Чтение онлайн

Сюзанна посмотрела на электронные часы, входившие в комплект оборудования стереосистемы. Половина второго ночи, она уже час сидит в лимузине. Неужели музыканты никогда не спят? Сюзанна редко ложилась так поздно, разве что когда Майкл Олсоп вытаскивал ее на рождественский бал в Ассоциации адвокатов. Тогда она начинала зевать еще до полуночи.

Сидя одна в «мерседесе», Сюзанна гнала от себя чувство благодарности, которое испытывала к Джебу. «Южный шарм, — думала она. — Даже у Клэри все обаяние временами сходило на нет. Вряд ли Джеба хватит надолго, тем более что его обаяние не совсем натуральное».

Металлическая дверь с треском распахнулась, но Сюзанна даже не шелохнулась. Несколько мужчин вошли в затемненный гараж и направились к своим машинам. Сначала она заметила водителя Джеба, затем и его самого, прощающегося с последним фанатом.

Шофер открыл заднюю дверцу автомобиля, Джеб скользнул на заднее сиденье, сел рядом с Сюзанной, и машина из практически пустого гаража выехала на улицу.

— Смотрите! — сказал Джеб. — Зимняя сказка.

Его мужской запах вызвал у Сюзанны бурю чувств. Ничего подобного она раньше не испытывала, и нельзя сказать, чтобы это ей не нравилось. Сюзанна украдкой приложила руку к левой стороне груди — жест, к которому она всегда прибегала, когда чувствовала опасность или не была уверена в себе.

— Разве это не чудо? — спросил Джеб. Сначала Сюзанна с испугом решила, что речь идет о ее груди. Затем, поняв, в чем дело, опустила руку и посмотрела в окно. Перед ее взором расстилался девственный снежный ковер, не тронутый ни покрышками автомобилей, ни ногами пешеходов. Взглянув вверх на густые хлопья, Сюзанна внезапно почувствовала головокружение, как будто сама падала с неба вместе со снегом.

— Я вижу снег только тогда, когда уезжаю в горы из Сан-Франциско. И еще тогда, когда зимой приезжаю в Гринвич.

— Вы не ездите домой на Рождество?

Сюзанна покачала головой, вспомнив стоящую в фойе огромную елку, украшенную белыми огнями и золотистыми шарами, внутрь которых прятали замечательные подарки. Ритуал открывания шаров, затем, рождественским утром, ритуальный кофе с пирожными. И все-таки она никогда не считала Гринвич своим домом, каким, возможно, для Джеба и Клэри была Эльвира.

— После того как мои родители разошлись и отец женился на Клэри, я почувствовала себя… лишней. Они казались такими счастливыми, так были заняты друг другом. Я решила, что мне пора стать взрослой, и осталась в Калифорнии.

— Но если вы с Клэри были такими друзьями…

— Прошлым декабрем они приезжали в Канкун.

Ну вот, наконец-то. Сюзанна почувствовала, как мышцы ее постепенно расслабляются и успокаивается сердце. Физическое присутствие Джеба она еще может выдержать, но его эмоциональность… Взять хотя бы тот поцелуй на сцене. Сюзанна была рада, что сидит от него в некотором отдалении. Впервые за все время пребывания в лимузине она чувствовала, что напряженность между ними спала.

Сюзанна слабо улыбнулась:

— Что сегодня случилось с вашими волосами?

— С волосами?

— Исчез ваш хвостик, — сказала она. — Я видела его сегодня в программе новостей. А вечером его уже не было.

— Ах, вот оно что! — Он скривился. — Просто компания звукозаписи и продюсер сначала думали, что мой альбом будет тяготеть к року, но, когда все было готово, оказалось, что только две части можно отнести к кантри-року. Все остальное — в чистом виде кантри или близко к нему. Вот в чем тут дело. — Он откинул голову на спинку сиденья. — Это был старый концертный клип. С тех пор я немного укоротил волосы. Я, то есть мы все, еще ищем мой сценический образ. Я считаю, что он должен быть более классическим, более традиционным. — Он подавил зевок.

— Должно быть, вы совсем вымотались, — сказала Сюзанна.

— Устал? От концерта? И от нескольких автографов?

— От нескольких? Вы ведь стояли там несколько часов: подписывали плакаты, разговаривали… опять же — груди.

— Я уже много раз вот так стоял до четырех часов утра.

— А зачем? — спросила Сюзанна. — Они получили то, за что заплатили деньги, — посмотрели шоу…

— Мои фанаты сделали меня тем, кто я есть сейчас. Бриз все время ругается, но я не могу повернуться к ним спиной. А в такой вечер, как сегодня, каждый из тех двух тысяч, кто пришел, — Бриз может назвать точную цифру — заслуживает по меньшей мере нескольких минут моей жизни. — Он повернул голову и лениво посмотрел на Сюзанну. — Я имею в виду те минуты, за которые разойдется мой следующий альбом и следующий за ним. Один фанат говорит другому… и так далее.

Сюзанна улыбнулась.

Не глядя на нее, Джеб нажал на кнопку, и солнцезащитный козырек вверху отошел в сторону. На стекле крыши немедленно начали скапливаться снежинки. Подражая Джебу, Сюзанна тоже откинула голову назад.

— Мне бы хотелось поймать снежинки языком, — к собственному удивлению, пробормотала она.

Было совершенно тихо. Лишь мерный шум двигателя да дыхание Джеба нарушали безмолвие.

— Хотите выйти и немного прогуляться? Мой водитель подождет. Мы можем поиграть в снежки.

— У меня нет сил. — Сюзанна посмотрела на него. — Как только вы выдерживаете!

— Я всегда готов к концерту. До него, во время него и после. У меня проблемы со сном.

Она покачала головой:

— Коуди…

— Что? — Он посмотрел на нее.

— Почему вы поцеловали меня сегодня?

Его голос упал:

— Вы хотите задним числом дать мне пощечину?

— Нет, но я удивлена.

— Если я вас привел в смущение в присутствии стольких людей, то прошу прощения.

— Я думаю, они все поняли.

— А вы нет. — Это был не вопрос, а утверждение.

— А вы? — спросила Сюзанна.

— Черт побери! Нет, не понял. — Джеб улыбнулся. — Ну, может быть, чуть-чуть. — Закрыв глаза, он улыбнулся еще раз. — Хотя нет, понимаю. — Он снова посмотрел на нее. — Вас кто-нибудь ждет в Сан-Франциско?

— Я встречаюсь с одним человеком.

— И что же?

— Мы хорошие друзья, — сказала она и увидела, как гаснет его улыбка.

Сюзанна все еще смотрела на него, когда Джеб сдвинулся с места и передвинулся на сиденье к ней поближе. Сюзанна вздрогнула:

— Что вы делаете?

— Собираюсь поцеловать вас снова.

Он протянул руку и провел пальцами по ее губам — сначала по нижней, затем по верхней. Сюзанна отстранилась. Джеб считает, что он в долгу перед своими фанатами, и платит им своими постерами и автографами. Может быть, он решил, что и она, подобно ему, должна заплатить за место в первом ряду на концерте?

— Я вас почти не знаю.

— Вы все обо мне знаете. — Он помолчал, глядя ей в глаза. — И я знал вас еще до того, как вы вошли в мой гостиничный номер.