Чтение онлайн

— Между нами больше ничего нет и никогда не будет.

С того дня прошло два года. Олаф по-прежнему выезжал на прорывы, изредка заводил необременительные романы, порой участвовал в дружеских попойках. Велира восстанавливалась долго. Ее часто навещали Инквизиторы, которых она спасла в тот злополучный день, но никогда среди них не было Олафа Гесси. После восстановления она в разных группах выезжала на зачистку прорывов, иногда они встречались там с Олафом, коротко здоровались и снова расходились, словно малознакомые люди. К устройству личной жизни Велира не стремилась, холодно принимая любые попытки поухаживать за ней. Месяца три назад, на праздновании юбилея Школы Инквизиторов, во время прогулки по парку Олаф и Велира оказались рядом, будто случайно их оставили вдвоем на берегу небольшого пруда. Какая сила заставила его тогда подойти к ней ближе? Он положил ладони ей на плечи и наклонился, чтобы поцеловать ее губы. Неуловимым движением она выскользнула из его рук, одарила удивленным взглядом и, развернувшись, ушла по тропинке туда, где слышались голоса.

Селение Речное действительно располагалось на берегу широкой реки, полноводной в любое время года. Крепкие дома из коричневого и серого камня стояли на высоких фундаментах, узкие улицы, прихотливо извиваясь, выходили на небольшую площадь в центре селения, где находились управа, несколько торговых лавок и большой постоялый двор. Они заказали две комнаты и ужин, но Велиру в первую очередь интересовала ванна. Купание было ее слабостью, она никогда не упускала возможности помыться в любых условиях. После купания, посвежевшая и переодевшаяся в чистую одежду, она спустилась в обеденный зал. Их ужин подходил к концу, когда рядом раздался веселый голос и к ним за стол по-дружески бесцеремонно уселся один из Инквизиторов — Натан Дорич.

— Какая встреча! Надо же, как сводит судьба людей! — крепкий, широкоплечий, Натан радостно сиял карими глазами. — У меня тоже задание неподалеку отсюда. Управимся — отпразднуем?

— Сначала надо управиться. — неласково ответил Олаф.

Велира молча допила свой чай и поднялась из-за стола.

— Хорошего вечера вам, господа.

Она прошла к стойке, за которой возвышался хозяин постоялого двора, подала ему несколько монет, о чем-то попросила и ушла вверх по лестнице в свой номер. Следом за ней служанка унесла кувшин, тарелку с фруктами и стакан. Натан, проводив взглядом Велиру, повернулся к Олафу и спросил:

— Вы с Велирой по-прежнему врозь? Вижу, комнаты разные заказали. Если так, то хочу тебя предупредить, что надеюсь добиться ее взаимности и жениться на ней. Она необыкновенная, такая никогда не подведет и не предаст.

— Предаст. — холодно процедил Олаф. — Меня предала.

— Не знаю, о чем ты сейчас, Гесси, но я справлюсь. Это она просто заледенела от своего горя, но я буду терпеливым, растоплю этот лед. Два года назад, на том злополучном Прорыве, ей было некогда принимать решение, если бы не ее Дар, мы бы все остались там; ты, я, все парни, и сама Велира, и ее ребенок. У нее не было выбора и она достойна, чтобы о ней позаботились. У нас будет хорошая семья, я все сделаю, чтобы Велира была счастлива. Полгода назад дом купил, в Лемейхе, недалеко от столицы, детям там хорошо будет.

— Детям? — жесткая гримаса искривила губы Олафа. — Вашим детям? Ты хочешь, чтобы Велира стала твоей женой и родила тебе детей?

Он окинул Натана бешеным взглядом и резко встал из-за стола.

— Иди-ка ты лесом, Натан! Да ты посмотри на себя! Ты всю жизнь был дамским угодником, какой из тебя семьянин? За первой же юбкой потащишься и о Велире забудешь. А она попрется на Прорыв и забудет о семье и детях! Тоже мне, семейная пара!

Он бросил на стол деньги и вышел на улицу, стремясь вдохнуть хоть немного прохладного воздуха, почти задыхаясь от поднявшейся в его душе мути. Слова Натана о том, что Велира заледенела от своего горя, жгли ему сердце. Он никогда не думал о том, что чувствовала его жена два года назад. Она была для него причиной его собственных страданий и могла испытывать лишь вину за случившееся. Как же так получилось, что он приговорил ее к этой вине? Ее, когда-то такую любимую и желанную!

Этим вечером он долго не мог успокоиться, ему пришла в голову мысль постучаться к Велире и поговорить с ней, но он так и не решился на это. Утром, сойдя в обеденный зал, он увидел сидящих за одним столом Натана и свою бывшую жену, которые тихо обсуждали что-то, одновременно делая зарисовки на небольшом куске бумаге. Увидев Олафа, Натан встал из-за стола и попрощался, с ласковой улыбкой поцеловав женскую ладонь. Завтракали молча, помощник хозяина принес два дорожных мешка с припасами, Велира тут же рассчиталась за себя, взяла мешок и вышла на улицу.

Их нынешним заданием являлся волколак, недавно объявившийся недалеко от Речного. Зверь никак не проявлял себя, он не нападал на людей, не задирал скот. Только дважды поселяне совершенно случайно столкнулись с ним в лесу за рекой и сразу же подали сигнал в Инквизицию.

Они ехали молча, Олаф, поглядывая на свою напарницу, мучительно раздумывал о том, как начать нелегкий разговор. Велира оглядывала окрестности, на ходу раскидывая поисковую сеть. В чем был прав Дорич, так это в оценке ее возможностей — Велира была одной из сильнейших в Королевской Инквизиции, предел ее Дара определился во время Большого Прорыва. Вот и сейчас, когда Олаф не чувствовал даже малейших колебаний магической материи, она уже насторожилась и определила направление поиска. В течение трех часов они шли по четкому следу зверя, который неожиданно разделился на две тропы. Олаф, как старший напарник, решил проверить оба варианта и они разъехались в разные стороны.

Велира остановила лошадь на небольшой полянке, окруженной редкими деревцами и низкорослым кустарником, соскочила на землю, огляделась и громко произнесла:

— Выходи, не прячься, я чувствую твое присутствие.

Мелькнула коричневато-серая тень и на полянку, шагая на задних лапах, вышел крупный зверь. Постоял мгновение, дрогнул и вот уже свирепая волчья морда несколькими рывками превратилась в человеческое лицо, большое звериное тело перетекло в человеческое и на Велиру смотрел зелеными глазами светловолосый мужчина.

— Данис? — в голосе девушки почти не было удивления, она словно только убедилась в своих подозрениях. — Как же так, брат? Что произошло в нашей семье, чего я не знаю?

— Ты была слишком мала, Вели, когда во мне стали проявляться признаки оборотня. Кто-то из наших предков пошалил, а досталось мне. Родители скрывали мое состояние, как могли. Они воспитывали меня человеком, помогая справиться со звериными инстинктами. После их смерти я разделил наши с тобой жизни, чтобы моя беда никак не задела тебя, мы не встречались несколько лет и никогда бы не встретились больше, если бы не обстоятельства.

Я влюбился, сестра, и мне ответили взаимностью. Моя Мели — человек, я не мог ей лгать и признался во всем. Она приняла меня таким, какой я есть. Несколько лет мы жили спокойно и счастливо, но потом стали подрастать наши сыновья и мы задумались о будущем. Узнали, что есть место, где живут подобные мне, смогли связаться со знающими людьми и вот, распродав все свое имущество, прибыли сюда. Сегодня на закате нас переправят по реке дальше. И все было бы неплохо, но наш младшенький потерял осторожность и попался на глаза местным жителям, когда бегал в облике зверя по лесу. Ты Инквизитор, Вели, я понимаю, что у тебя есть долг истреблять таких, как я. Но я испытал чувство облегчения, когда увидел, что за нашими шкурами направили тебя. Мы в твоей власти, принимай решение. Твой напарник слабее, от него мы сможем уйти, ты же найдешь нас повсюду.

Всего лишь два шага — и Велира оказалась в объятиях брата.

— Данис, Данис! — шептала она. — Как жаль, что у нас с тобой было мало времени. Ты один оставался у меня из родных по крови, больше у меня никого нет. Хочу, чтобы ты нашел свою землю, где тебе и твоей семье будет хорошо. Уезжай и никогда не возвращайся сюда, берегись этих мест. Я уведу своего напарника в другую сторону, не тревожься об этом.

В этот же день, поздно вечером, на закате, на высоком речном обрыве можно было увидеть тонкую женскую фигурку на лошади. Женщина, чуть приподнявшись в стременах, провожала взглядом большую лодку, плывущую вниз по течению реки.