Чтение онлайн

На безмолвии божественный Лазарь стал предаваться еще более суровым подвигам и с еще большей ревностью заботился о стяжании всех добродетелей. Ему нравилось, заботил чтобы о его подвигах никто не знал, ибо он справедливо рассуждал, что совершать подвиги добродетели напоказ и ради человекоугодия то же самое, что и вовсе не совершать их. Он говорил, что творящие добродетель ради стяжания славы человеческой не получат никакой награды, как говорит Святое Евангелие: «не будет вам награды от Отца вашего Небесного» (Мф. 6: 1). Многие люди, если бы не было хвалящих их, конечно, не стали бы даже и пытаться быть добродетельными, но те, кто творят добродетель втайне от людей и известны лишь Богу, такие приимут многократную славу. Итак, насколько выше слава Божия славы человеческой (потому что первая — вечна и нетленна, а другая — временна и тленна и не сопутствует человеку постоянно, ибо прежде кончины таких людей их лицемерие обнаруживается), настолько выше и тот, кто творит добродетель втайне. И хотя преподобный именно поэтому и скрывал свои добродетели, показывая себя нижайшим всех в речах и поступках, все выходило как раз наоборот. Подобно тому, как некто, стоя на базарном помосте, созывает всех трубными звуками и потому становится заметным, так и божественный Лазарь, хотя и скрывался, все равно был виден всем, но не из–за трубных звуков, а из–за подвигов добродетели.

И в монастыре к преподобному постоянно приходили бесчисленные толпы народа. И всегда первым его делом было напитать спасительным словом души приходивших к нему, а затем и пищей телесной. И так он поступал всегда, даже если не хватало еды для себя и братии, даже если на всех был только один хлебец, и это у каждого вызывало изумление. Преподобный отличался таким человеколюбием, что превосходил в этой добродетели самых знаменитых мужей. Те творили милостыню от избытков, или уделяли немного от своих нужд и раздавали неимущим, но ровно столько сколько надо было дать, чтобы самим не зависеть от других. И только преподобный великодушно отдавал другим пищу, в которой нуждался сам для подкрепления ослабевшего поста и уставшего от трудов тела, не заботясь о себе и считая своей пищей то, что он питал нуждающихся. Это и есть в собственном смысле слова, милостыня. Ибо человеколюбивое расположение заключается не в том, чтобы давать от избытков, но чтобы отдавать то, что необходимо тебе самому и добровольно раздавать нищим то, в чем сам испытываешь недостаток.

Такого человеколюбия преподобного не смогли вынести двое братьев, которые сильно скорбели и постоянно ворчали, считая, что преподобный отдает посетителям ту еду, которая предназначена для них. Они пытались переубедить Лазаря, но, ничего не добившись, ушли из монастыря, оставив преподобного с несколькими учениками. Ученики, с согласия преподобного, посеяли недалеко от дороги бобы, а поскольку земля была хорошей и плодородной, бобы принесли обильные плоды, однако все проходившие мимо поля срывали плоды, если их, и даже набирали домой. Заметив, что плоды их трудов поедают путники, ученики преподобного сильно огорчились, сам же святой не скорбел, но утешал учеников, пытаясь развеселить их радостными словами. Когда же пришло время сбора урожая, он отправил их собирать бобы, они же не хотели идти и трудиться напрасно, потому что хорошо знали, что плодов там почти совсем не осталось, ибо проверяли стручки наощупь. Преподобный же, отчасти силой, отчасти просьбами, все же убедил их пойти на поле. Они собрали оставшиеся плоды и принесли на гумно, но когда прочли положенную при веянии зерна молитву, случилось чудо. В веялке оказалось столько бобов, что можно было подумать, что все стебли превратились в бобы. Весьма обрадовавшись этому и вспомнив слова преподобного, которые он говорил им в утешение, они побежали к нему рассказать о чуде, одновременно прося прощение за то, что выказывали противление, не желая собирать бобы. Преподобный сразу же простил их, потому что знал, что они сделали это не по злобе, но потому что не ведали того, что может произойти по молитвам к Богу.

Через некоторое время преподобный, поняв, что не получает пользы, но только вред от постоянных беспокойств, пошел к одному добродетельной жизни старцу, жившему напротив Галлисийской горы, который рассказал ему, что на вершине горы есть весьма удобная для подвигов пещера, поскольку местность та была пустынной из–за неприступности горы, лишена всякого утешения, и на всех, кто приходил туда, жестоко ополчались бесы. В той пещере совершал подвижнические труды великий в добродетели Пафнутий. Тогда божественный Лазарь решил поселиться в той пещере. Но едва он начал подниматься туда, бесы, поняв, что идет их губитель и воин, задумали напугать его и стали возмущать местность непонятными и ужасными звуками. Преподобный же бесстрашно воспевал псалмы и шагал с еще большим дерзновением, зная, что все бесовские предприятия — лишь призраки, которых на самом деле нет. Когда он, наконец, поднялся на гору, то обнаружил пещеру. Он закончил петь псалмы, осенил себя крестным знамением и перекрестил также и камень, который был перед пещерой. И — о чудо! — на камне тотчас же отобразился крест, который был выбит так глубоко и красиво, словно его высек какой–нибудь искусный камнетес. Из этого чуда преподобный заключил, что его приход сюда был промыслительным, и что за благим началом должен последовать благой конец, и поблагодарил Бога и вошел в пещеру. Увидев, что она была удобной, как ему и хотелось, а с одного камня сверху даже капала вода, которой можно было утолить жажду, преподобный решил остаться здесь на безмолвие, чтобы постоянно беседовать с Богом.

Кто может описать невыносимые искушения, что претерпевал преподобный от бесов, находясь в пустыне без братьев? Все дни, что преподобный был в пещере, проклятые разными способами не переставали его искушать, устрашая разными призраками, чтобы только заставить уйти. Но святой мужественно принимал бои, не уставая побеждать их искушения. Так он провел в безмолвии много лет, беседуя наедине с единым Богом. После этого шесть монахов (никто не знал откуда они узнали о преподобном, потому что никто, кроме того старца, не знал, где он подвизается, а старец тот, по просьбе преподобного, никому этого не открывал) пришли к нему и со слезами просили позволить остаться жить вместе с ним. Видя их сильное желание, преподобный принял их и дал им правила монашеской жизни. Уже давно он хотел построить рядом со входом в пещеру небольшую церковь во имя Владыки Христа, но не мог этого сделать один, а теперь, найдя помощников, решил осуществить задуманное. У преподобного не было средств на постройку, но Божественным Промыслом нашлась в Ефесе одна богатая женщина добродетельной жизни, которая оплатила расходы, и храм во имя Христа Спасителя был построен.

После этого пришли еще шесть братьев, и всего их стало двенадцать. Место же было узким, что не позволяло построить ни дом, ни даже просто навес или иное что, так что жили они под открытым небом. Тогда преподобный поднялся с братьями на вершину Галлисийской горы и построил там храм во имя Богородицы, а вокруг достаточно келий для братьев. Затем он выстроил кельи за монастырем, на большом расстоянии одна от другой, чтобы братья могли наслаждаться в них безмолвием. Однажды в летнее время, когда стояла сильная жара, а преподобный был в одной из этих келий, читая последование шестого часа, он так сильно захотел пить, что чуть не умер от жажды. Не найдя воды, благословенный Лазарь в обмороке упал на землю лежал с воздетыми к Богу руками, прося у Него помощи. Скорый на утешение и быстрый на помощь Человеколюбец Бог не презрел Своего раба, находившегося в опасности, послал Своего Ангела к жившему там ученику преподобного с сосудом, наполненным водой, велев ему бежать к старцу. Прибежав, ученик оживил своего духовного отца водой, избавил его тем самым от смерти. Но враг наш диавол не успокоился на этом, но, приняв образ огромного черного змея, заполз преподобному в одежду, чтобы его напугать. Зная ловки сатаны и имея опыт борьбы с ним, он нисколько не испугался, но перекрестил его Честным Крестом, и тот немедленно исчез.

С той поры монахи стали умножаться числом, монастырь же уже не вмещал всех (когда преподобный строил его, то не думал, что их соберется так много, ибо место было суровое, лишенное воды и всего прочего, необходимого для жизни). По этой причине преподобный однажды много дней подряд со слезами молил Бога открыть ему, есть ли Его святая воля на то, чтобы построить больший по размерам храм и монастырь, способный вместить всю приходившую братию, и где заложить фундамент для будущего храма. Когда он так молился, то как–то ночью услышал голос, повелевавший ему выйти из кельи. Преподобный вышел, и увидел огненный столп, достигавший Небес, и Ангелов Божиих, сходивших на землю и сладко певших: «Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его» (Пс. 67: 2). Он сразу же понял, что Богу было угодно, чтобы он строил храм в том месте, где явился столп. Преподобный с великой ревностью приступил к строительству, возведя вокруг храма и монастырь, не хуже чем любой другой, как по размерам, так и по красоте постройки.

Хорошо бы рассказать, откуда преподобный, не имея и обола (монеты) за душой, нашел средства на дорогостоящее строительство, за короткое время завершив столь необычайное и великое дело. Тогдашний царь ромеев Роман враждовал с Константином Мономахом, одним из первых архонтов Константинополя. По разным причинам, а более всего потому, что подозревал его в намерении захватить царство, Роман сильно разгневался на Константина и сослал его на остров Митилену. Услышав об этом, божественный Лазарь от сострадания к Константину очень опечалился, потому что наказание постигло того, кто не сотворил никакого зла. Преподобный послал к Константину людей, чтобы утешить его в страданиях и подать благие надежды на то, что он станет преемником царства ромеев, ибо Лазарь провидел это Божественной благодатью. Спустя короткое время Роман скончался и, по предсказанию преподобного, царем стал Константин. Тогда он послал Лазарю много денег, драгоценных сосудов, святынь, даров, чтобы он смог полностью достроить обитель. На эти средства преподобный возвел храм Воскресения и огромный знаменитый монастырь. Строительств монастыря началось после Божественного видения, и Божественным же Промыслом обрелись средства. Благодаря славе преподобного, монахи постоянно умножались, и скоро их стало уже больше семисот человек. Один из них был родным братом божественного Лазаря, который, научившись от него монашескому жительству, настолько преуспел в добродетели, что стал превосходить всех прочих, кроме своего брата. После кончины преподобного, по решению всей братии, именно он принял управление монастырем, похвально преуспев в должности настоятеля.

По завершении строительства святой построил близ храма, позади его, столп без кровли, неудобовосходимыи и очень тесный, потому что ширина его была всего три пяди. Он поднялся на него в кожаной одежде, с непокрытой головой, с босыми ногами и с тяжелыми веригами на теле. Там преподобный терпел все напасти зимы: сильные дожди, снега, холода, жестокие морозы, от которых приснопамятный стал почти прозрачным. Подобно этому он переносил жару и невыносимый зной, проводя жизнь на столпе как бесплотный.

Однажды случился такой сильный дождь, что вода увлекла за собой огромные камни, погубив много животных и повредила плоды. Один козопас, находившийся недалеко от монастыря, не в силах вынести такого потопа, побежал в обитель, спасаясь от опасности. Подойдя к святому и попросив у него помощи (о, кто может по достоинству поведать о величии чудес Твоих, Христе Боже!), он увидел Пресвятую Богородицу, стоявшую в воздухе над столпом, оберегая преподобного от дождя. Кто видел или слышал когда о таком чуде? Хотя авву Макария Египетского охранял Херувим, а Паисия Великого — Ангел Господень, но такого чуда, думаю, никто не видел и не слышал, чтобы Лазаря, как облаком, покрывала Сама Царица Ангелов, сохраняя Своего слугу и раба невредимым.

Послушайте и о другом чуде, подобным этому. По всем окрестностям разошелся слух, что столпа святого не касается ни дождь, ни град, ни снег, и капризы погоды не причиняют ему никакого вреда. Если одни уверовали в это чудо без всякого сомнения, то правитель той местности не верил до тех пор, пока не увидел его собственными глазами. В зимнее время, когда снег падал хлопьями и бил ему в лицо, так что он не мог даже свободно дышать, сильно понуждая себя, правитель с большим трудом поднялся в монастырь и, подойдя к столпу, увидел удивительное чудо. Снег, который валил с такой силой, приближаясь к столпу, разделялся надвое и падал на землю, так что ни одна снежинка не касалась столпа.