Чтение онлайн

Крутанувшись на стуле, она поворачивается ко мне лицом.

– Ты счастлив, Бен? Это же не просто какой-то этап, который через неделю пройдет, так ведь? Я к тому, что ты кажешься сейчас совсем другим.

– Я счастлив, – отвечаю я. – И если честно, никогда так еще себя не чувствовал – это так нелепо и иррационально – но остановиться просто не могу. У меня такое ощущение, будто до сих пор я жил где-то под землей и только сейчас глотнул свежего воздуха.

– Тогда тебе не стоит сопротивляться. Как и беспокоиться о том, что подумают люди. Я готова во всем тебя поддержать. Тем более, что ты все равно не сможешь это скрывать, я уже говорила. И потом, что тебя, что Кори я очень даже понимаю, ведь вы оба самые привлекательные парни в городе.

– Ты милая, Джули, даже слишком. И – что важно – просто отличная медсестра. Я говорил тебе, как высоко ценю тебя?

– Вообще-то, ни разу. И еще за тобой должок. Ты должен помочь найти мне парня… желательно натурала. Я по-прежнему злюсь на тебя, что завербовали в свои ряды того пожарного.

– Секундочку, – подняв руки, возразил я. – Я его не вербовал. Он уже ветеран. Это меня завербовали.

Скрестив руки на груди, она выпячивает нижнюю губу.

– Ну ладно. Но за тобой все равно должок.

Джули сумела заставить меня чувствовать себя спокойно во время одного из самых запутанных периодов в моей жизни, и я ей очень благодарен – наверное, даже больше, чем смогу сказать вслух. Наклонившись к ней, я чмокаю ее в щеку.

– Так-так-так… Намечается повтор случая в домике у бассейна? – Кори появляется вихрем, а за ним по пятам следует Майк, который, остановившись в дверях, прислоняется к стене и скрещивает руки на широкой груди, будто его новый телохранитель и кто-то вроде того.

Интонация Кори игривая, но во взгляде читается напряжение, которое дает мне понять, что он не особо счастлив застать подобное.

– Ни в коем случае, Кори, – улыбается Джули и показывает на меня. – Он весь твой.

– Могу я тогда получить свой поцелуй? – не дожидаясь ответа, он внаглую наклоняется через стойку и заявил свои права таким поцелуем, которые не оставляет ни тени сомнения, кто и кому тут принадлежит. Его язык исследует мой рот хоть и быстро, но детально, и потом он довольно сильно посасывает мои губы. Мне хочется большего, гораздо большего, но сейчас не то время и не то место, так что я делаю глубокий вдох, чтобы прогнать сексуальный туман из головы.

– Ого, Бен, оказывается, у твоего мужчины присутствует ревность в характере.

– Весом в тонну, – подтверждает он.

На лице у Майка написано неприкрытое удивление. Потом он ухмыляется, покачав головой, выходит в фойе и смотрит в окно, положив руки на пояс.

Хм… А ты думал, у тебя есть шансы, Майк?

Я рад, что теперь он знает правду. Не знаю, что бы я сделал, начни он подкатывать к Кори, а судя по его реакции на наш поцелуй, это было бы лишь вопросом времени.

Кори выглядит самодовольным и удовлетворенным, и должен признать, что от его проявления власти я всем телом ощущаю острый трепет.

– Мне пора, детка, у меня вызов – опираясь локтями на стойку, он наклоняется ко мне. – Ничего страшного, просто травма при падении, так что я ненадолго. Как думаешь, сможешь сдержаться и не целовать медсестер в мое отсутствие? – он посмотрел на меня своим фирменным, отточенным до совершенства игривым взглядом, от которого я тут же растаял.

Джули смеется.

– Вы оба такие смешные.

Кори притворно сердито посмотрел на нее.

– Я слежу за тобой, девочка. Одно неверное движение, и тебе достанется, – повернувшись на каблуках, он выходит вслед за Майком.

– Он просто великолепен, Бен. Думаю, тебе стоит расслабиться и быть самим собой. Не беспокоясь о том, что подумают окружающие.

– Знаю. Я просто… Больше всего на свете я хочу, чтобы сейчас была жива мама. Интересно, что она подумает обо всем этом. Было бы намного проще, если бы я мог просто спросить ее.

Какое-то время Джули обдумывает мои слова, машинально вертя в руках висящий на шее стетоскоп.

– Какой была твоя мама, Бен?

Я широко улыбаюсь.

– Она была чуткой. Сострадательной, вдумчивой, немного сумасшедшей, – я смеюсь, когда на память приходит множество не связанных между собой воспоминаний. – Иногда она любила сидеть и смотреть на дождь – больше всего в кресле-качалке. Позади нашего дома был холм, и с него она обожала скатываться. Она часто притаскивала меня на вершину, и мы вдвоем лежали и смотрели в небо, сложив руки на груди. Потом по ее команде мы катились колбаской вниз, соревнуясь друг с другом. Она всегда побеждала, потому что у нее получалось катиться по прямой, а меня уводило вбок. Я никогда не мог понять, как у нее получалось скатываться прямо.

Джули смеется, и кажется, еще и от собственных воспоминаний.

– Понимаю, о чем ты. Твое тело просто каким-то образом сворачивало в сторону. Я, кстати, всегда адски чесалась из-за аллергии на траву, так что в этом я не так и не преуспела. Просто любила наблюдать за братьями.

– Ого, у тебя есть братья?

– Трое, и все старшие. Калеб, Джейк и Шейн.

– Ничего себе, каждый что-нибудь новое. Почему я ничего не знал о твоих братьях?

– Ха. Дай-ка подумать, – шлепнув по столу рукой, Джули скептически смотрит на меня. – Они не были вашими пациентами, доктор Харди. А это единственная причина, по которой ты знакомишься с людьми. Если еще не заметил, ты немного асоциальный тип.

– Да нет! Ну посмотри сама, с тобой же я говорю!

– Ага, через год после знакомства. Так что не пытайтесь это отрицать, мистер. Я думаю, Кори для тебя просто идеально подходит, поскольку до его появления ты почти не общался с людьми.

Я мотаю головой.

– Все не так. Я здесь все свое время. И я разговаривал. Даже на свидания ходил.

Джули фыркает.

– Это ты про свои полугодовые отношения? Бен, вообще-то, все в курсе, что ты ходил на свидания два раза в год и больше трех месяцев подряд ни с кем не встречался.

Открыв было рот, чтобы ответить, я тут его захлопываю. Господи, я настолько очевиден?

– Просто признай это, – добавляет она.

– С Шерри Александрой я встречался четыре месяца, – возразил я.

Пригвоздив меня скептическим взглядом, она дает мне понять, что не купится на мои жалкие попытки.

– Ладно, ладно. Я предсказуем. И асоциален.

– Очень хорошо, доктор. Признание проблемы – первый шаг на пути к выздоровлению.

Служебный телефон издает одиночный сигнал, и, подняв палец, чтобы я молчал, Джули снимает трубку.