Чтение онлайн

— Грааа! — Превратившая в дракона Эва задрала свою длинную шею высоко вверх и теперь с надсадным ревом выдыхала целую реку пламени, которая завивалась вокруг моей любовницы в постепенно расходящуюся спиралась. Став эпицентром настоящего пылающего торнадо, она заставила покорную ей стихию разлететься во все стороны брызгами, напоминающими не то горизонтальный дождь, не то работу системы автоматического полива газонов, если бы ту зарядили напалмом. Очень злым и жарким напалмом, как правило прожигающим насквозь в месте попаданий даже те тела, которые прикрывала мощная металлическая броня, дополненная защитными магическими рунами. Накрывший объем чуть ли не в целый кубический километр рукотворный ад буквально расчистил пространство над нами от всяких неопознанных летающих объектов, что плавились, горели или же просто запекались в обрушенном на них драконьем огне. Это было очень кстати, дав мне возможность сосредоточить свое внимание на тех врагах, которые находились на земле.

Кольцо на моем пальце буквально раскалилось, едва ли не захлебываясь от жизненной энергии своего носителя, а кровь, которой здесь и сейчас текло более чем достаточно, вскипела и воспарила, чтобы ручьями хлынуть к шлемам тех, кто носил здесь и сейчас более-менее единообразную броню, а следовательно относился к числу воинов Дорго Сгибающего Сталь, ведь земляне и работающие на меня наемники унификацией снаряжения особо не заморачивались в отличии от тех, кто принадлежал к стабильным структурам, существующим многие сотни лет. В нормальной ситуации носитель подобного артефакта никогда не смог бы по-настоящему сравниться с каким-нибудь высокоуровневым кровавым малефиком или там боевым магом крови, способным бить по площадям уничтожая толпами вполне себе могчих врагов и не вредя союзникам, но ситуация нормальной уж точно не была. Я обладал привычкой художника подмечать мелкие детали и потому отличал своих от чужих быстро, легко и массово. Я обладал опытом тысяч битв с обитателями Бесконечной Вечной Империи, а потому даже без использования сканирующих навыков относительно легко сортировал цели, оставляя без внимания мелочевку, которой хватило бы пары-тройки пуль и временно игнорируя всяких там сотников и представителей знати, удар по которым не привел бы к существенным результатам. Я буквально сжигал себя, за счет перерасхода энергии, невероятно мощной воли и недавно повысившегося таланта к магии воды, облегчавшего также управление прочими жидкостями, заставляя эту побрякушку работать далеко за пределами своей эффективности и стремительно изнашиваться. И так я смог продержаться очень недолго, стремительно расходуя свою прану, но тем не менее расчищая вокруг себя поле боя от врагов. Десятки и сотни гарпий или десантировавшихся на Убежище пехотинцев единомоментно дохли всюду, куда падал взгляд легендарного варлорда, обладающего воистину феноменальной выносливостью и живучестью, что ныне горели как топливо в печи. Обладающего и готовящегося вот-вот дать дуба от тех травм, которые он сам собственной ауре нанес…А в следующий миг вернувшегося в свое недавнее состояние — полностью здорового, с готовой к труду и обороне энергетикой, а также артефактом на пальце, что не грозил вот-вот рассыпаться на отдельные обломки. Из обломков теперь восстановить его бы тоже, пожалуй, смог, но до такого лучше было не доводить.

— Не отступать и не бояться! — Громким криком подбодрил я своих бойцов, старательно не обращая внимания на валяющиеся тут и там тела, определенно относившиеся к числу моих солдат. Ну и заодно отмахнулся молотом от какого-то рыцаря, оседлавшего крылатого бронированного быка. Его копье проскрежетало по древку моего молота, изогнулось как живое и ударило раскалившимся словно кусочек звезды кончиком в грудь, прожигая дыру в адаманте и драконьей коже…А потом было вырвано из рук владельца, вероятно уже праздновавшего победу и отброшено далеко в сторону, куда-то за край летучей скалы. И раны на мне уже не было раньше, чем обескураженный потерей великого артефакта враг сумел вытащить из ножен на поясе какой-то длинный ковыряльник, которым можно было бы рубить не слезая с седла. Правда, насколько искусно оним владел, проверить не получилось.Помешала пронзившая пространство полоса света, без сомнения являвшаяся выстрелом рейлагана. Целились, правда, совсем не в этого типа, а в какого-то пронесшегося мимо на огромной скорости дракона, развивающего в воздухе неплохую скорость, несмотря на отягощающие его доспехи и потерю левого крыла, срезанного под самый корень, но попавшему под удар любителю порхающих копытных и его скакуну от этого лучше не стало. От обоих остались лишь рожки да ножки, плюс ящеру кончик хвоста оторвало, из-за чего тот только прибавил прыти. — Мы побеждаем!

Я повторил свой трюк с почти самоубийственным использованием магии крови на бис. А затем ещё раз, ещё и ещё, покуда не оказался вынужден сделать передышку, поскольку воды реки времени слишком уж взбаламутились и дальше так рисковать вот прямо сейчас стало слишком опасным…Впрочем, получилось неплохо. Будущий я предпочитал устраивать подобного рода представления с какими-нибудь зачарованными мега-бомбами, которые швырял в толпу врагов раз за разом, но сжигание собственной жизни, чтобы порадовать противника магией примитивной но ультимативной, как падающий на башку железный лом, работало тоже вполне себе неплохо. В радиусе примерно километра на месте несколькиз тысяч врагов быстро осталась лишь пара сотен, поскольку все остальные либо уже сдохли, либо прямо сейчас подыхали. А не подыхали, так просто теряли боеспособность процентов на семьдесят-восемьдесят, ибо когда тебе бурлящей от высоких температур кровью ошпарило глаза, а заодно в носоглотку или даже прямо в легкие крутой кипяток налился, воевать становится ну просо очень неудобно. Нет, имелись среди попавших под удар противников те, кто за счет высоких характеристик, качественно снаряжения или защитных навыков сумел пережить атаку или отделаться легким испугом, однако их насчитывалось совсем немного. И теперь на выделявшихся качественным защитным снаряжением аристократах и этих одиночках могли сосредоточить все свое внимание иные защитники Убежища, коллективно подбирающие нужного калибра открывашки для их брони. Кого-то раз и навсегда успокаивали очередью в затылок, кого-то сообща грубой силой валили на землю, чтобы там запинать, кому-то запихивали узкий длинный кинжал в глазную щель или же гранату под латную юбку. Они сопротивлялись, конечно, причем иной раз вполне успешно и с многочисленными жертвами, но как правило в честной драке десяти и одного побеждал отнюдь не одиночка.

Воздух вокруг нас во множестве разрезали разнообразные метательные снаряды, либо же энергетические проекции, которыми некоторые враги орудовали с такой скоростью и мастерством, что даже примитивное вроде бы копье могло натворить не меньше дел, чем гибрид крупнокалиберного пулемета со снайперским ружьем. Я привык воспринимать вьющихся вокруг гарпий скорее как раздражающий своими криками фон, опасный лишь для рядовых защитников Убежища, ну или когда они нападают большими слаженно действующими группами, и чуть было не поплатился за это. Какой-то покрытый морщинами старикан с седыми от возраста перьями, в отличии от большинства сородичей таскающий не металлическую, а костяную броню, сделанную вроде бы из хитиновых пластин, но зато украшенную удивительно качественным портретом Дорго, пронесся на бреющем полете, раскатисто заывая некий боевой клич словно боевой вертолет. В его худых артритных руказ была корява кривая палка с невзрачным каменным наконечником, что тряслась угрожая вот-вот выпасть из слабых пальцев пенсионера…Чья дряхлость и немощность оказалось не более чем видимостью, поскольку с каждым содроганием глупого с виду оружия сразу полудюжина невидимых сверлящих снарядов вонзались в меня без промаха, равномерно распределяясь по уязвимым местам и эти самые места дырявя. Вполне успешно дырявя! Два укола в глаза, один в горло, обе подмышки, пах, сердце…А затем ещё раз, ещё и ещё! Под разными углами. Без промаха. С достаточной мощью, дабы пробивать и сделанные Эвой доспехи, и находящуюся за ними плоть, бывшую не сказать, чтобы уязвимой! Так мало того, этот пенсионер ещё и огнеупорным оказался, вполне успешно блокируя ударивший в него поток драконьего пламени барьером, созданным судя по всему, за счет каких-то манипуляций птичьими когтями на ногах!

— Шустрый птах, — только и смог сказать я, истекая кровью из множества ран и буквально ощущая, как меня все новыми и новыми ударами разделывают на части. И если бы не возможность откатывать себя в прошлое, то эти самые части уже разлетелись бы в разные стороны, а так пока держался одним куском, заставляя врага раз за разом переделывать свою работу, начиная все сначала. — Настолько сильная легенда, что почти миф…

Молот, брошенный в этого нелюдя и прорезавший небеса подобно зенитной ракете, не мог попасть бы в свою цель никогда, если бы само мироздание не поверило, что он в него уже попал! Размазавшийся от скорости и рывком сместившийся на полсотни представитель расы гарпий, вероятно, очень удивился, когда все-таки получил навершием в виде дракончика себе в грудину. Но этот удар он пережил, пусть даже харкнув кровью, прекратив меня атаковать и замедлившись…В результате чего на его башке сомкнулись драконьи зубы совершившей лишь чуть менее впечатляющей рывок вперед и вверх Эвы, прошедшие между шлемом и костяным воротником, чтобы аккуратно срезать седую голову нашего врага.

Я восстановил свое здоровье до оптимального состояния, а после сразу же снова продолжил его гробить, используя возможности кольца на полную катушку и топя толпы врагов в кипящей крови их собственных товарищей. Впрочем защитники Убежища и сами неплохо справлялись с тем, чтобы прикончить большинство врагов, хотя и нельзя было сказать, будто игра идет в одни ворота. Союзные люди и нелюди продолжали умирать в бою всюду, куда падал взгляд, периодически летающая скала тряслась от происходящих где-то внутри взрывов, все же далеко не весь десант противника решил пойти в атаку именно на плоской верхушке, да и масштабные магически атаки, накрывающие большую площадь и уничтожающие тот или иной узел обороны, случались нередко…Хотя и не сказать, чтобы часто. От любой иной армии подобного размера и мощи их бы ожидал куда больше, но Дорго позиционировал себя как бог воинов, а потому и прислужники у него были соответствующие. С метанием огненных шаров или чем-то плюс-минус аналогичным они испытывали сложности, зато в рукопашной представляли из себя те ещё машины смерти по меркам простых людей. Да и на дистанции могли неприятно удивить кто метательным железом, кто стрелами, кто энергетическими проекциями своего оружия.

— Идем к артиллерийским позициям, посмотрим, что с ними стало! — Крикнул я Эве, что по-драконьему грозно топала за мной следом, на ходу продолжая плеваться пламенем в самый крупные скопления гарпий и прочих летучих противников, маячащих в небесах вблизи нас. Мне-то в соответствии с привычками существа сугубо наземного как-то легче было сосредоточиться на выбивании тех, кто тоже ножками по тверди топает. Тем более среди птиженщин и прочих любителей сражаться не покидая воздушного океана в основном легкие войска имелись, которых свинцом из автоматов в массовом порядке отстреливали вполне успешно. Куда более солидно экипированные латники и рыцари, от которых пули отлетали как от танков, обычно все же предпочитали ближний бой.

— Они держатся! — Рыкнула Эва, получая в открывшийся рот пару стрел и какой-то дротик, но едва замечая это. Нет, струйки крови брызнули, а по телу красной драконицы пробежала едва заметная дрожь, но подобную реакцию человек бы получил, слишком небрежно начав орудовать зубной щеткой и повредив десны. — Как минимум некоторые! А вот за танки вражеская элита взялась серьезней! Там много огня и дыма, очень странного дыма, сквозь который я ничего не вижу…Но внутри точно что-то есть! Что-то сильное и страшное! Примерно как твои друзья страшное! Нутром чую

В чувствительности моей любовницы не имелось никаких сомнений, а длина шеи позволяла ей при желании взирать на поле боя с высоты, подобно какому-нибудь бронированному огнеплюйному жирафу, а потому я решил положиться на мнение той, кому сейчас видней, лишь мимоходом бросив взгляд в сторону артиллерийских позиций. Тот рейлаган из которого я вел обстрел вражеской летающей крепости найти сейчас было невозможно, поскольку он скрывался где-то в недрах холма из полужидкого железа, до сих пор местами светящегося от внутреннего жара, да и парочке соседних осталось, а рядом с какими-то не осталось ни одного из защитников Убежища или же их разломало на части мощными магическими ударами…Но гораздо больше уцелело и даже пыталось вести бой, чем собственно и объясняло в зоне видимости малое количество вражеских драконов и прочих по-настоящему крупногабаритных единиц. Артиллеристы их сбивали, ведя свою разрушительную работу, несмотря на помехи в виде кипящей вокруг схватки. Разумеется, противник пытался до них добраться и даже периодически умудрялся выбить то одного, то другого человека из расчета, однако же на защите орудий стояли самые лучшие наемники, вплотную подбирающиеся к легендарному рангу или даже достигшие его, а также сильнейшие земляне, ради прокачки которых мы не жалели лучших трофеев и алхимии. На заранее подготовленных оборонительных рубежах, в меру наших возможностей совершенствовавшихся самыми искусными фортификторами каждый день, они держались даже против тех, кого по праву можно было назвать элитными войсками Бесконечной Вечной Империи, круша прислужников Сгибающего Сталь магией, сталью и свинцом.

Позиции, где раньше стояли наши гусеничные боевые машины, действительно были скрыты дымом. Горячим, жирным, настолько плотным, что едва удавалось разглядеть в нем свои собственные ноги и наполненным какой-то странной силой, в которой мои чувства веля себя…Странно. Нет, то что глаза почти ничего не видели и слезились, а в носу засвербело не только у меня, но и у продолжающей прикрывать спину Эвы, выпустившей пару громких чиханий, это ещё можно было понять…Но почему и как эта заполнившая воздух сажа ощущается сразу и свежей, буквально только-только появившейся и настолько древней, будто сейчас где-то рядом горит античный музей? Притом вражеским солдатам эта аномалия вредила в той же мере, что и защитникам Убежища. Я видел, как кашляла и задыхалась на границе темного облака какая-то женщина, из последних сил отбивающаяся деревянным посохом от нескольких пехотинцев врага… И сопротивляться численно превосходящему противнику у наемницы получалось потому, что облаченные в массивные доспехи латники, с громким звоном огребающие от неё по своим шлемам, но пытающиеся пронзить её своими клинками, явно тоже желали бы дышать полной грудью, а вместо этого кашляли как бегущие марафонную дистанцию астматики, у которых вдобавок проблемы с сердцем. Эпическая битва инвалидов могла бы продолжаться ещё долго, если бы чужаки внезапно для себя не лопнули изнутри, поскольку вся их кровь вдруг настойчиво попросилась наружу.