Ночная жара
Шрифт:
***
Я вновь вернулась в забытые дни своего отрочества. К сожалению, оно не было таким уж безоблачно ясным и счастливым, как мне бы того хотелось. В силу своих телепатических способностей я росла очень замкнутой девочкой, мои сверстники не интересовали меня, так как были слишком глупы и мыслили весьма примитивно. А мальчишки постарше, приглашавшие меня в кино или на прогулку мечтали все об одном и том же. По непонятной мне тогда причине они все как один хотели зачем-то потискать меня в темном углу и как можно поскорее забраться мне под юбку, и это ужасно раздражало и выводило меня из равновесия. В то время я не понимала, что все подростки думают об одном и том же, видя симпатичную девчонку, и что я ничуть не лучше и не хуже своих сверстниц, просто я умею читать чужие мысли и этим раню себя и свое самолюбие.
Но именно «благодаря» своим способностям, постепенно я перестала доверять всем без исключения особям мужского пола, кроме Клода и Джейсона. И поэтому я решительно отказывала все новым и новым кавалерам и большую часть своей жизни проводила дома, сидя на подоконнике и глядя в окно. Каждый вечер я с тоской ждала возвращения Клода. И чаще всего засыпала, так и не дождавшись его, прислонившись лбом к стеклу. Мой дядюшка прекрасно знал про это и всякий раз, приходя домой, неизменно первым делом поднимался ко мне в комнату и заботливо относил меня в кровать. Я тут же просыпалась, Клод садился на пол у моей постели, и мы еще какое-то время говорили с ним на разные темы.
К пятнадцати годам из рассказов Клода я знала, что он и Джейсон являются сыновья фейрийского принца. Что мой родной дедушка - король, что мои дяди не хотят жить за порталом и скрываются от своего отца и моего деда. А также то, что им уже около двухсот восьмидесяти лет каждому. Как оказалось, фейры живут очень и очень долго, и по человеческим меркам они почти бессмертны. Что их мир прекрасен, но далеко не безупречен. Что фейры постоянно воюют между собой. И что все они разделены на множество кланов, групп и классов. Есть среди них сирены, суккубы, перевертыши, типа наших ликантропов, валькирии, маги, собиратели душ, предсказатели, драконы, некроманты и прочие-прочие-прочие.
Мне очень нравилось слушать волшебные истории, которые рассказывал мне Клод, и я всем сердцем хотела оказаться в его родном и загадочном для меня мире. Я хотела увидеть своего деда и его брата. Я была влюблена в сказочный мир фейри. Эти прекрасные создания казались мне воплощением совершенства и красоты. И еще, однажды я неожиданно для себя самой поняла, что люблю Клода. Но, к моему великому разочарованию, поняла это не только я.
Моя бабуля, как видно, заметила перемены, случившиеся во мне, и безошибочно опередила их причину. Она закрылась со мной в своей спальне и, усадив меня на кровать, стала рассказывать о том, что близкие родственники не имеют права даже в мыслях допускать возможность каких либо отношений между друг другом. Что такая любовь носит страшное имя инцеста, что это преступление и греховное падение, не достойное истиной католички. И что я буду гореть в аду, если только не отрекусь от своих чувств и не перестану мечтать о Клоде.
К моему сожалению, на тот момент я была еще слишком мала и не знала, что подобные ортодоксальные взгляды не разделяют многие продвинутые культуры мира. Что в Европе, например, в большинстве стран разрешены браки между троюродными братьями и сестрами, а также между племянниками, тетями и дядями. Что в стаях чистокровных ликантропов отцы могут брать в жены своих дочерей, а матери рожают детей от родных сыновей. Что эльфы одного рода никогда не смешивают свою кровь с чужаками, и чем ближе родство супругов, тем чистокровней потомство. Но в силу своего малолетства я восприняла слова своей бабушки очень серьезно и поклялась ей, что выкину из головы Клода.
Моя первая любовь не принесла мне ничего, кроме боли, раскаяния и разочарования. Именно тогда я поклялась, что не позволю больше никому поселиться в моем сердце. Я решила, что будет намного проще жить, не имея чувств. Но, к сожалению, я не сдержала своей клятвы и заплатила за это страшной ценой…
***
– Соки, ты слышишь меня?
– Что? Нет, извини, я задумалась, - я посмотрела на Клода и грустно улыбнулась ему. Воспоминания заставили чаше биться мое сердце, и горький ком из прошлых бед застрял в моем горле. Я с трудом проглотила давно забытую боль и разжала пальцы, которые крепко сжимали волосы моего дядюшки, - Итак, на чем мы остановились?
– На том, что среди фейри есть сукуббы, некроманты, маги, валькирьи…
– Да-да, я это помню, не нужно все перечислять заново. Но какая может быть связь с разновидностями фей и моей способностью иметь тотемного зверя?
– Наш отец перекидывается в тигра. И нам с Джейсоном передалось это умение по наследству, - выпалил Клод.
– Как?
– я посмотрела широко раскрытыми глазами на своего дядюшку. Я и верила, и не верила ему одновременно. Мне казалось, что я знаю о нем все, но на самом деле это было не так.
– Очень просто. Мы с братом не питаемся жизнями других, чтобы поддерживать себя в боевой форме, мы не умеем петь смертельных песен, уничтожающих врага, и если необходимо вступить в опасный бой, то мы делаем это открыто, просто берем и превращаемся в тигров. Думаю, что тебе известна сила и мощь этого зверя. Рядом с ним лев кажется ручной домашней кошкой. А теперь помножь все эти способности на десять, добавь магию с примесью мистики, и в итоге ты получишь безжалостного хищника, которого невозможно ни ранить, ни убить, ни победить.
– Да, все именно так. Я становлюсь белоснежным саблезубым монстром, от одного вида которого враг в страхе бежит, а Клод черным исчадием ада.
– Черным? Это что же, как пантера?
– мой голос предательски дрожал.
– Нет, он не весь черный, а с огненно рыжими полосами, которые словно языки пламя горят в его шерсти, кстати, и у меня полоски точно такие же. А каким бывает твой Квин, когда перекидывается?
– Я чистокровный огненный тигр, - с гордостью произнес юноша.
– И я весь подобен пылающему огню.
– Вот это да, - произнесла я задумчиво, уже почти не слыша голосов мужчин.
– Интересно, а вы, мои милые дядюшки, можете быть тиграми моего зова?
– Понятия не имею, - тут же ответил Джейсон.
– Может, нам стоит это проверить опытным путем? Я готов.
– Опытным? Нет. По крайней мере, не сейчас. Боже ты мой, я думала, что, когда я поговорю с вами, станет хотя бы чуточку меньше вопросов, и появятся какие-то ответы. А вместо этого я получила дополнительную тему для размышлений. И что мне с этим делать? – беспомощно поинтересовалась я у собравшихся.
– Мы обязательно разгадаем все твои загадки, - слишком самонадеянно заявил Клод.
– О, ну это ты поторопился, – я была расстроена и не пыталась больше этого скрывать.
– Дело в том, мой милый дядюшка, что ты не знаешь и половины терзающих меня вопросов.
– Есть еще что-то?
– А то. Вот хотя бы, к примеру, эти чертовы триумвираты…
– Ну, про него нам известно, - Джейсон вновь откинулся на спинку дивана, даже не дослушав меня до конца и не вникнув в смысл сказанного мной.