Чтение онлайн

Санни уставилась на проезжавшие мимо автомобили. Водители и пассажиры говорили по мобильным телефонам, слушали радио, разговаривали или смотрели прямо перед собой. По их беспечным лицам было видно, что они даже представить себе не могли, чтобы какой-нибудь безумец выскочил на дорогу прямо перед автомобилем.

— А что будет с водителями? Я наверняка вызову массовое столкновение машин. В итоге погибнет много людей.

Он покачал головой:

— Если сделать все как надо, то никто ничего не заметит.

— А если получится не так как надо?

Он недовольно поморщился.

— Джейкоб, ты меня слышишь?

— Постарайся, чтобы все получилось как надо.

Санни встала на край тротуара и схватилась за металлическую цепь, ограждавшую пешеходную зону от дороги. Мимо нее шли люди, парами и группами; они смеялись и разговаривали, делали снимки или с любопытством озирались вокруг, торопились или просто гуляли; одинокие пешеходы, сгорбившись, шагали по своим делам, но никто из людей не обращал внимания на Санни и Джейкоба.

— Ну, давай перелазь, — скомандовал Джейкоб.

— Мне страшно.

— Еще бы, — согласился он.

Дрожащей ногой Санни перешагнула через цепь, затем перенесла другую ногу. Она стояла на самом краю и не решалась сделать следующий шаг. Должно быть, перед тем как броситься вниз с моста, люди чувствуют точно такой же непреодолимый страх, мелькнуло в ее голове.

Это стало ее последней мыслью. От внезапного толчка в спину — дружеская услуга Джейкоба — она вылетела прямо на дорогу. Страх, словно удар молнией, пронзил ее душу, заряжая электричеством каждую клеточку тела.

Кровь вскипела, Санни как будто нажала до упора педаль газа в спортивной машине, скорость понесла ее неведомо куда, опалила ей глаза, на миг она словно ослепла. Но в то же мгновение зрение вернулось к ней. Санни увидела отдельно каждые светящиеся фары, определила скорость каждой машины и расстояние между собой и ею. На мгновение она замерла на белой ограничительной линии.

Пора! Она бросилась вперед через одну из полос к другой разделительной линии. Спину Санни обдал ветер от промчавшейся сзади в нескольких дюймах машине. Но ее внимание было уже переключено на другую полосу.

Пора! Она ринулась вперед, но эта машина приближалась к ней с большей скоростью, чем предыдущая. Санни слегка повернула направо и пробежала несколько шагов. Убедившись в безопасности расстояния между ней и машиной, она кинулась через полосу прямо перед капотом автомобиля. Он был так близко, что Санни до мельчайших черточек разглядела лицо водителя. Это был мужчина лет пятидесяти, приземистый и толстый, в запачканных очках и с отросшей за день щетиной. Он смотрел прямо на Санни, но, судя по выражению его лица, не замечал ее. В мгновение ока невзрачный толстяк остался за спиной. Перед ней была очередная полоса движения.

Пора!

Когда Санни добралась до велосипедной дорожки на противоположной стороне моста, там ее уже поджидал Джейкоб. На его лице светилась удивительная улыбка. Санни не то чтобы не ожидала, она даже не представляла, что на свете есть такой мужчина, который может вот так чудесно улыбаться. Джейкоб подхватил ее на руки и закружился с ней на месте, пока у нее голова не пошла кругом от счастья. Наконец поставил ее на тротуар и ласково обнял ее лицо ладонями.

— Получилось! У меня получилось! — закричала Санни.

Джейкоб молча кивнул и вытер слезы, блестевшие на ее глазах.

Когда Ричард пригласил Изабель посетить выставку «Тиффани, Фаберже и Лалик» в Музее Почетного легиона Славы, она призналась, что избегает столь многолюдные выставки, где из-за тесноты и давки ей приходится очень трудно на костылях.

— Не стоит беспокоиться о подобных пустяках, — отмахнулся Ричард.

— Неужели таким способом ты хочешь излечить меня от рассеянного склероза? — пошутила Изабель.

Она даже не подозревала, насколько ее шутка близка к истине. Ричард обладал целительными силами, позволяющими излечивать как рассеянный склероз, так и многие другие человеческие недуги. Однако человеческий разум Изабель не был способен воспринять всерьез подобный ответ Ричарда. Тем не менее Ричард уверил Изабель всецело положиться на него. Когда они приехали к зданию выставки, охрана уже запирала входные двери, однако куратор выставки любезно провел респектабельных посетителей к лифту и поднялся вместе с ними в залы основной экспозиции. Любезно раскланявшись с Ричардом, он оставил их одних в пустом зале. Теперь никто не мешал Изабель ходить на костылях и любоваться экспозицией. Изабель ковыляла между выставленными экспонатами и восхищенно ахала и охала, словно маленькая девочка Ее привели в восторг позолоченные и отделанные драгоценными камнями пасхальные яйца Фаберже, сделанные для российского царского двора, а также украшения, выполненные в стиле арт-деко, предназначенные для нуворишей научно-технической революции, не обладавших изысканными вкусами.

Ричард, нацепив налицо улыбку, сопровождал Изабель. Повидавший немало драгоценностей за свою долгую жизнь и успевший приобрести кое-что, он ходил следом и рассказывал забавные исторические анекдоты о тех или иных ювелирных изделиях. Какие пасхальные яйца принадлежали русской императрице или какой удивительный подарок сделал японский сёгун бедной актрисе — изумруд в четырнадцать карат в пасти дракона, выточенного из аквамарина и бирюзы. Ричард предпочел бы, чтобы рядом с ним была не Изабель, а Санни, чтобы другая наклонялась над витриной, где лежал шедевр ювелирной мастерской Лалик — гребень в виде бабочки, замирая от восторга и рассматривая его блестящими глазами. Впрочем, Санни трудно было поразить подобными украшениями. Она была сдержанной и скрытной, поэтому обычные пути, ведущие к женскому сердцу, тут не годились. Впрочем. Ричард не являлся сторонником шаблонных решений. Санни не поддавалась внушению, более того, Джейкоб наверняка успел поселить в ее сердце предубеждение против него.

Однако трудности не пугали Ричарда, напротив, лишь подхлестывали его. Его изощренный коварный ум изыскивал пути подхода к Санни, которые помогли бы ему обольстить ее или сделать из нее верную помощницу. Дополнительным бонусом к его победе над Санни станет состояние отца рафинированной и недалекой Изабель, которое должно попасть ему в руки. Он уедет из Сан-Франциско вместе с Санни и миллионами Лафоржа. И пусть потом Совет кричит и возмущается, сколько ему влезет. Ведь когда это произойдет, он будет уже бессилен против Ричарда. Более того, Ричард сможет организовать свой собственный Совет и ввести в его состав детей от его союза с Санни. Ричард улыбнулся широкой белозубой улыбкой, настолько ему понравилась последняя мысль.

Изабель, по ошибке приняв его улыбку на свой счет, лучезарно улыбнулась в ответ:

— Благодарю, Ричард. Это была действительно блестящая мысль — посетить выставку.

Он нежно обхватил ее за талию и подвел к скамейке в центре зала. Вокруг за стеклянными витринами сверкало золото, серебро, драгоценные камни. Казалось, они находились в чудесной комнате из сказки о злобном карлике по имени Румпельштильскин, который превращал домашнюю утварь и солому в золото.

— У меня для тебя кое-что есть, — сказал Ричард, вытаскивая из кармана небольшую бархатную коробочку и протягивая ее с поклоном Изабель.