Ну и что, что тролль
Шрифт:
– Классический скелет. Я ожидал чего-то оригинальнее.
– Да? – Голос почти кричала. – Оригинальнее? Кристалл опять светится!
– Вижу. Зато вместо тупика имеем проход дальше. Пошли!
Окинул коридор внимательным взглядом, прошел нескольких шагов… Бац! Кажется ничего его не ударило, ничего не стукнуло, не толкнуло, но все же он с размаху сел на пол. Пуговицы болезненно вдавились в грудь и живот. Ага! Заметил все таки полупрозрачный силуэт и ловко откатился к стене.
– Это уже интереснее.
– Он за спиной, – предупредила Голос.
Айвен сорвал с себя ножны и запустил ими в призрачного противника. Не целился: тот был такой большой, что только специально можно было промазать. А ножны были с секретом. Призрачное Нечто сразу это ощутило, сгустилось в лазурную тучку, застонало и скрылось за поворотом коридора.
– Жизнь в той ее форме, которая нам неизвестна. Это, случайно, не какой-то твой родственник? – пошутил Айвен, шагая вперед по указанию компаса.
– Я не привидение, – процедила Голос. – А тебе эта форма жизни, как видно, знакома, подготовился.
– Шучу, шучу, не злись. Нет, не знаю, что это такое. Знают мои амулеты и талисманы.
– Но ты же пользуешься ими!
– Повар тоже пользуется кастрюлей, водой и мясом для варки бульона, но вряд ли подробно знает все физические и химические реакции, которые при этом происходят.
Некоторое время шли в молчании. Голос тихонько вздыхала, Айвен прислушивался и присматривался. Но ничего больше не происходило.
– Ну, и что дальше? – недовольно спросил он. – Никаких препятствий, новых встреч, люков в полу, летящих колючек, пуль и других приятностей? Даже воздух свеж и чист! Но это-то и есть самое подозрительное.
Впереди вдруг распахнулся зал.– Голову!..
Предостерегающий крик Голос заставил Айвена молниеносно присесть. Над головой свистнуло лезвие топора. Повернулся и ударил противника снизу острием меча. Серо-зеленая бестия свалилась, едва не окатив его раскаленной кровью. Камень под ее струйками шипел и трескался.
– Очень мило. – Айвен выпрямился и облегченно вздохнул.
– Вернись, выйди из этого проклятого замка, я прошу тебя, – всхлипывала Голос. – Сколько тут этих неизвестных форм?!
– Успокойся, все в порядке.
– Вернись, прошу тебя!
– Почему тебе так важно, чтобы я не шел дальше?
– Разве непонятно? Не хочу, чтобы ты погиб.
– Потому что и ты погибнешь со мной? Поэтому?
– Нет, – Голос опять разозлилась, словно возмущенная его предположением. – Я буду жить, но в другой голове, может, более разумной, чем твоя.
– И только-то?
– Да! И только-то!
Айвен почесал затылок. Было ему не по себе, как ребенку, который наозорничал. Она права. Она не заслуживала злых слов. Но он не отступит. Нужно идти дальше!
– Благодарю тебя, но я слишком близко к цели, чтобы поджать хвост.
– Никогда не бывает слишком близко.
– Думаешь?
Не договорил. Обширные темные покои неожиданно залил ослепительный свет. Айвен отпрянул, крикнул, поднимая меч.
– А теперь можешь посмотреть на меня, человек.
Властные, холодные слова. Их произнесла не Голос, хотя голос принадлежал женщине. Айвен открыл слезящиеся глаза. Зал словно плыл в призрачном сиянии. На каменном троне, который материализовался из вспышки, сидела хозяйка Черного Замка – Леди Бессмертия.
– Приветствую вас, госпожа, – медленно произнес он, вкладывая меч в ножны.
Наверное, нужно было изысканно поклониться, но он не умел. Да и чего ради он будет расшаркиваться перед особой, которая могла погубить его по пути в этот зал?
– Меня зовут Айвен.
– И я приветствую тебя, Айвен. Вижу, что ты имеешь много магической экипировки. Ты отлично подготовился к этой экспедиции. Ты дошел. Перейдем, следовательно, к награде. Я выслушаю твое желание.
– Желание? В легенде говорится о двух желаниях.
Леди Бессмертия даже глазом не повела.– Легенда – не быль. Слушаю!
– Но мне определенно говорили о двух желаниях!
– Если будешь спорить, то не исполню даже одно.
"Вот чертова баба! Никакой порядочности!" Леди Бессмертия вдруг улыбнулась:– Ты говорил хоть с одним человеком, который ушел отсюда после исполнения его двух желаний?
Она улыбалась, но смысл фразы был очень зловещим.– Ладно, – отступил Айвен. – Но если желание всего одно, то я должен подумать.
– Думай.
"А я-то хотел спросить ее о "все погибнет". Но теперь выбора нет". Он ушел в угол и тихо спросил:– Голос, что ты скажешь?
Но Голос молчала. Он повторил вопрос громче, но ответа не дождался.– Голос, ты где?!
– Она исчезла, Айвен.
– Почему? Что случилось? Что ты с ней сделала?!
– Вот уже мы и на "ты"? – Леди Бессмертия смеялась без церемоний. – Голос ушла.
– Я не верю… вам. Или верю, но верните ее.
– Это и есть твое желание? – торжествующе усмехнулась Леди Бессмертия.
"Вот чертова баба! Но что же остается делать…"– Да, мое желание!
– Оно исполнено.
– Голос, ты здесь? – торопливо спросил он.
– Да, Айвен!
Милое, родное лицо. Испуганные глаза. Влажные прядки волос на лбу. Он протянул руку:– Ра…
– Это Тилли, – провозгласила Леди Бессмертия. – Это Тилли и…
3 И. Вот именно – и! И теперь он здесь, в гостинице, и лежит в верхней, уютной, хотя и темноватой, комнате, в которую отнесли его, подчиняясь указаниям солидного хозяина, более подходящего на роль доктора философии: ни вони, ни грязных зубов. Вокруг даже чадящих светильников нет, хотя неплохо бы включить свет. Давно Айвен не бывал в такой гостинице. Вернее, почему-то кажется, что бывал. Да, конечно, бывал, раз он маг и ездил куда-то по делу. Не в лесу же и чистом поле ночевать приходилось? "А вот интересно, если я все забыл, то какая мне разница: маг я или землекоп? Вторая возможность нравится даже больше, потому что держать в руках лопату – дело нехитрое. До первых мозолей, конечно. Но кто меня научит магическим штучкам, если я не знаю, как пользоваться здесь самыми обычными предметами? Долгая, наверняка, эта морока – изучение магии. Потому что…" Размышляя, он машинально пробормотал несколько странных слов, и зажег светильник у изголовья. В замешательстве смотрел на язычок пламени, продолжающий танцевать на его указательном пальце. "Так, спокойно, без паники! Ты же отлично знаешь, что привычные движения тело помнит и может совершать без участия сознания. Будь я землекопом, достал бы… что? – огниво? – уголек из камина? – ну, в общем, чем там землекопы зажигают огонь. А так как я маг, то воспользовался магией". Айвен задул огонек и опять осмотрелся: "Что-то кажется мне неестественным. Почему? Потому что я чужой здесь. Что бы ни говорила моя… гм… жена, как бы лихо я не действовал в Черном Замке, я не владею навыками, чтобы пользоваться обычными вещами этого мира. Даже их нелепыми ночными горшками, вон выглядывает из-под кровати. Ха! – маг легко заклинает огонь, а на горшок должен ходить, как простой смертный. Что-то тут недотянуто! И почему бы мне не уметь врачевать свои раны? Ан нет, не умею". Пошевелил руками и ногами. Ноют. И тело болит. И, главное, голова и шея перевязаны. А ведь в Черном Замке такого не было. Тогда что же: он не Айвен из Черного Замка, а Айвен из красивой комнаты? Но в красивой комнате шея у него была цела. Ерунда какая-то! "Ладно, это пока может подождать, разберусь потом. Вывод: мир частично мой, а частично – чужой. Что в нем не так?" Вдруг его осенило. Ну конечно! Все очень просто! Ему снился сон. Сон о Тилли, Черном Замке и Леди Бессмертия. А сейчас он бодрствует и – что? "Возможно все мои сомнения из-за сказочного сна. Или это не сказка-выдумка, а воспоминания? Тогда выходит, что Бесси – не моя жена? Бесси? Ну да, красавица с чернилами и пергаментом. Она не представлялась, но должен же я знать, как зовут мою жену? А Тилли как же? Глупости! В той истории дело до брака не дошло. Точнее, я проснулся. Так-так. Умница Тилли, величественная Леди Бессмертия, прелестная Бесси, зловещая врачевательница Ингигерда (а это еще кто?) – число женщин вокруг меня увеличивается не по дням, а по часам. А я всегда плохо переносил ситуации, в которых зависел от прекрасных и не очень дам". Озадаченный последней мыслью, он попытался вспомнить хотя бы одну такую ситуацию в своем прошлом. Ничего, полный мрак! "И, в конце концов, кто же меня так отделал? Бездухи? Кто такие бездухи?" Он не знал. "А кто знает? Бесси". Нужно ее спросить, только вот где-то она внизу. Обедает? Да, скорее всего. Сидит за столом и слегка улыбается. Как же не улыбаться! Бесси в восторге. Айвена поместили в лучшую комнату. Гостеприимство выше всяких похвал, а сама гостиница, которая с незапамятных времен находилась на перепутье двух торговых трактов, всегда пользовалась у купцов и путешественников огромной популярностью. И даже Ингигерда явилась по первому зову и только что поднялась наверх, к Айвену.