Чтение онлайн

Не осмеливаясь присесть на ковер, Азат привалился спиной к одной из колонн галереи и, мечтательно прикрыв глаза, подумал о Маре. Она наложница, в том нет сомнений – кто еще будет бегать голой по дворцу? Ее наказали… кто-то из царедворцев или, может быть, даже сам хан. Избили плетью… сволочи! Как можно терзать такую нежную кожу, гладкую, словно шелк? Какое красивое лицо у Мары… и глаза… и волосы… да и тело, ведь он, Азат, видел эту девушку всю. Как она покраснела – редкость для наложницы, наверное, та еще не потеряла стыд. Интересно, откуда она? Скорее всего – из урусских княжеств, после набега старого эмира в Орде появилось много таких светлооких дев. Вот и Мара… в гареме, прислужницей… Интересно, можно ли ее выкупить?

Юноша сам же и посмеялся над своей мыслью – выкупить ханскую рабыню? Ага, как же. Разве когда уж совсем своему великому господину надоест.

– Иди за мной, парень, – заглянув в дверь, поманил Айдар. – Э-эй! Да что ты застыл-то?

– Задумался, мой господин.

– Надо же, задумался он! – телохранитель желчно расхохотался. – А вот не надо думать – за нас всех великий хан думает, помни об этом всегда!

– Я помню.

Азат и в самом деле многое помнил. И то, как попал в плен, как убил Булат-хана, как простился с Джелал-ад-Дином и стал служить Темюр-хану. И того казненного мальчика он хорошо помнил, и свою убитую русскими разбойниками семью. Отрок давно жил одним – местью, ничего хорошего и светлого в его юной жизни не было, все осталось в прошлом: кочевье, отец, мать, сестры… И кровь! Проклятые урусы – они ответят за это! Ответит их князь… князь… Где б его только отыскать-то?

– Падай на колени и ползи, не поднимая головы, – напутствовав Азата, верный нукер Темюр-хана с силой втолкнул парня в опочивальню правителя Орды.

Не удержавшись на ногах, Азат упал, как и требовалось, на колени, и, помня слова Айдар-бека, пополз… пока не уткнулся лбом в широкое ложе.

– Ну, хватит, хватит тут ползать, – милостиво произнес ордынский властитель. – Вставай. Так о чем ты хотел мне доложить? Что такого важного случилось?

– Случилось, великий хан! – не вставая с колен, выпалил юноша. – Князь Джегор – не князь!

Темюр-хан непонимающе вскинул брови:

– Что значит – не князь? А кто же?

– Не знаю, кто, но это не он.

– Князь – не князь, он – не он, – язвительно молвил правитель. – Не говори загадками, парень, толково все объясни.

Отрок покусал губы и, сглотнув, произнес тихим, но твердым голосом:

– Тот, кого все считают князем Джегором, вовсе не князь Джегор. Он просто на него похож, им управляют.

– Так-так! – заинтересовался хан. – А ну, поподробнее! С чего б это ты так решил?

– Чувствую, – Азат поклонился, ткнувшись лбом в ковер.

Властелин Орды усмехнулся:

– Чувствует он. Я тоже много чего чувствую.

– О, великий господин мой, – волнуясь, продолжал отрок, – я ведь довольно близок к князю и знаю, что говорю: самые ближайшие соратники, слуги князем его не считают и как к повелителю не относятся – приказывают, иногда даже покричат. Похожий на князя человек – князь лишь для чужих, для своих приближенных он никто. Просто занимает чье-то место.

– Играет роль, так лучше сказать, – задумчиво промолвил великий хан. – Как в греческом театре. Двойник! Та-ак… А где ж тогда настоящий князь?

Азат повел плечом:

– Не знаю.

– А нужно узнать, парень! И как можно быстрее. Ты понял мой приказ? – Хан посмотрел на мальчишку, как капризный ребенок смотрит на давно надоевшую игрушку, прежде чем ее сломать.

– Да, понял, – низко поклонился отрок.

– Тогда ступай. И… вскорости жду тебя с новым докладом!

Азат, пятясь, выбрался из ханских покоев, а правитель потряс колокольчиком. Верный телохранитель Айдар вошел в опочивальню:

– Да, господин?

Темюр-хан сбросил с плеч домашний халат:

– Помоги мне одеться. И узнай, с кем при подлом Булате и не менее подлом Едигее близко сходился заозерский князь Егор. Может, у него были женщины или он, как все неверные, часто посещал какую-нибудь гнусную майхону?

– Узнаю, мой повелитель! – с ханским чекменем в руках низко поклонился нукер. – Даже и сейчас кое-что могу сказать.

– Ну-ка, ну-ка! – подставляя в рукава руки, заинтересовался хан. – Говори!

– По городу ходят слухи о каких-то отношениях князя Егора и танцовщицы Ай-Лили.

– Ай-Лили? – Темюр-хан поморщил лоб. – Кто такая? Хоть убей, не вспомню.

– «Белая верблюдица», – спрятал улыбку Айдар. – Помните такую песню?

– Ах, эта… – правитель презрительно скривил губы. – Теперь понятно, о каких отношениях идет речь. Вот что, Айдар. Ты приведи эту певичку ко мне, приведи тайно, чтобы никто не знал.

Проворно застегнув на своем господине чекмень, телохранитель снова поклонился:

– Слушаюсь и повинуюсь, великий хан.

Темюр-хан пошел к стеклянному венецианскому зеркалу, сверкающим полукружием висевшему на дальней стене, и, что-то вдруг вспомнив, обернулся:

– Да, и вот еще что: та наложница… ммм… как там ее? Ну, которая у меня сегодня была.

– Урусутка Мара, великий хан.

– Зайди к евнухам, пусть выдадут ей пять… нет, дюжину дирхемов.

– Слушаюсь и повинуюсь, мой господин.

Вновь подойдя к зеркалу, Темюр-хан скривил тонкие губы и задумчиво посмотрел в глаза самому себе. Фальшивый князь – хорошо это или плохо? Конечно же, хорошо, но тут надо точно все выяснить, убедиться, чтоб знать наверняка и строить свою дальнейшую игру с русскими, исходя и из этого тоже. Надобно быть осторожным, очень осторожным – у русских большая сила, после изгнания эмира Едигея уже скорее враждебная. Надо заставить их уйти! Или разгромить поодиночке, а потом ударить на Русь, ударить не так, как старый эмир, а как великий Саин-хан – Бату! Чтоб дань оставшиеся в живых князья преподносили великому хану, подползая на брюхе! Чтоб вспомнили, кто истинный властелин над всеми их землями, чтоб юные русские пленницы раздавались народу бесплатно… ну, почти бесплатно, на всех базарах! А еще можно, по примеру Железного Хромца Тимура, сложить пирамиду из отрубленных голов русских пленников, огромную пирамиду, до самого неба!

О, Аллах!

Темюр-хан молитвенно сложил руки, прося Всевышнего о помощи во всех делах.

В старом квартале, где соизволением Аллаха сумела уцелеть от разорения Тимура одна лишь мечеть, купол и минареты которой ныне сияли прежним великолепием, на рыночной площади, закрытой от палящих солнечных лучей натянутыми меж крышами домов кусками ткани, все еще толпился народ. Мало того, люди все прибывали, а ведь солнце уже клонилось к вечеру, и совсем недавно правоверные творили предвечерний намаз. Торговля на рынке закончилась, те купцы, что посолиднее, давно разошлись, прибрав свои товары, а вот всякая мелочь – водоносы, продавцы горячих лепешек и жареной рыбы, – казалось, объявились в еще большем количестве, нежели утром, и от желающих перекусить не было отбоя.

Все чего-то ждали, и Айдар-бек прекрасно знал – чего, вернее – кого. Телохранитель великого хана оказался здесь в числе первых и терпеливо ждал, прихватив с собой лишь дюжину воинов – повелитель предупредил, чтоб все прошло тихо.

Тихо так тихо – Айдар-бек ни секунды не сомневался, что танцовщица Ай-Лили – а это именно ее тут все ждали, – услыхав приказ великого хана, тотчас побежит к нему, бросив все свои глупые дела.

Конечно, можно было бы поступить иначе – ворваться к певичке домой, но хан приказал действовать без шума и лишней огласки: в доме слуги и домочадцы, которые, ясно, не будут держать язык за зубами. Тогда зачем рисковать? Лучше встретить танцовщицу здесь. Оп!