Обретая любовь
Шрифт:
Мы едем сразу в больницу, я остаюсь в машине, а Марат идет внутрь. Через полчаса он выходит довольный и машет мне лекарствами, зажатыми в руке.
— Как тебе это удалось? — спрашиваю я, когда Марат садится в машину, ведь у меня были большие сомнения, что ему удастся что-то сделать.
— Нам повезло. В этом здании еще и фельдшерский пункт находится, в котором есть какое-то подобие аптеки. И фельдшер живет тут же, на втором этаже, — Марат указывает на окно, в котором горит свет. — В общем, моё обаяние и небольшая премия медсестре, которая решилась разбудить фельдшера, сделали свое дело.
Смотрю на Марата внимательно, пытаясь понять, говорит он мне правду, или шутит. Но его улыбка, которая снова появляется на его лице, сбивает меня с толку, поэтому я просто спрашиваю:
— Поехали?
— Поехали.
Когда мы возвращаемся на базу, я первым делом иду к Маше. Подруга благодарит нас за помощь, готовит Ане лекарство и уходит к себе в спальню.
— Может позавтракаем? — спрашивает Марат, когда Маша уходит.
— Думаешь пора? — смотрю на часы. — Хотя, почти семь. Давай позавтракаем, — соглашаюсь я.
Марат поднимается с дивана и идет к холодильнику.
— Яичницу или омлет? — уточняет у меня, заглядывая внутрь.
— А ты и готовить будешь? — вместо ответа задаю свой вопрос.
— Буду, — пожимает плечами Марат. — Тебя что-то смущает?
— Нет… да, — я замолкаю, запутавшись в том, что хочу сказать.
— И что же? — Марат закрывает холодильник и скрещивает руки на груди. Взгляд у него при этом достаточно озорной.
— Ну, — мнусь я, — просто мне еще никогда мужчина завтрак не готовил. Я привыкла все сама.
— Значит, я буду первым, — категорично заявляет Марат и вновь открывает холодильник.
«Звучит двусмысленно», — говорю сама себе и пугаюсь направления своих мыслей. Присаживаюсь за стол и наблюдаю за тем, как Марат ловко орудует с продуктами и сковородкой.
— Поможешь на стол накрыть? — спрашивает у меня, когда заканчивает колдовать с омлетом.
— Конечно, — спохватываюсь я, и мысленно ругаю себя за то, что сама об этом не подумала.
Завтракать решаем на веранде. На столе стоит дымящийся омлет, тосты, тарелка с овощами и две чашки с ароматным кофе. Мы с Маратом молча сидим напротив друг друга, наслаждаясь едой, утренним солнцем, лесным воздухом и щебетанием птиц. Испытываю давно забытое чувство спокойствия и умиротворения.
— Очень вкусно, — говорю Марату, отодвигая в сторону пустую тарелку.
— Согласен, — поддерживает он меня, — мы с тобой большие молодцы.
— Ой, я-то тут причём?
— А разве не при чем? — он пристально смотрит на меня. — Ты меня вдохновляла своим присутствием. Мне было приятно готовить.
Судя по выражению его лица, он совсем не шутит. Делаю глоток кофе, переваривая услышанное. Марат продолжает внимательно смотреть на меня. Осознаю, что его взгляд больше не смущает меня. Он заставляет волноваться, но не смущает. Более того, мне хочется и самой смотреть на Марата, хочется изучать его — что я и делаю, даже не пытаясь скрывать свой интерес.
— Доброе утро, голубочки, — неожиданно за спиной раздается голос Ульяны.
Я непроизвольно закатываю глаза и вздыхаю.
— Доброе, — отвечает Марат равнодушно.
Уля обходит стол и присаживается рядом с ним, вполоборота. По выражению ее лица я вижу, что она что-то задумала. Напрягаюсь в ожидании подвоха. Ульяна выглядит очень свежо — не зря, видимо, вчера нетрезвого Колю выставила, он бы точно ей покоя ночью не дал. На контрасте с цветущей Ульяной, я чувствую себя невзрачной белой мышью. Почему-то вчера меня это не беспокоило, а сейчас я даже взгляд отвожу в сторону, чтобы не расстраиваться.
— Надеюсь, я вам не помешала? — спрашивает Ульяна, глядя на Марата, чуть прищурившись. — Если бы я знала, что у вас тут романтический завтрак, то ни за что бы раньше времени из комнаты не вышла, — она чуть прикусывает нижнюю губу, и «виновато» смотрит на нас.
Открываю рот, чтобы ответить, но Марат одним взглядом останавливает меня.
— Ну так может есть смысл вернуться? — спрашивает он у Ульяны.
— Куда? — она смотрит на него непонимающе.
— В спальню, — отвечает Марат. Его голос звучит достаточно жестко, отчего мне становится немного не по себе.
Ульяна явно не ожидала того, что её практически открытым текстом пошлют. Ей это неприятно, но она делает над собой усилие и нацепляет на лицо подобие улыбки.
— А что мне там одной делать? — она кладет руки на стол и чуть наклоняется вперед. — Это Вику муж ждет. Лежит там один в холодной постели, пока его верная жена завтракает с другим. А я — женщина свободная, — ухмыляется Ульяна, — что хочу, то и делаю. И делаю это с тем, с кемяхочу, — смотрит на меня с вызовом.
Её слова, обращенные ко мне, попадают прямо в цель — я начинаю нервничать. Но вестись на провокацию не собираюсь, поэтому пытаюсь держать себя в руках. Начинаю считать про себя, чтобы направить мысли в другую сторону.
Марат тоже никак не реагирует на сказанное Ульяной, по крайней мере, вида не показывает. Он молча допивает кофе и поднимается из-за стола:
— Вик, иди спать ложись, — говорит мне, — я посуду уберу.
— Я помогу, — практически шепчу я, все еще пытаясь совладать с эмоциями.
— Я справлюсь. А тебе лучше пойти спать, — заявляет категорично. Понимаю, что таким образом он отгораживает меня от Ульяны, за что я ему очень благодарна. Если бы сейчас я была с Ульяной наедине, я обязательно что-нибудь ответила ей, она — мне, и наш диалог непременно перерос бы в ссору.
— Хорошо, — послушно встаю из-за стола и ухожу в свою комнату, где практически сразу крепко засыпаю и просыпаюсь только ближе к двум часам дня. Чувствую себя отдохнувшей несмотря на то, что засыпала под громкий храп Коли.
Оглядываюсь по сторонам — на кровати раскиданы вещи Коли, а его самого в комнате нет. Какое-то время просто лежу, глядя в окно на голубое небо, проглядывающее сквозь крону деревьев. Привожу себя в порядок и спускаюсь в гостиную, где Оля с Машей сидят за столом и пьют чай. Я присоединяюсь к ним. Маша сообщает, что мужчины уехали на рыбалку, а Ульяна отправилась в спа, поэтому, у нас есть несколько часов на то, чтобы посидеть в тишине и покое. Благо, температура у Ани упала и поводов для беспокойства нет.
Вторая половина дня проходит без приключений. Мы с девочками гуляем, болтаем, пьем чай и играем с детьми. Мужчины возвращаются ближе к вечеру, готовят шашлыки, мы все вместе ужинаем и расходимся по своим комнатам.
Николай, на его и моё счастье, в этот вечер допущен к телу Ульяны. Уверена, что она это сделала специально, решив так отомстить за утренний диалог, в котором она не добилась того, на что рассчитывала. А именно — ей не удалось спровоцировать меня, а, следовательно, у неё не нашлось причины нажаловаться на меня Коле.