Чтение онлайн

Я не мог прочесть мысли, вспыхнувшие сейчас в сознании морского змея по имени Горшомарукарт Мудрый, но мне этого и не требовалось, поскольку логика и инстинкты подобных тварей работали, в принципе, по одним и тем же схемам, в которых логика, эгоизм, привычка охотиться на доступную добычу и магические способности отлично дополняли друг друга. Эта вымахавшая сверх всякой меры рептилия, какой-нибудь более-менее равный ему краб или же мой старый знакомый Метай Мореход руководствовались практически идентичными поведенческими паттернами! Человек, у которого есть несколько легендарных артефактов, прибыл сидя на спине у дракона? Значит он сильнее и опаснее дракона. Дракон, который его стряхнул, чтобы броситься наутек, не выглядит особо крупным, могущественным и опасным по сравнению с ними и даже ощущается как-то послабее, чем всадник? Следовательно, этот излишне трусливый ящер однозначно всего лишь добыча и тот, кто его подчинил и поставил под седло, тоже добыча, только чуть более лакомая, пусть и более кусучая. Был бы человек сильнее, то подчинил бы себе кого-нибудь сильнее. Или его бы так просто не стряхнули с себя. С могучим и опасным владыкой вод говорят и торгуются, значит чего-то хотят, значит точно равны или слабее, поскольку сильные не договариваются и не торгуются, они берут или приказывают, да и вообще им помощь в уничтожении врагов вряд ли бы оказалась нужна. У человека в руках великое сокровище, которое им точно нужно, которое может сделать их сильнее, которое такой жалкий слабак или уж тем более подчиненный ему ещё более жалкий дракон точно не заслуживают?! Сожрать! Взять! Сию минуту! Сейчас! Немедленно! Покуда жалкий двуногий глупец его сам не съел, тем безвозвратно испортив! Вместе с ним сожрать, благо этот человечек, сильный лишь на фоне прочих человечков, абсолютно ничтожных,как раз приблизился на расстояние удара, и ничего не сможет противопоставить всеподавляющей мощи тела, разума и магии Горшомарукарта Мудрого!

Если бы я не разгонял себя относительно нормального временного потока, то скорее всего просто не уловил бы того момента, когда неподвижный прежде как скала морской змей взял и прыгнул прямо на застывшую в воздухе приманку, распахивая во всю ширь свою отвратительную морду, куда могла бы пролезть не меньше десятой части Убежища. Свившаяся в несколько лежащих друг на друге колец титаническая громада, на фоне которой большинство небоскребов казались бы немощными былинками, не поднималась в воздух медленно и мучительно, словно стартующая с космодрома ракета! Нет! Выстреливая собой как распрямившаяся на сверхзвуковой скорости пружина он буквально прорезал собой пространство, кажется в самом деле имея некоторую связь с этим аспектом бытия, ведь я даже моргнуть не успел, а напоминающее по своим размерам горное ущелье пасть, из глубин которой мощно несло тухлятиной и едкими испарениями, способными за пару мгновений разъесть плоть обычного человека до костей без всякой активной магии, уже почти смыкалась над верховным главнокомандующим Конфедерации Маяк со всех сторон, заодно захватывая сотни кубических метров пустого пространства. Моргнуть не успел, а вот воспользоваться заранее сделанными приготовлениями, усилием мысли активизируя один из начатых перед отправкой на дело ритуалов, времени хватило. Как и то ли уронить, то ли зашвырнуть поглубже в глотку чудовища сферу фальшивого сердца.

Реальность размылась и дрогнула, суживаясь до единой точки прошлого и топя в безбрежном океане возможностей потенциального будущего, а также альтернативно возможных временных линий, когда воды Реки Времени захлестнули собою самонодеянного хрономанта, чтобы растворить его навсегда между возможным и неслучившимся…Но бултыхаться в них помогало наличие якоря, точнее целой композиции из нескольких отдельных якорей, просто сгруппированных в одном месте. Они служили сразу же и путеводным маяком и веревками разной степени прочности и ухватистости, цепляться за которые собственной волей было не сказать, чтобы просто…Но возможно. И даже если одна или две из них выскальзывали из хватки моей магии из-за каких-то хаотических подвижек континуума, никогда не остающегося стабильным, то тогда можно было использовать иные, осторожно и вместе с тем неуклонно вытаскивая себя прочь. Причем не просто прочь, а точно в нужное время и в нужное место.

С финальным усилием я вернулся в реальность и Река Времени отхлынула, оставляя меня точно там, где и надо было. В ритуальном круге на обзорной площадке, по периметру которого стояли многочисленные Клаусы, послужившие эдакими дополнительными якорями, необходимыми для самостоятельного бегства из пасти монстра. А если я не справился, они бы могли меня выдернуть, благо в хрономантии разбирались на должном уровне, но страховка все-таки не потребовалось, чему оставалось только порадоваться. Чуть дальше, за защитными барьерами, нужными на случай неконтролируемого выплеска энергий, находились зрители сегодняшнего бесплатного представления, к которым вот-вот собиралась присоединиться заходящая на посадку Эва. Целая и невредимая к немалому моему облегчению, разве только слегка запыхавшаяся, ибо двигалась обратно в безопасное место она на таком форсаже, который даже дракона, усилившего себя за счет расходования запасов жизненной энергии, мог за считанные секунды измотать.

Челюсти Горшомарукарта Мудрого сомкнулись на сверхзвуковой скорости с таким громким лязгом, что в Афинах наверняка бы все стекла вылетели, если бы там хоть одно ещё осталось. А после его тело, ранее вытянутую в струнку и летевшее к цели подобно самой большой в мире ракете, плюхнулось обратно в полузатопленный город, пару десятков зданий собою раздавив и, кажется, даже не заметив этого.

— Приятного тебе аппетита, гадина! — Пожелал я морскому змею, на чуть подрагивающих ногах переходя в соседний ритуальный круг. Тот, который был составлен с таким расчетом, чтобы максимально облегчить возвращение в прошлое свое состояние уже не меня, а одноного конкретного магического предмета. Того самого, что сейчас находился где-то внутри морского змея, замершего с крайне сосредоточенным и напряженным выражение свой ужасной морды, свидетельствующей то ли о внезапной дефекации у мифического монстра, то ли о его же напряженной умственной деятельности. Скорее все-таки последнее. Тварь уже явно сообразила, что случилось чего-то не то, поскольку не ощутила ни чарующего вкуса сердца древня, плюс-минус равного ему по силам, ни даже маленького но тоже вполне себе симпатичного сухарика в виде бронированного человечка легендарного ранга с соответствующим обвесом, который бы в желудке подобной жути тоже запросто переварился полностью и без остатка. Однако куда они подевались, сей ужас глубин пока сообразить не мог. И чего все это значит — тоже. — И чтоб ты подавился!

Мое пожелание исполнилось буквально через полторы секунды, когда лишенной стабилизирующего воздействия и оказавшееся в агрессивных условиях внешней среды фальшивое сердце древня наконец-то долбануло. Чешуя исполинского морского змея примерно в сотне метров от его головы вспучилась изнутри, раздираемая неконтролируемым выплеском магической энергии, состоящим частично из кинетического удара, а частично из взбесившихся частиц Реки Времени, которые я в ту сферу очень долго и старательно запихивал. И именно они вырвались на свободу первыми, обгоняя такую банальную и чисто физическую вещь, как ударная волна. Некоторые чешуйки, каждая из которых была размером с танк и примерно такой же прочности, если бы оный танк представлял из себя цельнометаллическую болванку, резко постарели и стали ломкими, некоторые напротив, уменьшились и вернулись к тому состоянию, когда Горшомарукарта Мудрого от обычных морских чудовищ особо ничего не отличало. Кое-где они треснули или вообще осыпались прахом, не выдержав подобного диссонанса. С плотью, укрытой под ними, произошли примерно те же самые изменения, дополненные тем, что какие-то мускулы сокращались и гнили в силу своего возраста, а какие-то расслаблялись, словно молодея и становясь слабее. Попавшее под столь необычное воздействие мясо рвалось как истлевшая простыня, когда оставшиеся здоровыми ткани конвульсивно вздрогнувшего морского змея потянули в разные стороны. А потом по уже поврежденной шее мифического монстра изнутри ударил взрыв, плюс-минус равный детонации какого-нибудь специализированного противобункерного боеприпаса.

Струи темно-алой крови, напоминающие работу пожарных гидрантов, брызнули из шеи морского змея в десятках мест сразу…И сопровождались оглушительным шипением, полным не столько боли, сколько злости. Горшомарукарт Мудрый наконец-то сообразил, что был самым наглым образом спровоцирован и обманут. Возмутился отсутствию кормежки таким из себя питательным сердцем древня и несколько менее привлекательным мной. И даже догадался о том, кто в этом виноват, в бешенстве поднимаясь на своем хвосте и впившись кипящим от ненависти взглядом в летающую крепость. Раны на том, что у человека и прочих существ должно было бы называться верхней частью шеи? Ну, да…Раны были. Многочисленные и рваные, напоминающие след от удара громадной зазубренной дубиной, но в принципе не особо значительные, для существа его масштабов, обладающего просто феноменальным запасом выносливости и жизненных сил. Льющиеся оттуда реки крови для подобного чешуйчатого титана являлись скорее каплями. да и капли эти на глазах уменьшались, поскольку регенерация, возможно подстегнутая каким-то навыком или пассивным свойством, уже брала свое, и разорванная плоть смыкалась, нарастала пластами, покрывалась новенькой свежей чешуей, вряд ничуть не уступающей той, которая защищала от угроз остальное его тело.

— Кха-ш-шааа! — Оглушительно прошипело чудовище, сплевывая кровавой слюной на ближайший остов здания, из-за чего тот остов немедленно рухнул и начал плавиться, как кубик сахара, на который вылили стакан обжигающе горячего чая. Его тело снова свиваться в несколько колец, явно готовясь для нового прыжка, которым подобный монстр мог покрыть сотни, а то и тысячи метров. — Жалкие сухие креветки! Я буду варить вас живьем и есть живьем! Есть — медленно!

Вода, которой в Афинах было много, стремительно хлынула вверх, покрывая тело мифического чудовища броней, ещё больше увеличивающей его размеры. И пусть она состояла из жидкости, но больше чем уверен, прорвать её не сумел бы и артиллерийский обстрел из орудий старого мира.А кроме того десятки потоков, напоминающих собою щупальца, рванули от затопленного города вперед и вверх, намереваясь дотянуть до Убежища и то ли притянуть его к земле, то ли просто придержать, пока Горшомарукарт Мудрый готовится к нам в гости запрыгнуть…И тут я активировал ритуальный круг, рядом с которым стоял, направив в него поток магической мощи, служащий не столько для выполнения поставленных задач, сколько катализатором уже начатых процессов или скорее путеводным огнем, показывающим начавшей изменяться реальности каким должен стать конечный результат. В конце-то концов, зачем нужны мощные магические накопители, если ими не пользоваться? И при создании этой волшебной фигуры было использовано столько мощных магических накопителей, сколько только сумели впихнуть профессионалы в лице меня и Клауса, однажды встряхнувшие само мироздание. Может по нашим меркам батарейки, набранные в качестве трофеев, изготовленные из подручных средств или даже купленные через обелиск и были товаром не первого сорта, и даже не второго, а так, каким-то хламом посредственным…Но даже полный неумеха с такой поддержкой мог бы срыть настоящую гору, пусть даже выгорев в процессе и обломками той самой горы поубивав кучу народа в радиусе пары сотен километров. Только вот неумехой я точно не был и при помощи целого океана доступной энергии заставил само сущее поверить в то, что фальшивое сердце древня, то самое, которое было нестабильным, готовым рвануть от малейшего чиха и под завязку наполнено моей силой…Что оно все ещё существует. За мгновение до взрыва. Точно там же, не существовало в прошлый раз…

— Кхаш! – Подавилось собственными словами и кровью мифическое чудовище, видимо собиравшееся сказать нам ещё что-то насчет нашей неизбежной гибели, когда в его глотке оказался второй гибрид крупнокалиберной бомбы с нестабильной хроноаномалией. Вновь распадалась на части чешуя, от которой бы отскакивали пули и противотанковые ракеты, вновь рвалась его практически неуязвимая плоть, что сама по себе превосходила по прочности какой-нибудь там идущий на изготовление бронежилетов кевлар, вновь брызнули во все стороны реки крови морского змея, на сей раз оказавшиеся, кажется, немножко больше чем раньше. Ведь пусть его шея восстановилась за считанные секунды, но совсем уж идеальным это восстановление оказаться не могло. И способная выдержать как бы не попадание баллистической ракеты запределельно мощная водяная броня ему абсолютно ничем не помогла, более того, на истончилась и участками стекла обратно вниз, на город. Во-первых, защищала она ведь снаружи, а не изнутри. А во-вторых, энергетика Горшомарукарта Мудрого от детонации фальшивого сердца испытала серьезный дисбаланс, ибо сложно удержать концентрацию, когда твои чары вдруг начинают сбоить местами резко увеличивая энергопотребеление, якобы проработавшее в разы дольше чем казалось, а местами вообще получая дыру, поскольку там и тогда их вроде бы никто и не творил… — Что ты… Кхаш!

Глава 13

Для любого кроме меня использованная тактика выглядела бы дикой, невозможной, нелепой! Примерно как попытка забить врага насмерть атомной бомбой или же конвоирование его в открытый космос. Нет, это в общем-то сработает, тут никто спорить не будет…Но и заниматься такой бессмысленной ересью никто не будет тоже! Обычно восстановление взрывного устройства, зелья или одноразового артефакта при помощи хрономантии было настолько опасным, энергозатратным и невыгодным в плане сил и ресурсов, пошедших на изготовление материальных компонентов для ритуала, что теоретически имеющие шансы обмануть мироздание и заставить реальность выплюнуть дубликат желанного объекта маги времени просто шли в магазин за заменой нужного им предмета. Только вот я обычным хрономантом не являлся даже близко, а потому стереть самого себя с ткани бытия не рисковал. Если же речь шла о действительно могучих предметах, то стоимость их заказа у какого-нибудь легендарного мастера из легендарных же ингредиентов по его легендарным расценкам уже начинала более-менее соответствовать волшебству подобной мощи. Плюс созданный мной ритуальный круг, специализированный для одной конкретной школы магии, более того, для одного конкретного то ли заклятия, то ли ритуала позволял снизить невероятно огромные затраты энергии до просто огромных. Тщательная настройка на фальшивое сердце древня, сделанного из тех же материалов, которые пошли на формирование волшебной фигуры, уменьшило их просто до больших. А те в свою очередь почти целиком легли на накопители. Фактически если сравнить созданную мной систему чар с техническим устройством, то на ум приходил какой-то антикварный автомобиль времен первых самоделок, сделанных разными энтузиастами. Повозился как следует собирая эту фигню из чего придется, крутанул вставленную куда надо ручку с десяток раз, запрыгнул на водительское место, пока твой рыдван тебя же не переехал и рули себе куда надо, лишь иногда отвлекаясь на то, чтобы подкорректировать маршрут.