Чтение онлайн

Имбер от возмущения начала плеваться.

— Земное, околоземное и так далее. Скажу больше! Ваши наглые земляные человечки зарятся на сельскохозяйственные угодья! Земельный фонд, гады, втихую расширяете!

— Это домыслы! — Хонор сжал кулаки. — Не может такого быть! Благословенные Водой жители просто наговаривают на нас!

— Да чтоб мне каракатицей на этом месте стать! — завопила Имбер. — Вы думаете, что Земля-мать вас возвысит над остальными?! Задрали носы, вы, чертовы зазнайки! Раз вся земля ваша, то тогда вся вода наша! Мы будем воду вам только за хрипы выдавать! За ка-а-аждую капельку платить будете!

Хонор побагровел.

— Капитализм не дремлет, — хмыкнула Зарина и лениво качнула ножкой в воздухе.

Она уже пару минут наслаждалась чужой ссорой, меланхолично вдыхая чудные запахи леса и грея лицо в лучах солнца.

— Моя госпожа, может, стоит их остановить? — осторожно спросила Ланиэль, с беспокойством глядя на противоборствующие стороны.

Зарина откинулась на шершавый ствол дерева и сладко потянулась.

— С какого перепугу? У нас демократия. Пусть хоть уши друг другу поотрывают. Свобода слова — это тебе не за лимонадом сгонять. Пусть наслаждаются.

— Но если они раздерутся, то мы рискуем потерять весьма ценных стихийников. — Ланиэль быстренько сообразила, на что нужно давить.

Зарину проняло.

— Ну их! — сплюнула Эштель. — Дабы обеспечить их занозой в пятых точках, предлагаю сгонять за Святой Инквизицией. Эй, политиканы-неформалы, Святой Игор жаждет огреть вас по холкам!

Спорящие разом замолкли и непроизвольно поежились.

— Вашество, а я вас уважаю, — залебезила Имбер

— Ну да? — фыркнула Зарина. — Ты, наверное, и слова-то такого еще не выучила. Ладно, черт с тобой. Сейчас Кудряш ка определит направление, и мы двинем за Альманахом Братства Стихий.

— Как будто все здесь согласны с таким планом, — ядовито изрек Хонор. — Я, к примеру, считаю, что поиски этой книги — напрасная потеря времени.

Зарина угрюмо поглядела на него. Неласково, будто примериваясь, с какой высоты следует скинуть на него холодильник.

— Так, народ. — Зарина поднялась с травы и отряхнулась. — А ну-ка скажите, что такое демократия?

— Власть народа? — неуверенно проговорила Имбер.

— Коротышка, пряник тебе плюсом. Да, вот сейчас мы, так сказать, пообщаемся с народом, то есть с вами, обсудим все...

— Обсудим все и вместе примем решение! — обрадовано закончила Имбер, начиная раздувать щеки от мыслей о предстоящем ответственном деле.

Губы Зарины растянулись в улыбке.

— Да, да, во имя демократии мы туточки все обмозгуем вместе, пообщаемся, ну а далее вы согласитесь с МОИМ окончательным решением.

Имбер скорчила задумчивую мину.

— Мне одной кажется, что тут затаился какой-то малюсенький подвох?

— Скорее уж, гигантское блюдо из подвохов, — скептически заметил Хонор, недобро глядя на миролюбиво настроенную Зарину. — Великая правительница, когда дозволите снимать лапшу с ушей?

— Бюрократишко, по логике тебе бы следует меня поддерживать во всем, но раз ты пытаешься проткнуть вилками чудесные колеса моего радужного лимузина, информирую тебя прямо, без красивого мишурного оформления словцом: я тут царь и бог. И если я говорю, топаем за Альманахом, все подтягивают животы и несутся за Альманахом. Ясно?

— Э-э-э... — Имбер подняла руку. — Я никогда не пыталась подорвать ваш авторитет, Вашество. Честно.

— Я тоже, — быстро присоединилась Ланиэль.

Хонор скривился.

— Мерзкие подлизы. — Юноша отступил на шаг, словно больше не мог находиться рядом со столь отвратительными личностями. — Гадко.

На поляну спрыгнул Ловэль.

— Нашел, — восторженно сообщил он, не замечая гнетущей атмосферы. — Придется пройти сквозь чащобу, но дальше будет равнинная местность и дорога прямиком на юго-запад.

— Отлично, Кудряшка. — Зарина кивнула. — Люблю людей, от которых есть польза. — Хонор при этих словах демонстративно отвернулся. — Мини-бикини, помоги Кудряшке запрячь лошадей. Коротышка, залезай в карету.

— А завтракать не будем? — заканючила Имбер.

— Воровкам еда не полагается, — вырвалось у Хонора. Румянец выполз на его щеки — сегодня он уже заметно переборщил с вредностью. И это было ясно даже ему. Хуже ребенка, а пытается строить других.

— Эй, Бюрократишко, на два слова. — Зарина замерла у дерева, ожидая, пока уязвленный собственным поведением Хонор приблизится к ней.

— Что еще, Змеюка? — Смущение смущением, но хорохориться он не вряд ли перестанет.

— Давай поставим все запятушки над «фе». Прекрати называть Коротышку воровкой. Это обижает ее.

Хонор смерил Зарину недовольным взглядом.

— Из моих уст звучит одна лишь правда. Чем моя «воровка» отличается от твоей «коротышки»? Твоим прозвищем тоже не погордишься.

— Да, — согласилась Зарина. — Это столь же правдиво, как называть погрязшего в пучинах бюрократизма, подхалимажа и лизоблюдства парня «бюрократишко», и чуть менее правдиво, как, например, звать милую маленькую девочку «змеюкой». — На последних ее словах Хонор издал булькающий смешок. — Однако стоит напомнить, кто во всей этой кутерьме стоит у руля. Я говорю тебе, Бюрократишко, не называть Коротышку воровкой, и это отнюдь не просьба. Это приказ твоей правительницы.

В глазах Хонора вспыхнула злоба.

— Как прикажете, — проскрежетал он зубами. — Я не буду больше называть ее подобным образом.

— Чудно, — Зарина белозубо улыбнулась. — Я знала, что мы придем с тобой к консенсусу.

— Я буду править лошадьми. Исправлю мою так называемую оплошность. — Хонор повернулся к девочке спиной. — Не говоря уже о том, что это прекрасная возможность побыть наедине с самим собой.

— Но ты не будешь один, — возразила Зарина. — С тобой будут кони, цок-цок.

Это была неправильная тряска. Трясло так, словно они снова угодили на борт скоростной кабины Оценщика. Зарина пару раз даже пожалела, что в карете не предусмотрены ремни безопасности. Возможность фиксировать пассажиров на местах пришлась бы очень кстати, а то слишком уж все походило на родео, где участники изо всех сил стараются удержаться на спинах быков.

— Ставлю миллиард в местной валюте на то, что причина тряски — Бюрократишко, а вовсе не дерьмовость дороги. — Сиденье в очередной раз огрело Зарину по мягкому месту, и девочка решила постоять. Ну или хотя бы попытаться постоять. — У него же за что ни возьмется, все из рук валится!