Обманывая себя
Шрифт:
Не Удержался бы от чего?
Чёрт!
И вот сейчас она как приведение. Она никуда не ходит, ничего не делает. Не разговаривает. Не ест. Если бы я не заходил на кухню по совершенно не нужным мне причинам, то её существование в этом доме отмечал бы только запах.
Я чувствую, как раздражение волнами находит на меня.
Она не должна была узнать об этом так. Так жестоко. Только сейчас я ясно понимаю, что сам допустил, чтобы она увидела Джулию с Алексом! И часть меня восторжествовала в тот момент. Когда я видел её потускневший взгляд, когда как безвольную марионетку кружил в танце, когда её глаза наполнялись слезами, я не мог заставить эту часть себя не радоваться её горю.
И вот сейчас Я слышу как по ночам она плачет. И злюсь. Я ничего не могу сделать!
Я Хочу убить Алекса! И я злюсь на неё. За то, что она думает о нём, за то что страдает, за то плачет беспрерывно только о нём.
Меня она избегает. Не говорит со мной и даже не смотрит в мою сторону. Считает ли она что я тоже виноват!
Боже она плачет даже во сне. По ночам я прихожу к ней в комнату и вижу как слёзы катятся из под её ресниц. Но что я могу сделать? Тому кого она зовёт не придёт. Тот кому она шепчет «не уходи» не вернётся. А я стою в темноте над её кроватью и сжимаю до боли кулаки.
Глава 15
Когда я появилась в гостиной, Эрик читал. Он как всегда полусидя развалился на диване. Головы он не поднял.
Подхожу к нему. Опускаюсь на пол, между его колен. Облокачиваюсь спиной о диван. И так же молча, протягиваю ему расчёску. Чувствую, как его пальцы забирают её из моих.
Я не могла увидеть лёгкую улыбку, коснувшуюся губ Эрика.
Быть ребёнком и расти рядом с вампиром непросто. В моем детстве не было объятий, не было поцелуев перед сном, семейных завтраков и игр. Только одно у нас было заведено ещё с детства. Эрик расчёсывал мне волосы.
Маленькой мне мои длиннющие волосы доставляли массу хлопот. Справиться с ними самой мне не хватало терпения и ловкости. И Эрик, вот так же сидя на диване, аккуратно расчёсывал их, прядь за прядью. Это были наши с ним минуты покоя, минуты близости, близости больше духовной, чем физической, близости семейной. Минуты, которые, мне кажется, обоим нам приносили удовольствие. Потом с возрастом всё реже и реже повторялось подобное. Но иногда вот так как сегодня я приходила к нему, движимая уже совсем другой необходимостью.
Я закрыла глаза. Я чувствовала, как его пальцы касаются моих волос, слегка прикасаются к вискам, шее, лбу. Их лёгкие прохладные касания я с жадностью впитываю. Тону в этих ощущениях. Тону. Растворяюсь. Для меня больше ничего больше не существует.
Я сижу так что мои плечи слегка касаются его колен. И предательски вздрагиваю, когда его руки обвивают мои плечи, и его лицо рядом с моим.
– Тебе стало лучше?- тихий голос.
– Нет,- просто ответила я.
– Я не могу тебе помочь.- Он не спрашивает.
– Я не прошу.- Я не двигаюсь.
– А стоило бы! В конце концов попросить меня!- неожиданный злой рык у самого моего уха.
– Эрик!
– Просто скажи, что мне сделать? Попроси! Потребуй! Не замыкайся! Ты ведь не одна!- Гнев и злость в его голосе, руки сжимаются на моих плечах.
– Хочешь, я поймаю его и выпью всю его кровь?
Его поведение так ошарашило меня, что я даже ни сразу поняла о чём он.
И я нервно смеюсь. Пытаясь скрыть своё смятение и тоску.
Его? Да кто это? Он говорит об Алексе? Разве я могу помнить о нём, когда его руки на моих плечах, когда его лицо так близко от моего. Эта невыносимо больно. Наслаждение, которое ранит.
Сказать чего я хочу? Сказать, что он должен сделать?
Боже. Это невыносимо.
И я дёрнулась, метнулась из его объятий, вскочила вмиг, достигла двери. И остановилась.
Я так хочу быть с Эриком. Всем своим существом. Это всё чего я желаю. Все чего я хочу.
И больше я не могу так.
Я оборачиваюсь. Слёзы, опять, когда казалось уже невозможно больше плакать. Они бегут по щекам, не останавливаются, срываются с ресниц, застилают глаза.
Эрик лишь на секунду напряжённо замирает. И вот он уже стоит рядом. Его руки на моём лице, пальцы на моих щеках он приподнимает мою голову, заглядывает в глаза.
– Лина, Лина, девочка моя, не плач, всё пройдёт,- он привлекает меня к себе за плечи, так что лицом я утыкаюсь ему в грудь.
– Забудь, всё забудь, всё пройдёт,- его тихий голос.
Но мне мало, мне слишком мало этого. Я хватаюсь руками за его рубашку, сжимаю, тяну вниз, встаю на цыпочки и прижимаюсь губами к его губам.
Целую.
– Лина!- заглушаю его растерянный голос поцелуем, чувствую, как хватка его рук ослабевает на моих плечах, и прижимаюсь к нему ещё сильнее, губами, всем телом. Пользуюсь его растерянностью. Отчаянно. Знаю, что сейчас это всё закончится в одно мгновение.
– Подожди, Лина,- это его сдавленный голос, он напряжён, его руки делают попытки отстранить меня, пытается руками поймать мои руки, но я уже обхватываю его за шею, не перестаю целовать, эти сомкнутые губы.
– Остановись,- и его голос переходит на сдавленный стон, рык.
– Лина…- Почти шепчет он.
И целует меня. Целует в ответ. Сначала не смело, потом Яростно, страстно, жадно. Его руки обвивают меня, сжимают, притягивают к себе.
Я не знаю, что происходит. Я не хочу знать.
Только он. Только он. Только.
Мгновение. И он опускает меня на диван. Секунду он нависает надо мной, так что я вижу его глаза, полные горящей тьмы, его волосы касаются моего лица, его губы чуть приоткрыты. Он тяжело дышит.
Читаю в его глазах последние капли сомненья.
Нет!
Притягиваю его к себе. Впиваюсь поцелуем. Почти кусаю. Мой язык находит его, в жадной ласке.
И его рык провозглашает мою победу. Он опускается на меня. Придавливает собой. Я чувствую упоительную тяжесть его тела. Холодные пальцы на моей спине, на моём животе, под одеждой, заставляют меня гореть. И поцелуи. Поцелуи властные ненасытные, кружат голову. Я уже ничего не соображаю. И только ни как не могу утолить жажду по его губам.
Звук телефона был настолько неожиданным. Настолько грубым и нереальным, что мне захотелось кричать от негодования.
Не отрываясь от моих губ, Эрик протягивает руку куда-то выше моей головы.
– Слушаю,- говорит он, спокойно, ровно, а глаза смотрят в мои.
По телефону что-то говорят. Я не выдерживаю его взгляд. Утыкаюсь носом ему в шею. Слегка прикусываю его кожу. Руки запускаю ему в волосы.
– Да,- это он в телефон, а руками ловит мои запястья.
– Да.- Кладёт трубку и ещё секунду буравит меня тяжёлым взглядом.