Обманутая в бикини
Шрифт:
— Спасибо, дружище! — прокричал он, забирая с крыши свою доску.
— Нет проблем, — ответил водитель. — Пока, Гордон.
Машина развернулась и уехала.
— Что с тобой? — спросил Гордон, заметив вымокшую до нитки Зою. — Решила искупаться в одежде?
Зоя глядела на него, даже не зная, что делать. Ей хотелось одновременно и убить, и зацеловать Гордона.
— Свинья! — бросила она ему. — Я искала твой труп!
И разрыдалась.
Глава 19
Гордон застыл на месте. Она действительно за него волновалась, думала, что потеряла его! Он ей вовсе не безразличен!
Отбросив в сторону доску, молодой человек в два прыжка покрыл расстояние между ними и обхватил Зою за плечи.
— Ты права, я безответственная свинья. Я просто пошел прогуляться. Надо было тебя предупредить, но я так разозлился… Думал, что тебе на меня наплевать и что тебе нужен только секс. Но ведь это неправда, да, милая? Скажи, что я прав. Скажи…
Он взял Зою за подбородок и поднял ее голову, чтобы заглянуть девушке в глаза, такие прекрасные, такие глубокие… В них застыл неподдельный страх. И еще любовь.
— Не бойся признать это, — нежно проговорил Гордон. — Я не причиню тебе боли, как Сол. Я люблю тебя, Зоя. Всем сердцем. Я никогда не говорил этого ни одной девушке. Я знаю, ты считаешь меня дешевкой, примитивным соблазнителем. Понимаю. Все из-за того судебного процесса. Но… Я, правда, не такой.
— Расскажи, что там случилось, — тихим голосом попросила Зоя.
— Я познакомился с Дженни на вечеринке. Мы разговорились. Когда она сказала, что только что потеряла работу и ей негде жить, я предложил ей временно перекантоваться у меня в одной из свободных комнат. Я ничего насчет нее не планировал, вообще редко бывал в той квартире. Но, конечно, мне не очень понравилось, когда она решила задержаться. Прошло несколько недель, а она все не съезжала. У нее всегда находились какие-то оправдания, что, мол, ей пока некуда идти, а у меня, в общем-то, не было особых причин выставить ее вон. В то время я не встречался ни с кем. И вот однажды ночью, когда я вернулся после недельной отлучки, Дженни решила меня соблазнить. И ей это удалось. Но на следующее утро, когда я объяснил, что наша ночь была ошибкой, она показала себя во всей красе. Заявила, что я действительно совершил ошибку и что она заставит меня за нее расплатиться. Дженни нашла адвоката. Дальше ты знаешь… Она никогда не была моей подружкой, Зоя. И я никогда не обещал жениться на ней. Мое единственное преступление состояло в том, что я вел себя как простофиля, если не сказать хуже.
Зоя пристально вгляделась в его лицо, очень желая поверить, но все еще сомневаясь.
— Клянусь тебе, это правда. Клянусь жизнью матери, — добавил Гордон. — А если бы ты знала мою маму и то, как я ее люблю, ты бы поняла, что я не стану попусту клясться ее именем. Я ее просто обожаю.
Остатки Зоиных подозрений растаяли перед этой наивной декларацией.
— Скажи, что любишь меня, — настаивал Гордон. — Прямо сейчас. Скажи.
— Я люблю тебя, — произнесла она.
Искренняя радость, которая вспыхнула в глазах Гордона и осветила его лицо, лучше, чем что бы то ни было, сказала Зое, что оснований сомневаться в его откровенности нет.
— Слава Богу, — сказал Гордон, прижимая девушку к себе.
— Я пыталась сдержаться, — призналась она. — Я старалась ограничиться только сексом. Но в глубине души всегда хотела от тебя большего… Я думала, что нужно быть сильной и оставить наши отношения на уровне интрижки, но на самом деле я просто боялась.
Он чуть отстранил ее от себя. Взгляд молодого человека был теплым и нежным.
— Ты? Боялась? Нет, Зоя. Ты не трусиха. Ты очень отважная девушка, и за это я тебя очень люблю. У тебя есть характер и моральные принципы.
— Да ты что! Я всю эту неделю была такой… порочной. Развратной. Ты ведь знаешь…
— Вовсе нет. Как можно назвать развратом то, что мы делали с тобой вместе, если мы так любим друг друга?
— Ох, Гордон, я действительно тебя люблю! То, что я чувствовала к Солу, не было любовью. Теперь я это понимаю. А с Джорджем…
Зоя прикусила язык, но было уже поздно. Свершилось. Она проболталась…
— С Джорджем?
Зоя заметила тревогу в глазах Гордона и решила, что не позволит призракам прошлого испортить то, что у нее может сложиться с этим мужчиной.
— Это один мерзавец, которого я встретила, когда только приехала в Сидней, — объяснила она. — Мой начальник. Я тогда была толстая и очень стеснялась всего, что касалось отношений с противоположным полом. Он поспорил с дружками, что затащит меня в постель за одну ночь, запудрил мне мозги, повторял, какая я красивая и как сильно он меня хочет. Я оказалась наивной дурочкой и поверила ему… А на следующий день услышала, как он на работе со смехом обсуждал, какая я в постели. Он даже сказал своим приятелям, что они должны заплатить ему вдвое больше, потому что когда я разделась, то оказалась такой жирной…
— Ох, Зоя… Ужас какой-то. Мне стыдно за весь род мужской, когда я слышу такое… Но не все мужчины таковы, как Джордж или Сол. Возьми меня, например, — сказал Гордон и улыбнулся самой дерзкой своей улыбкой. — Чем не принц на белом коне?
Зоя облегченно рассмеялась:
— Ты высокомерный бес, вот ты кто. Ты ведь знал, что я в тебя влюблена.
— Я на это надеялся.
— Даже когда я сказала, что хочу только секса?
— Ну, это меня не очень тревожило. Я думал, что секс будет опытом, который скрепит наши эмоциональные отношения. Но должен признаться, что сегодня, когда валялся связанный на кровати, я начал волноваться.
— Представляю. Я была настоящей стервой, правда?
— М-м-м-м…
— Но когда ты сказал, что хочешь заняться со мной любовью по-настоящему, я поняла, что не хочу секса… Я хотела тебя развязать.
В его глазах застыло изумление.
— Я не хотела, чтобы ты понял, как сильно я тебя люблю.
Он обнял ее.
— Наверное, потребуется еще некоторое время, чтобы ты убедилась, что я хороший парень. Хочешь, я завтра свожу тебя к нам домой? Познакомишься с моей мамой. Но сперва я хочу заняться любовью с женщиной, которую обожаю. Только скажи еще раз, что любишь меня, — попросил Гордон, поднимая Зою на руки и внося ее в дом.
— Я люблю тебя, Гордон.
— Я хочу слышать это сегодня почаще…
— Да, милый.
— И это я тоже хочу сегодня слышать почаще…
— Я не взяла с собой фен! — в отчаянии протянула Зоя на следующее утро, осматривая себя в зеркале. — И косметики тоже совсем чуть-чуть. Что подумает твоя мама?
Гордон улыбнулся:
— Она подумает, что ты роскошна. Она думает так же, как я.
— Правда?
Ее женское беспокойство относительно собственной внешности одновременно и раздражало, и умиляло его.
— У тебя без всякой укладки роскошные волосы, — сообщил Гордон, — а у кожи восхитительный естественный блеск.
Зоя вынуждена была признать, что она действительно выглядит хорошо. Быть влюбленной ей шло. Или быть по-настоящему любимой?
— Старайся быть самой собой, Зоя. Я понимаю, что модные туалеты и длинные ногти играют важную роль в Сиднее, но давай это там и оставим, а?
— Я просто хочу произвести хорошее впечатление на твою маму.
Гордон снова улыбнулся и привлек ее к себе.