Чтение онлайн

– Ловко! – присвистнул князь.

– Вот и я говорю – ловко! Только еще ловчее они обратно спустились – никто не заметил! Арбалет там кинули. Хороший такой, с кремальерой…

– Так их, и когда поднимались, не видели, – пропустив про арбалет, сказал Егор. – Ведь так?

– Так, – кивнул аркебузир. – Только тогда, когда поднимались, никто не видал ясно почему – все на царевича глазели. А вот потом… Понимаешь, Егор, капитан сразу же указания дал – все крыши перекрыть, что мы и сделали, и поверь – с большой поспешностью, мышь бы не проскочила.

– Да знаю я – сам в том участвовал.

– А злодеи – ушли! – Онфим причмокнул губами и сплюнул. – Одного не пойму – как? Не могли по веревке – их бы увидели.

– Значит, не увидели.

– Значит.

– Ты говоришь – «злодеи». Уже известно, что убийц было несколько?

– Несколько? – наемник озадаченно моргнул. – Да, скорее всего. Думаю, трое, ну, пусть двое – кто-то должен был помогать, одному все устроить – это ж какая дьявольская ловкость нужна, да не только ловкость – везение.

– Или – точный расчет, – тихо промолвил Вожников. – Так ты, Онфиме, спросишь о нас?

– Да, сейчас спрошу. Жди, – отрывисто кивнул аркебузир и начал подниматься по лестнице обширного портика.

Явившись домой, Егор распахнул ставни, впуская в душную, нагревшуюся за день опочивальню свежий морской воздух. Южная ночь, тихая и теплая, загадочно мерцала звездами, сверкающий серебром месяц повис над заливом, заливая призрачным светом стоящие у причалов суда. Вокруг одуряюще пахло сиренью и цветущими яблонями, где-то совсем рядом пели цикады. Внизу, во дворе, возился на летней кухне с ужином верный Федор.

«Надо сказать ему», – подумал Егор.

– Еда готова, княже, – поднявшись по шаткой лестнице, шепотом доложил Федор. – Велишь сюда, в горницу, подавать?

– Нет, – мотнул головой Егор. – Спущусь в сад, там и поедим вместе, за столиком, под деревьями. Вино-то, я надеюсь, у нас с тобой есть?

– Два кувшина!

Они спустились вниз, уселись за стол, и Вожников добрых полчаса объяснял парню во всех подробностях, кому да что следует сказать по прибытии в Сарай.

В дрожащем свете подкрученного фитилька роились бледно-синие мотыльки, сильный запах жаренной на вертеле камбалы перебивал яблоневый цвет и сирень. Вино оказалось вкусным и даже прохладным.

– С ледника, – похвастал Федор. – С подвала достано. Я за него хозяйке сполна заплатил, из тех денег, что ты мне, княже, дал. Если хочешь – отчет во всем предоставлю…

– Цыц! – прервал парня князь. – Ишь ты – отчет. Больно умный стал? Сколько тратишь, столько и трать. Ну, что смотришь? Вина наливай, да возьми себе еще рыбы… Бери, бери! Эх… скоро женушка моя родит… кого, интересно?

– А ты, княже, небось сына хочешь? – Федя быстро разлил вино.

– Почему это?

– Так ясно – наследник. Эвон, княжество-то – все шире и шире. И Новгород тебя хочет, и Москву разорили, да, глядишь, и Орду под себя подомнем!

Егор прикрыл глаза и улыбнулся:

– Это ты верно мыслишь, Шарапов!

– Кто-кто?

– Давай-ка выпьем уже… За будущего моего наследника… или наследницу, тут уж как Господь Бог даст.

Следующий тост подняли за добрый путь Федору.

– Главное, Федя, осторожен будь, места тут сам знаешь какие.

Отрок улыбнулся:

– Да посейчас-то вроде и ничего – гости торговые говорят, мол, лиходеи не безобразят. А уж ежели на корабле плыть…

– О! – Вожников потер руки. – На корабле и поплывешь. Через Тану. Первым классом!

На следующий день, сразу после развода караула на башне Святого Климента, «синьор Джегоро» и его «слуга» отправились в порт, где и сговорились со шкипером двухмачтового торгового скафа «Роза любви». Судно должно было отправиться в путь завтра на рассвете. Оно производило впечатление вполне ухоженного, да и запросил шкипер недорого – чего тут, до Таны, плыть-то? Совсем ничего. Ну, а уж там, дальше, можно было сговориться с купеческими караванами, с ними и добраться до ордынской столицы, как подсказали в том же «Золотом Единороге» – либо с сурожанами, либо с торговцами кожей и людьми из Чембало.

– Они уже недели две, как в Тану отправились, – наливая гостям вино, пояснил Хромой Абдулла. – И сурожане, и эти, из Чембало. Там пробудут месяц, потом что-то продадут, что-то купят – и в Сарай.

Вожников поставил на стол кружку:

– А что за люди-то эти торговцы?

– Надежные! – не колеблясь, заверил трактирщик, и сразу предупредил: – Чужого, незнакомого человека с собой не возьмут… разве что заплатить как следует.

– Заплатим. – Егор расслабленно ухмыльнулся, но вдруг, как ужаленный, вскочил с места. – Черт! Рекомендательное письмо – вот что нужно. Блин, блин, блин…

– Вы хотите блинов, синьор Джегоро? Извольте, сейчас испечем.

– Да нет, какие блины? – недоуменно моргнув, молодой человек почесал в затылке. – Ну ведь помнилось же, кто-то такой припоминался – то ли из Чембало, то ли из Сурожа… какой-то купец… О! Добрый знакомый мессира Гвизарди, судьи. Федор, ступай домой, а я к нему!

Судьи, по словам старого слуги, дома не было – уважаемый мессир Гвизарди с утра находился там, где ему и положено – на службе, в базилике Святой Агнессы.

И Егор отправился туда.

Судебное заседание в базилике Святой Агнессы шло, как и всегда, безо всяких потрясений, благородно и чинно. Лениво жужжали под потолком залетевшие со двора жирные зеленые мухи, подремывали в углу стражники, сам мессир Гвизарди, в фиолетовой судейской мантии и такого же цвета шапочке гордо восседал за столом, вперив взгляд в допрашиваемого злодея… или свидетеля, незнамо кем являлся чернявый, небольшого росточка, мужичок с животиком и большим уныло повисшим носом.

– Так ты, Джироламо Саволли, признаешь, что третьего дня, пополудни, тайно похитил курицу со двора уважаемого господина Гроцци, ныне здесь присутствующего?

– Я не похищал, господин судья, эта курица… она как-то сама впорхнула мне в руки. Я просто проходил мимо, мессир судья, а калитка во двор синьора Гроцци была распахнута – вот такие у него нерадивые слуги, у этого синьора Гроцци, – их и наказывайте за ротозейство, то есть пусть сам хозяин их и нака…

– Неделя исправительных работ плюс возмещение ущерба хозяину курицы, – зевнув, мессир Гвизарди громыхнул по столу молоточком и, поглядев на стражников, громко позвал: – Следующий! Эй! Джованни, Карло! Вы там спите, никак? О! – Тут судья узрел наконец отчаянно подающего ему знаки Вожникова и махнул рукой: – Объявляется перерыв. Пообедаем.