Обидный проигрыш
Шрифт:
Та же история повторяется со следующими тремя костюмами: Дориан выходит из примерочной, крутится и ждет вердикта. Я говорю одно, Картер — противоположное. Это уже как автоматический рефлекс, битва, в которой никто из нас не хочет уступать.
Кажется, Дориан на глазах стареет лет на десять. В конце концов он прислоняется к колонне и сверлит нас взглядом человека, который всерьез подумывает бросить нас здесь.
— Ладно, давайте расставим их по местам, — говорит он в отчаянии. — Лейла?
— Мне нравится номер три, потом два, четыре и, наконец, один.
Дориан кивает и поворачивается к Картеру.
— Номера один, четыре, два и три, — отвечает тот, склонив голову в мою сторону.
Я встаю и отхожу к стеллажу со свитерами, делая вид, что изучаю их. Они такие мягкие и уютные — полная противоположность холодному и колючему Картеру.
— И если говорить о средневзвешенных значениях, то можно с уверенностью сказать, что, в отличие от Цветочка вон там, я действительно ношу костюмы, — вставляет он.
Я глубоко вдыхаю.
Когда-нибудь я его убью.
— Очень зрело с твоей стороны, дружище, — осаживает его Дориан. — Мы можем исключить хотя бы один? Сузить круг вариантов?
— Номер один, — говорю я.
— Номер три, — тут же отзывается Картер.
Дориан закрывает глаза и массирует лоб, возможно, спрашивая себя, зачем вообще он заставил нас находиться в одной комнате дольше трех минут.
— Мне нужно уволить вас обоих.
Я смотрю на него своим самым ангельским взглядом.
— Проблема точно не во мне. Меня все ценят, и я со всеми нахожу общий язык.
Картер издает звук, нечто среднее между вздохом и смешком.
— Ага, конечно.
— Ладно, — говорит Дориан, устало потирая виски. — Уберем самые спорные варианты, вроде первого и третьего костюмов. Остаются второй и четвертый.
Я склоняю голову, задумчиво разглядывая висящие вещи.
— Мне стоило сделать фото… Можешь примерить их еще раз?
Прежде чем Дориан успевает ответить, мой телефон вибрирует.
Один короткий взгляд на экран — и реальность зовет меня назад: напоминание о встрече с Аней.
— О черт, мне пора! — восклицаю я, вскакивая на ноги.
Примерка заняла больше времени, чем планировалось, а мне еще нужно встретиться с лучшей подругой, чтобы отснять кадры для завтрашнего поста.
— Я уверена, что всё, что ты выберешь, будет смотреться круто, — добавляю я. — Оба варианта достойные.
— Хорошо, — отвечает Дориан. — Ты ведь будешь завтра?
Новогодняя вечеринка.
Очередной повод посмотреть на то, как Дориан и Холли сияют в своей идеальной жизни. Недавно они купили двухуровневую квартиру в центре, рядом с модными барами, ресторанами и отличными школами. Они уверенно идут к «американской мечте» с двумя-тремя детьми, белым забором, парой семейных отпусков в год и солидным пенсионным счетом.
Я же, напротив, даже не уверена, чего хочу сама.
— Конечно, — отвечаю я, хватая сумку. — Я возьму с собой Аню, Зои и Ким. Может, позже заскочим на вечеринку к Тиму.
Его дом ближе к моему, чем квартира Дориана, так что не придется переживать насчет Uber на обратном пути.
К тому же, когда приду, я присмотрюсь к одиноким гостям — вдруг найдется кто-то интересный для ни к чему не обязывающего вечера. Кто-то старше двадцати четырех, кто имеет представление о том, что делать в спальне, и на кого не будет жалко потраченного времени.
Но особых надежд я не питаю. Почти уверена, что проведу новогоднюю ночь в одиночестве.
2 — Пиво, футбол и проклятая одержимость
Дилер — человек, который раздаёт карты, подаёт блюда и следит за ходом игры.
Я закрываю кран в душе и вытираюсь, обернув белое полотенце вокруг талии.
Капли воды скользят по коже, но даже арктические ветры не смогли бы отвлечь меня от единственной мысли, которая крутится в голове уже несколько часов.
Лейла.
Мне пора завязывать с этим.
Я должен игнорировать ее, стереть из памяти то, как она смотрит на меня своими полными огня глазами, как бросает вызов каждым своим словом.
Я должен забыть о том, что каждый раз, когда она рядом, мой самоконтроль превращается в тонкую, готовую вот-вот оборваться нить.
Но это невозможно. И это бесит меня до чертиков.
Я фыркаю, проводя рукой по мокрым волосам.
Скоро мне встречаться с Дорианом на ужине, так что лучше сосредоточиться и найти способ выкинуть его сестренку из головы, пока она не стала проблемой посерьезнее, чем уже есть.
Телефон вибрирует и загорается на гранитной столешнице. Искушение проигнорировать звонок велико, но добавлять «игнор звонков матери» в мой длинный список грехов — сейчас явно не лучший ход.
Провожу по экрану и готовлюсь к удару.
— Привет, мам. Как дела?
— Всё хорошо, дорогой, а у тебя? По голосу ты кажешься уставшим...
Она всегда это говорит. Интересно, насколько радостно я должен звучать в трубке, чтобы она перестала это повторять.
— Возможно, немного. Задержался, закрывая сделку. Как отец?
Это игра, в которую мы играем годами.
Я делаю вид, что их брак не дисфункционален, она делает вид, что не ненавидит своего мужа, а он делает вид, что у него нет любовницы (или трех).
И вуаля — все счастливы.
Ну, по крайней мере, счастливы по стандартам семьи Резерфорд.
— О, он ужасно занят. Работает день и ночь над важным проектом в сфере здравоохранения. Уверена, ты слышал об этом в новостях.
Я иду к шкафу, сбрасываю полотенце и натягиваю черные боксеры, раздумывая, что ответить.