Обманывая себя
Шрифт:
– Прости,- на полуслове обрываю я Ника.- И улыбаясь, иду навстречу Алексу. Вижу, что он меня ещё не заметил. Его глаза смотрят, куда-то в другую сторону.
Кто-то ловит меня за руку. Я оборачиваюсь. Это мой знакомый. Приглашает танцевать. Я качаю головой. Я хочу с Алексом.
Я хочу к Алексу!
Поворачиваюсь опять. Но Алекса уже нет. Обвожу взглядом зал. Но нигде не вижу его. Иду туда, где он был последний раз. Оборачиваюсь ещё раз.
Здесь лестница, широкая, мраморная, поднимаясь до середины, она разветвляется в две стороны и ведёт на верхний этаж. Хмурюсь. Секунду колебаюсь и поднимаюсь по ней.
Здесь наверху тихо. Музыка звучит приглушенно. И освещение не такое яркое. Коридор прямо от лестницы тянется вглубь.
Здесь пусто и немного жутко.
Тихо иду вдоль стены, прислушиваясь. Слышу, как внизу один менуэт сменился другим.
Моих шагов не слышно.
С чего я взяла, что он здесь?
И хочется вернуться. Вниз. Туда где музыка, где шумно. А Алекс отыщется.
Но вот оно.
Одна дверь приоткрыта.
И я тихо, почти проскальзываю к ней. Опять секунда колебаний. И прислоняюсь лицом к проёму. Свет узкой полоской падает в комнату.
И в эта полоска бледно освещает девушку. Она сидит ко мне спиной. Сидит на столе. Я вижу только её спину, вырез платья и волосы. Но тут спина девушки выгибается, и я вижу, как мужская рука скользит по её спине, обвивает талию. Другая на её затылке, в её волосах.
Я не удивлена. Такое везде и всюду. Всегда есть те, кому хочется уединиться.
Но тут девушка слегка откидывает голову, и я вижу её профиль.
Сердце перестаёт двигаться. Я приросла к полу. Руки и ноги намертво в стыли.
Джулия.
И эта мысль гремит у меня в голове.
Не двигаюсь, уже даже не дышу.
Лишь смотрю, как она выгибается под его руками.
Его… Его. Его? Его!
И я боюсь увидеть кто это, так же как и желаю увидеть.
И вот дверь под моим напором чуть раскрывается. И полоска света, расширяясь, успевает осветить лицо мужчины. Лучше бы меня здесь не было: у этой двери, на этом этаже, на этом балу. Я знаю кто это. К сожалению слишком хорошо. Его губы целуют её шею, его руки скользят по её телу.
Алекс.
Может ли быть, что у меня подгибаются колени?
Но тут, чья-то ладонь ложится мне на глаза. Обхватывая лицо, холодными пальцами прижимаясь к вискам. Вторая рука обхватывает меня за талию и отрывает от двери, притягивая к себе. Ещё секунда в течение которой я ничего не осознаю. И вот меня аккуратно ставят на пол. И тихий голос совсем рядом.
– Начинается танец, который ты просто не можешь пропустить.
Пальцы отрываются от моего лица. И я вижу Эрика. Он возвышается надо мной и его глаза напряжённые, встревоженные, тёмные устремлены на меня.
А я стою и смотрю на него, не двигаюсь, и лишь одна мысль гремит в моей голове, вторя ударам сердца.
И в этот момент я понимаю, что всё, то время, когда я стояла там, возле той двери, больше всего на свете я боялась увидеть, в этой комнате, с Джулией, Эрика.
Что я замирала от страха, боясь, что это его руки скользят по её спине.
Что только о том, чтобы это был не он, я могла молиться в тот момент.
Что всё это время я погибала не от одиночества, а от тоски по нему, жгучей ревности.
Что мне неважно насколько Джулия лучше, лишь бы Эрик оставался рядом со мной, со мной одной!
Что неважно насколько Алекс хорош, я всего лишь пыталась обратить на себя внимание.
Что вовсе не вальс кружил мне сегодня голову, а чёрные глаза Эрика следящие за мной. За мной одной! Непрерывно. На протяжении ночи.
Эрик уже решительно ведёт меня вниз, туда, где музыка туда, где танцуют.
Я смотрю ему в спину. Я не чувствую как иду. Я не слышу музыку. Я не вижу танцующих.
Я люблю его.
Так просто.
Так резко.
Так внезапно.
И так давно.
Я люблю его.
Его одного.
И сердце нагоняет упущенные удары. Упущенные на протяжении всех этих лет. Удары по нему.
И что-то взрывается у меня в душе. В сердце. В самой глубине.
Эрик берёт меня за руки. Он ведёт меня в этом танце. А я послушна как никогда. Но на самом деле я вижу только его глаза. Тёмные. Чёрные. Бездонные. Такие, какие я люблю.
И это кажется невероятным, нереальным, удивительным, непередаваемым, прекрасным.
Любить его.
И знать об этом.
Признаться себе в этом.
И кажется удивительным, как долго я могла отказывать своему сердцу в этом? Моему несчастному тоскующему сердцу.
Я как кукла в его руках.
Слишком оглушена. Потрясена откровением, чтобы реагировать. Растеряна. Что сейчас может быть для меня ещё?
Очередной поворот в танце. Эрик кружит меня под своей рукой. Я чувствую его холодные пальцы. Я смотрю на него снизу вверх. Смотрю, как всегда смотрела. И вижу его как в первый раз.
Высокий. Красивый, в резкости своих чёрт и движений. Сильный, в своих желаниях. Властный, в их исполнениях.
Невероятный.
Недостижимый.
И боль резкая, острая до самой сути пронзает меня.
Слишком высокий. Слишком резкий. Слишком сильный. Слишком далёкий от меня.
Вот он передо мной. Во всей своей красе. В этом костюме с этими горящими глазами.
Невозможно… Невозможно!
Его любовь, наши отношения так же невозможны, как теперь бесповоротна моя любовь к нему.
Откуда? Почему? Может ли быть по-другому?
И несчастье оглушительной волной крушит меня. Мнёт. Разбивает. Коверкает. Бьёт сильнее, чем ранее любовь. Чувство. Уже новые другие оковы.
Страх. Боль. Тоска.
Как будто с новой силой ударяют по мне.
И я останавливаюсь. Посреди зала. Останавливаюсь в его руках. А всё ещё вижу только его. Вокруг нас в ярком хороводе скользят пары. И музыка всё ещё оглушает.
Он стоит совсем рядом. Тоже замер. Смотрит. В глазах напряжение.