Чтение онлайн

— Да тут рядом могу притящит пару кустов!...

1 сентября 1946 года — день рождения на острове Мэн, в Великобритании, Барри Гибба, певца и гитариста группы «БиДжиз». В день своего рождения в семидесятом году, когда ему стукнуло двадцать четыре года, он женился на королеве красоты Шотландии Линде Грей.

2 и 3 сентября ничего заслуживающего нашего внима­ния не происходило, а вот 4 сентября 1962 года «Битлз» на­чали свою первую сессию звукозаписи в студии фирмы EMI на улице Эбби Роуд в Лондоне. Звукорежиссером записи был Джордж Мартин.

В этот день в 1965 году гитарист группы «The Who» Пит Таунзенд и певец Роджер Долтри поехали на своем миниавтобусе, где сложены были инструменты и усилители, в лондонский собачий питомник, чтоб подобрать себе сторо­жевого пса. Пока они ходили да выбирали, злоумышленники угнали их автобус вместе со всеми инструментами и обору­дованием. Автобус, правда, потом нашли и вернули владель­цам, а вот гитары и усилители пришлось покупать заново.

5 сентября. В этот день в 1976 году на фестивале ис­кусств в лондонском «Alexandria Palace» были показаны пять фильмов, созданных Джоном Ленноном и Йоко Оно — «Cold Turkey», в буквальном переводе — «Холодная индейка», на самом деле речь идет о симптомах наркомана, бросаю­щего героин, фильм «The Ballad Of John And Yoko» — «Бал­лада Джона и Йоко», «Give Peace A Chance» — «Дайте миру возможность», «Instant Karma» — «Мгновенная Карма» — и фильм «Up Your Leg» — «Вверх no ноге». На этом мы выпуск рок-хроники заканчиваем, переходим к рассказу о группе АС/ DC. Музыка AC/DC Riff-Raff Powerage LP, 1978:...

На следующий день, мы снова отправились на раскопки. С нами ездил небольшой трактор-эксковатор, но он только делал верхние срезы или обрабатывал территорию отдель­ных мест, основную массу точек мы капали в ручную! Но те­перь, каморы и оводы, нам были не страшны. По периметру наших ям, мы запаливали дерьмо в трёхлитровых железных банках из под селедки. Вонь от тухлой силёдки и горящего дерьма, могла отпугнуть не только слепней, оводов и комароф, но и любое живое, что есть на земле, кроме вьетнамцев, которые любят жаренную селёдку....

После очередной капанины, вместе с Питерским Алек­сом, мы отправились делать замеры, я замерял метры, а Алекс тащил лопаты, палки и вёдра с коровьем дерьмом. В процес­се у нас разгорелся спор — кто круче Ленинградский Зенит или Московский Спартак, а потом — стоит ли пиздить фа­натов НЬЮ ВЕЙФ или мудачков фанатеющих от Модерн Токинг?! В таких прекрасных разговорах, мы протопали около одного километра и вскоре забрели на какой-то холм. Когда мы посмотрели в сторону, то справа узрели ещё три неболь­ших холма, строго стоящих на одной линии! Нас словно уда­рило током — НЕМЕЦКИЕ ДОТЫ!

Конечно, если бы мы тусили с тёлками или собирали гри­бы, нам бы и в голову не пришла такая мысль — НЕМЕЦКИЕ ДОТЫ! Да мы бы их, вообще и не заметили! Но щас, мы нахо­дились в состояние ковбоя во время «золотой лихорадки» и нам везде мерещились закопанные тигры и орудия. Мы схва­тили лопаты и бешено помчались к холмам. Вначале всё шло гладко, но через 10 см почвы, лопаты стали тупитца о мощ­ные булыжники, их в этих краях немеренно, они ледникового периода. Чутьё нас не обмануло, это был реальный дот, обло­женный кучей камней. Ещё один удар лопатой, земля прова­лилась внутрь, вот и амбразура! С замиранием сердца я дос­тал фонарь и просунул его, в образовавшиеся дыру!

— Смотри каска!

— Ага! Каска дивизии «Мёртвая голова»!

— Мёртвая голова?

— Да нет! Каска скелета! Видишь вон там истлевший че­реп и ацкий скелет?!

— Кажись точно скелет! — мы уже хотели рвать этот дот, но тут раздался звук горна на сбор. Предстояло возвращение на базу! Мы были в шоке и не знали, как поступить?! Нам хо­телось, именно прямо щас узнать, что там внутри и увидеть это первыми! Сначала мы думали, вообще не реагировать на горн, но потом врубились, что за нами могут придти. Поэто­му решили забросать дыру травой и вернутца, как ни-вчём небывало, а по дороге обдумать — как быть дальше?!

По дороге в лагерь, я осторожно поинтересовался: когда мы вернёмся в эти места? Мне сообщили, что послезавтра. У меня сразу созрел план, как увильнуть от раскопок «дои­сторического поселения варягов», чтобы с Алексом, тайным образом, обратно вернутца к блиндажам. Естественно мы не хотели «крысятьничествовать», а чисто просто для себя — откопать пару касок вермахта и несколько артефактов.

Естественно я понимал, что жил в лагере на «шару», жрал, пил, имел кров, а также суточные в размере 6 руб. По­этому я должен был участвовать в работах бесплатно, но и в тоже время, я осознавал, что имею право иметь какую либо долю для себя. Естественно, я не стал бы претендовать на берцовую кость мамонта, римские горшки или оконечники стрел охотникоф от 6 века нашей эры, но на долю от имуще­ство вермахта я предентовал полностью.

При одной мысли, что моднейшая каска вермахта, может перекочевать мудачкам из ДОСАФ, я весь закипал диким не­годованием. С такими мыслями я ввалился в избу, плюхнул­ся на койку и автоматически стал листать Финский «МЕТАЛ ХАМЕР». Я открыл первый попавшийся разворот и вылупил­ся на статью про МОТОРХЕД. Меня словно ударило током! На шеи у ЛЕМИ красовался ЖЕЛЕЗНЫЙ КРЕСТ — ВЕР­МАХТА! Я чуть не подскочил до потолка!

— Железный Крест с дубовыми листьями! Так вот значит, зачем судьба нам открыла ДОТЫ?! Да! Именно там, в ДО­ТАХ — лежит такой же ЖЕЛЕЗНЫЙ КРЕСТ как у ЛЕМИ! — мое сердце, стало дико битца, ворох мыслей пулей пронёсся в сознание! Я уже прямо сейчас хотел схватить лопату и мчатца 20 километроф, чтоб как можно скорее отрыть этот крест! Я уже представил себе, — как выхожу на концерт со сверкаю­щим крестом как у Леми, и все дико офигивают! Я даже стал обдумывать план, как переплавить серебряные ложки и сма­стерить из них цепь для креста — для ЖЕЛЕЗНОГО КРЕСТА как у ЛЕМИ из МОТОРХЕДА!

Через некоторое время безумство восторга, немного улеглось, я позвал Алекса и предложил — завтра утром отправитца на раскопки ДОТа. Мы «арендовали» два велика, приделали к ним импровизированные багажники, аккуратно сложили в углу весь необходимый стаф: коровье дерьмо, ло­паты, вёдра, фонарь, одеяло, мешки, керосин, котелок, воду, еду, бухло и сигареты. После этого я отправился в самодель­ную библиотеку, где нарыл советскую энциклопедию ВОВ. Удобно устроившись на койке, я стал искать любые данные о боях в Псковской области, но почитать мне не удалось — меня ожидал очередной удар СУДЬБЫ! Припёрся «Хиппи» из больничьки и сообщил, что поездка к развалинам монастыря отменяетца, и все отправятца в сторону «наших до­тов». Я в ужасе вскочил и чуть не запалился:

— Как так не едем? Почему? Что случилось? Зачем зав­тра к дотам еха....!

— Да, у автобуса движок стукнул, его утром чинить бу­дут!

Я чуть не разрыдался! Меня раздирала дикая досада, а также крах всех идеалоф и мечтаний! Наш план рушился и Железный Крест начинал гореть в аду!....

Я стал думать — что делать? И тут мне пришёл креатив! Сначала я его отмахнул, как не реальное, но по пути мозго­вого штурма, я каждый раз возвращался к нему и вдруг сра­зу осознал, что мая стихия — приключения и авантюры! Я ре­шил ломитца — ПРЯМО ЭТОЙ НОЧЬЮ!

При одной мысли, что уже буквально через час, мы смо­жем капать ДОТЫ, наполняло меня такой энергией и кай­фом, что весь КАКАИН МИРА — просто отдыхал!

Я уже представлял себе, как при свете керосиновых фа­келов, среди ночной мглы и летучих мышей — мы словно пи­раты «ОСТРОВА СОКРОВИЩ» роем супер клад. ПИАСТ­РЫ! ПИАСТРЫ! Вначале ночные образы скилетоф и черепов, ввергли меня в мистический ужас и дрожь, но чем боль­ше меня охватывал страх, тем сильнее я хотел его испытать! Этот сладостный ночной УЖАС!