Чтение онлайн

— Энергия сейчас будет, — заверил я его, и всех собравшихся, уже ощущая, как сделанные мной системы артефактов начинают свою работу…Запуская другие сети артефактов, куда более разветвленные и многочисленные. Первичные контуры, вторичные контуры, третичные контуры…Вплоть до контуров шестого порядка, актвириующихся сейчас в мирах, которые к моей родной планете по меркам мультивселенной достаточно находились близко или, по крайней мере, не слишком далеко. Там, рядом с каждым или почти каждым обелиском, мной заранее и в обстановке высочайшей скрытности был размещен сложный рунический массив, обычно применяемый для созданий устойчивых межмировых порталов. Ну, в принципе, нечто подобное начинало свою работу и сейчас в тысячах мест по всему мирозданию. Только разница между ними была как между неспешной прогулкой по лужайке и поездкой на водных лыжах, привязанных канатом к какой-то сверхзвуковой ракете! — Начинаю тырить наши ключики к всемогуществу…

Пространство в радиусе сотни километров содрогнулось и пошло волнами, которые могли бы легко и небрежно перетереть в ничто даже богов, если бы те вдруг оказались здесь и сунулись в эту завораживающую своими масштабами и мощью аномалию. Тысячи могущественных рунических схем, на создание которых у сотен моих тел ушли долгие-долгие годы делали свою работу. Каждое конкретное ритуальное заклинание выдергивало намеченный артефакт, словно рыбу из воды, перетаскивая его сквозь пространство и грани измерений, дабы украденные обелиски Бесконечной Вечной Империи сквозь стабильные колодцы в этом хаосе взбесившейся ткани реальности падали на металлическую поверхность огромной ловушки. Вернее, не просто падали в случайном порядке куда попало, а более-менее аккуратно ложились в цилиндрические ниши, предназначенные именно им. И там волей повелителя их накрывало слоем жидкого металла, зажимало и блокировало намертво, не столько физически, хотя и это тоже, сколько концептуально. Все знали о том, что через подобные устройства Система может воздействовать на мир, мало кто понимал, что воздействие — это отнюдь не всегда переброска солдат, героев или даже божков, по совместительству являющихся хорошо выдрессированными цепными песиками своей хозяйки. Фактически каждая переливающаяся всеми цветами радуги колонна могла считаться эдакой волшебной палочкой, через которую создательница подобных артефактов могла бы воздействовать на окружающий мир так, как никакому архимагу не мечталось даже в сладких снах после пары бутылочек особо крепкого вина. И потому пытавшиеся провернуть нечто подобное нашим нынешним действиям «гении» обычно жили плохо, но недолго…

— Я держу крепко! — Пролязгало бесчисленными клинками всего своего тела то существо, что было самим воплощением концепции «стали» и когда-то давно родилось человеком, имеющим очень твердый характер и слишком уж полюбившим драться на мечах. — Их не вырвут из моей хватки, покуда мы живы!

— Переподчиняю их операционные системы, чтобы исключить вероятность дистанционного исключения… — Прошелестел в моих многочисленных головах женский голос, вроде бы и приятный, но отдающий чем-то таким опасным, что самые жуткие, страшные и разрушительные творения темной магии, известные мне, казались бы не более чем злобно тявкающими щенками рядом с этой телепаткой. — Как удачно, что сделаны они на основе поглощенных Системой душ…И как неудачно, что нам нельзя разрывать их связь до конца, если мы хотим их использовать!

Одна за другой переливающиеся всеми цветами радуги колонны подчинялись воле могущественной менталистки Земли, и скорость процесса нарастала лавинообразно. Я был уверен, что тело у неё одно, и мозг в нем тоже один, но почему-то сложнейшие артефакты, каждый из которых мог считаться тем ещё крепким орешком и был в своем роде уникален признавали новую хозяйку чуть ли не быстрее, чем были выкрадены из тех мест, где находились секунды назад. А после того как обелиск оказывался во власти своей новой госпожи он получал приказ. Довольно простой приказ, исполнить который сумело бы и куда более грубое устройство. Тянуть сюда энергию из того самого искусственного измерения белой пустоты, которая была знакома любому подданному Бесконечной Вечной Империи. Тянуть сюда энергию творения, ту самую энергию, которая позволяет формировать мироздание или хотя бы какие-то его частички в соответствии с волей того, кто этой энергией обладает и отличает настоящих богов от обычных изрядно разожравшихся долгожителей. Тянуть сюда из запасов Бесконечной Вечной Империи так много этой энергии, обычно приберегаемой в хранилищах Системы ради самых важных и сложных чудес, как только мог тянуть обелиск, не разрушаясь в течении ближайшей четверти часа. Дольше нам просуществовать в этой реальности даже при самом оптимистичном раскладе не светило.

Мои тела, выполнившие первую часть назначенной им работы, спешно пользовались теми же самыми пространственными переходами, при помощи которых были сворованы обелиски. Запланированный уровень потерь должен был составлять от десяти до пятнадцати процентов, но места проведения ритуала не сумела достигнуть примерно четверть от общего числа марионеток, которые либо оказались уничтожены резко усилившимися искажениями в ткани реальности, либо оказались не там, где надо, отклонившись от своей цели когда на сотни километров, а когда и на целые миры. Разницы в данном случае не было, они бы не успели сюда вовремя, а значит стали бесполезны. И объяснение такому отклонению от первоначальных расчетов могло быть только одно. Бесконечная Вечная Империя уже почувствовала как сотни и тысячи переподчиненных нами обелисков тянут энергию творения из её могучего тела и обширного тела подобно комариным жалам, добравшимся до мельчайших капиллярных вен…Украденного нами хватило бы на то, чтобы каждый из здесь присутствующих, будь он все ещё обычным человеком, смог бы сравняться в грубой силе с самыми могущественными из божков Системы, но для неё это все ещё оставалось одной единственной каплей крови. Ну, двумя или тремя, потерянными после осторожного укола медицинской иголкой для забора анализов. Вот только эта сущность не привыкла к тому, что её иголками колют. Она встрепенулась. Разозлись. Мобилизовалась…И, кажется, сейчас мы начнем от неё огребать…

— Начинаем накачку основного контура! — Одновременно произнесли все имеющиеся здесь и сейчас тела, активизируя нанесенные прямо на стальную поверхность ритуальные схемы и при помощи них стягивая украденную у Бесконечной Вечной Империи силу воедино, заодно несколько стабилизируя и обуздывая сей способный миры разрушать и создавать обратно из праха поток первородной мощи, дабы передать его дальше. К магическим схемам, моим собственным не сказать, чтобы уступающим, но очень узконаправленным, предназначенным сугубо для одной задачи. Управлению временем.

Очень хотелось посмотреть, как величайший хрономант нашей части мироздания будет создавать чары, обязанные отправить наши разумы на сотни лет назад, но к сожалению даже одну из марионеток вместе с мельчайшей частичкой внимания выделить на это было нельзя. Вернее можно, но для того, чтобы направить к цели поток энергии творения требовалось все мое внимание без остатка. Украденные обелиски выдавали энергию творения не легким стабильным потоком, а хаотично меняющимися импульсами, едва ли не уникальными в каждом конкретном случае, поскольку каждый из них имел определенную индивидуальность, да и хранилищ, откуда они тырили чужие запасы, явно насчитывались как минимум десятки. И процессу явно пытались помещать, судя по периодически возникающему в головах матерному эху и скрежету зубов борющейся за контроль над артефактами менталистики, а также тому, что потоки силы могли как иссякать до отдельных капель, так и выдавать такой напор, который у всего одной или двух марионеток полностью обуздать не получалось. Вдобавок уже начинали появляться первые из тех, кого Бесконечная Вечная Империя послала с нами разобраться.

Возникающие прямо из воздуха тут и там люди, нелюди и прочие существа, самые слабые из которых являлись обладателями легендарного ранга, сотнями и тысячами разрывались на части взбесившимся пространством каждую секунду. А кому везло прорваться к одному из относительно стабильных колодцев, где находился обелиск, растворялись в первородной энергии творения быстрее чем одна единственная крупинка сахара в полном бокале крутого кипятка. Эта сила была почти всемогуща, и с её мощью даже мне и даже с учетом длительной предварительной подготовки и настройки ритуальных фигур, здесь и сейчас буквально переписавших законы мироздания для того, чтобы работать без сбоев, справиться было тяжело. В ореоле ярких солнечных лучей и с сотрясающим сами небеса криком ударился о край металлического поля мускулистый гигант в белой тоге, чье тело казалось выкованным из звездного пламени…Не просто так ударился, само собой, а потому как в груди его теперь темнело убедительное подобие черной дыры, стремительно расширяющееся во все стороны и пожирающее плоть божка, вопящего в агонии. Тени, отбрасываемые некоторыми моими телами, словно бы закипели и взбесились, когда пытавшиеся атаковать нас через этот слой реальности враги встретились с тем, кто их там уже давно поджидал. И, кстати, имя его с некоторых пор среди акклиматизировавшихся в Бесконечной Вечной Империи демонов стало самым страшным ругательством.

– Огонь, в котором сгорает божественность возжигаю я, и никто не пройдет чрез пламя моё, в котором ныне сгорает отныне и во веки веков сама суть моя, ежели не лишится он там бессмертной части себя, что опадет с него навсегда прогоревшем пеплом! — Провозгласила на всю Землю и несколько близлежащих миров сразу та несносная и доводящая меня до белого каления идиотка, которую я бы давно уже убил и переработал в куклу божественного ранга, если бы не два обстоятельства. Во-первых, только лишь благодаря ей одной число моих марионеток подобного качества превышало десяток единиц. А во-вторых, в случае если наконец-то дать волю эмоциям, то вероятность превращения в груды сажи всех моих тел, включая сделанные на крайний случай двойники-филактерии, надежно укрытые в самых укромных уголках Бесконечной Вечной Империи и даже вне её, равна плюс-минус пятидесяти процентам. Ведь кое-кто, кого я распотрошил, дабы превратить в свои инструменты, пытался от неё туда бежать и там спрятаться… — И каждая толика смерти и бессмертия, что сгорит в огне — усилит его! Ибо такова воля огня! ТАКОВА МОЯ ВОЛЯ!!!

Казалось, все мироздание утонуло в огне…Но так, только казалось, ибо на самом-то деле концептуальным пламенем, по сравнением с которым и поверхность звезды выглядела бы уютным теньком, оказался затронут относительно небольшой участок планеты. Аккурат по периметру металлического поля и тех ритуальных фигур, которые мы здесь нагородили. По периметру во всех измерениях и планах, которые только могли быть. Или по крайней мере тех, которые сумела перекрыть своей стихией Светлана, что ныне натуральным образом сжигала сама себя, за счет этой техники самопожертвования увеличив свои способности, те способности, которые заставляли трепетать небожителей Бесконечной Вечной Империи, как минимум на порядок. Никто и ничто отныне не могло проникнуть внутрь этого барьера, не соприкоснувшись с ним и не пожертвовав частью своей сути и силы. Очень весомой частью, для большинства обладателей легендарных и мифических классов составляющих все сто процентов. Тела разного рода героев, королей, полководцев, архимагов, великих убийц и прочих высокоуровневых подданных Бесконечной Вечной Империи все равно появлялись тут и там, но теперь появлялись они в основном как разваливающиеся на части под собственной тяжестью груды пылающих костей, с которых стекали ручьи жидкого мифрила и адаманта с единичными вкраплениями более тугоплавких материалов. Ну а отдельные «везунчики» всего-то напоминали из себя забытый на сковородке бифштекс, который надо было снять как минимум десяток минут назад, поскольку оказывались прожарены до состояния угольев.

— Аааргх! — Прорвавший пылающий барьер рой из дюжины зеленых метеоритов, орущих примерно одно и то же, пусть и несколько разными голосами, без сомнения представлял из себя целый орочий пантеон. Ну, теперь уже не совсем пантеон, ибо как минимум части божественности они лишились в огненной завесе, которую нельзя было миновать без потерь и, думается мне, немалой части. И формально пантеон сей был все же орочье-гоблинский, судя по тому, что одни враги были другим по пояс, а то и по колено, да и вообще казались скорее жилистыми, чем мускулистыми. И, кстати, перенесли бывшие коротышки близкое знакомство с пламенем куда лучше, чем свои более крупные родственнички. То ли в силу большой склонности к мистическим искусствам, помогающим в том числе и лучше сопротивляться чужой магии, даже самой концептуальной, то ли из-за привычки к боли, ведь больше чем уверен, привыкшие больше полагаться на грубую силу громилы даже после обретения божественного статуса продолжили субтильных по сравнению с ними коротышек при каждом удобном случае шпынять.