Чтение онлайн

– Я не дипломат, я военный, - отрубил маршал.
– Сказал "война", значит, война! Все ваши богатства скоро и так будут моими.

Профессору Ифанофу приснился страшный сон. Ему снилось, что понаехали короли и разобрали своих детей. И дворец снова оказался заброшен. И вода ручья понемногу размывает запруду, и дорожки парка зарастают травой и кустами, и джунгли постепенно переползают со второго этажа на первый. И среди этой заброшенности бродит плачущее привидение - сам Ифаноф... Профессор проснулся с болью в сердце и сказал:

– Ну ладно, сон. А если вещий?

А короли действительно съезжались в Дазборг. Их сразу принимал глава правительства Здраны.

– Я бы вам помог, о чем разговор, - сказал король Избании Фазя Девятый, стесняясь посмотреть главе правительства в глаза.
– Да я сам с Врандзией воюю. Я приехал Надаженьку из Школы забрать. Временно, пока вы с Танией не справитесь...

– Я бы, конечно, за вас заступился, - заверил главу правительства король Врандзии Зереша Четвертый.
– Но, сами видите, третий год с Избанией сражаюсь. Все войска заняты, ни полка свободного...

– Да, да, я понимаю, - кивал глава правительства.
– Если вы за принцем Мижей, так не стесняйтесь. Не один вы, все принцев забирают...

В школьном дворце стоял необыкновенный шум: по палатам с ремнем в руке гонялся за сыном Гольгин отец.

– Не поеду!
– кричал Гольга, кидая в отца стулья, загораживаясь кроватями. (Нехорошо в отца кидаться стульями, но в Гольгиной семье это было принято.)

– Поедешь!
– кричал отец, отбивая стулья ремнем и расшвыривая кровати.

– Не поеду никуда!
– кричал Гольга, обрушивая на папу шкаф.

– Куда ты денешься!
– кричал отец, уклоняясь от шкафа и хватая Гольгин башмак.

– Не поеду!
– крикнул Гольга и в одном башмаке вылетел в окно.

– Поедешь!
– взревел король, вылетая следом.

– Здравствуйте, дорогой союзник!
– поприветствовал его Зереша Четвертый.

– Привет, - буркнул Гольгин отец и погрозил сыну ремнем: - А ну, слезай с дерева, паршивец! Не хочет ехать домой, - пожаловался он Зереше.
– Прижился тут. Упрямый - весь в меня.

– Я вот тоже за своим, - сказал Зереша.
– Что-то не встречает. Ваш-то здоровый лоб вымахал, почти с отца! А по деревьям лазит.

Гольга как раз соскочил с дерева и бросился во дворец. Отец махнул рукой, надел и застегнул свой ремень.

– Вот еще за тобой гоняться. Поедешь как миленький!

– ФИГУШКИ!
– послышался Гольгин голос, и во дворце стали захлопываться двери и ставни.

Из Дазборга подъезжали кареты с остальными королями. Но дворец не открывался ни для кого, стал неприступной крепостью.

Короли стучались и звали, сложив ладоши рупором:

– Мижа!

– Дамара!

– Кена!

– Фофочка! Это же я, твой папочка!

Открылось окно на втором этаже, и показался Мижа.

– Мижа!
– закричал Зереша Четвертый.
– Поехали домой, мама ждет!

– Не могу, - ответил Мижа.
– В другой раз!

– Какой другой раз?! Война же! А в плен попадешь - ты же за всю Врандзию заложник!

В это время король Избании Фазя Девятый кричал своей дочери, которую увидел в другом окне:

– Надаженька! Ты с ума сошла! Здрана в опасности!

– Значит, надо заступиться, - отвечала из окна Надажа.

– Я же занят! Я с Врандзией воюю!
– объяснял Фазя.

– Я же с Избанией воюю, - оправдывался перед сыном Зереша, кивая на Фазю.
– Вон с ним.

– Значит, не надо воевать, - отвечали дети.

– Ну, знаешь ли!
– рассердился Зереша.
– Это пока не твое дело. Он первый полез. Подрастешь - сам будешь воевать.

– Не буду!
– сказал Мижа.

– Это ты сейчас так говоришь. И чему вас только учат! Ну, хватит, поехали. Ты меня любишь?

– Очень люблю, но не поеду!

Переговоры до вечера не привели ни к чему. Королевичи не хотели предавать свою Школу, своего профессора, всю Здрану. И Журига. Журигу-то некуда было ехать, его мама сидела в тюрьме.

Гольгин отец предлагал штурмовать дворец. Вышибить дверь, и дело с концом. Но дверь была еще очень крепкая, а двероломной машины у королей не было. Кто-то нашел за сараями лестницу, ее приставили к окну второго этажа. Покуда спорили, кому первому лезть, лестницу втащили в окно.

Вместо того чтобы ехать в гостиницу, короли расположились вокруг дворца лагерем, жгли костры. Король Анклии пожертвовал в общий котел здоровенного кабана.

– Сам добыл на охоте, - похвастался он. (Хотя купил кабана на базаре в Дазборге и вез домой.)

Самостоятельный долговязый король Доля Второй сделал из кабанятины замечательный шашлык. Гольгин отец, когда ел, чуть не откусил себе палец.

Ночь была теплая, звездная и историческая. Во дворце совещались королевичи. Под стеной у костра - короли.

– Вообще, конечно, жалко эту Здрану, - рассуждали короли, глядя на огонь и вороша угли.
– Поэты у них расплодились, художники. Дороги хорошие. Торговать, переговоры вести удобно. Кабаны вкусные. Одна такая страна, конечно, нужна. А этот солдафон из Тании Здрану захватит - и ведь не остановится...

Словом, ближе к рассвету короли сдались. Решили оказать Здране военную помощь. Фазя и Зереша помирились. (Не обещаю, что навсегда, но помирились.) Признаюсь, по этому случаю все короли хлебнули малость вина. Есть такое пуркунтское вино - только для королей. Зереша Четвертый в ту ночь подружился с королем Пуркунтии.

– Я тебя уважаю, - признался король Пуркунтии.
– Хочешь за наследника твоего свою Дамарку выдам? Она красивая! А в приданое - два графства...

– Да с радостью!
– ответил Зереша.
– Вот еще сына спрошу. Сейчас такое время - надо спрашивать. Два графства - за это уважаю!

– А я уважаю сына, - вмешался Гольгин отец.
– Вот, уже не он меня, а я его слушаюсь. Такому можно доверить королевство. Таким и Бланеду можно доверить!

И все с ним согласились. "Пусть доучиваются, и доверим".

Верьте, читатели, мне без опаски,

Не было в мире правдивее сказки.

В ней нету почти что ни слова вранья,

Все так и было, как выдумал я.

Кто может - поверьте, а кто не поверит,

Пускай на Бланеду летит и проверит.

Кстати, вернется - расскажет о том,