нож?

Зефира резко взмахнула рукой за спину, указывая на бойню, раскинувшуюся за пределами палатки.

— Прости, ты что, не слушал? — тихо сказала она, её глаза сузились, впиваясь взглядом в Аларика. — Он знал, что они в тех палатках, совершенно беззащитные, и всё равно привёл нас сюда, чтобы мы сожгли их всех в их постелях.

Аларик тяжело дышал, сцепив руки за головой и уставившись в потолок.

— Я знаю. Знаю.

— Либо мы, либо он. Ни за что на свете он не позволил бы Зефире выйти отсюда живой после того, как она так ему противостояла. — Халед оглядел их всех, пытаясь сдержать панику, поднимающуюся в палатке. — И кто-нибудь из нас выполнил бы его приказ убить её? Нет. Это сделало бы нас всех предателями.

— Он бы не посмел. Мы — самый мощный ресурс в его армии. Зачем ему рисковать, теряя нас? — спросила Бодил, широко раскрыв глаза.

— Именно поэтому он и хотел бы избавиться от нас, — ответил за него Джейме. — Мы только что уничтожили подавляющее большинство единственных оставшихся пирокинетиков. Ему больше не нужно, чтобы мы сражались с ними. Мы — единственные, кто сильнее его, и мы только что сделали себя ненужными. Без нас рядом очень немногие могли бы бросить ему вызов. Если бы не это, он нашёл бы другой повод избавиться от нас.