Чтение онлайн

— Разрешите? — Я поклонился.

— Пожалуйста, — ответила она несмело и посмотрела на меня с удивлением.

— Вы одна?

— Как видите. Вообще-то, лучше бы вы меня оставили в покое. — В ее голосе звучала нервозность.

— А тот, кого вы ждете, не устроит мне скандала?

Мой вопрос остался без ответа. Она не желала продолжать разговор. Решил сделать вид, что намерен немного поухаживать за ней.

— Вы прекрасно выглядите. Вам очень к лицу это платье. Прошу вас, улыбнитесь и не считайте меня своим врагом.

— Попробую, — ответила Еленек. Чувствовалось, что, несмотря на события, при которых она со мной познакомилась, я ей симпатичен.

Заказал вино, торт и кофе. Оркестр заиграл вальс. Мы потанцевали и после этого сели за столик почтя друзьями. Полумрак, музыка, вино довершили превращение. Беседовали уже как старые знакомые, шутя и дурачась. Под звуки танго прижал ее к себе, она не противилась моим объятиям. Нелегко обнимать женщину и… помнить, что она подозреваемая. Это существо заключало в себе что-то трогательное. Имею ли я право поддаться своей интуиции, которая не позволяла мне видеть в ней преступницу? Оркестр начал играть мелодию из фильма «Прощание».

Барбара посмотрела мне в глаза и спросила с усмешкой:

— О чем вы задумались?

Вероятно, у меня было глупое выражение лица. Плохо! Умение владеть собой было одним из основных правил моей службы.

— Так, кое-что вспомнил…

— Таких, как вы, тоже беспокоят воспоминания?

— Нехорошо, пани Бася [40] . Почему это вас удивляет? Разве я не нормальный мужчина? Не такой, как другие?

Она не ответила, а я серьезно задумался. Мелодия, прерванная в определенном месте шпионом, подстраивавшимся под коротковолновую станцию Митулы… Почему-то была прервана в этом, а не в другом месте. А может, это сигнал? Последнее либо предпоследнее слово, соединенное со сводкой погоды, могло быть условным шифром.

Вспомнилось, что в ходе войны гитлеровские агенты отдела HW-2 имели задачей перед нападением на Норвегию и Данию сообщать о состоянии погоды и количестве судов в портах, которые собирались атаковать. Полученные данные передавали по телефону, используя закодированные слова о фразы. Виды посылок означали типы кораблей, а результаты ловли рабы — состояние погоды, очень важное для десантных операций. В данном случае сводка погоды тоже могла что-то значить. Но что? Закусил губу, но, вспомнив, где я, постарался опять придать лицу безмятежное выражение.

Оркестр умолк. Мы вернулись к столику, и Бася спросила:

— У вас, вероятно, неприятности? Вы морщили лоб и даже не смотрели на меня. А музыка играла так чудесно!

— Да, пани Бася, и это по вашей вине.

— По моей? — спросила она удивленно.

— Да. Вы со мной не откровенны, это плохо для вас, да и мне тем самым создаете дополнительные хлопоты…

Долго мы разговаривали с Басей. Она много рассказала мне о себе. Старался не упустить никаких деталей. Некоторые из них мне казались неправдоподобными, требовали проверки. По мере своего рассказа она становилась все веселее, как будто сбрасывала с себя тяжелую ношу. Я, в свою очередь, был доволен собой, тем, что дело в этот вечер несколько продвинулось вперед. Если все рассказанное ею было правдой, то… В завершение разговора дал Басе несколько частных советов. Хотел проводить ее, но она не согласилась.

Телефон звонил не переставая. С трудом вынырнув из сна, я высунул руку из-под одеяла и поднял трубку.

— Товарищ капитан, важное донесение!.. Кассирша…

— Что?! Невероятно! Приходите немедленно!

Отбросил одеяло. Бреясь, несколько раз порезался. Такого поворота событий я не предусмотрел. А может, это просто недоразумение? Нет, в таких случаях ошибки почти исключены. Нервными движениями застегивал рубашку, когда раздался стук в дверь.

— Товарищ капитан, вот донесение. — Сержант вытянул из портфеля лист бумаги: выписку на карточки «Скорой помощи» города Быдгощ. Дежурный врач писал:

Значит, маленькое существо в банановом платье погибло. Что крылось за этим? Кто вынес смертный приговор? Было ли это самоубийство? Бросил взгляд на сержанта, он смотрел на меня вопросительно. Что я мог ему сказать? Решил срочно ехать в контрразведку, чтобы на месте изучить документы и разработать план действий. Я не мог отогнать неприятные мысли, думая, что Бася не заслужила такой участи. Молча собрался в дорогу. Решил съездить в Лодзь, там продолжить следствие, а потом вернуться в Быдгощ. Если Гральский в это время был уже в Лодзи, то убийца не он. Вспомнился вчерашний разговор с Басей. Если то, что она говорила, было правдой, версия об убийстве отпадала. Если врала, значит, была связана со шпионами и стала их жертвой.

В отделении госбезопасности меня ждал начальник. Сразу взялись за дело.

— Что докладывает служба наблюдения? — спросил я. Человек уже мертв, а мы должны анализировать каждый его шаг, когда он был еще жив.

— Знаем, что звонила по телефону, — сказал начальник, — а потом пошла в ресторан гостиницы «Интурист». Там к ней подсел какой-то неизвестный мужчина. В первом часу ночи она вышла, он за ней. Ловкий парень! Так крутил по улицам, что наши наблюдатели потеряли его из виду. Ничего, найдем, у нас есть точное описание его внешности.

Я посмотрел на начальника.

— Неизвестный — это я. Разговаривал с этой женщиной, а после ее ухода захотелось прогуляться. Когда заметил хвост, решил проверить способности ваших сотрудников…

— Интересно получается, — смутился начальник. — Как раз хотел распорядиться, чтобы срочно разыскали этого «неизвестного», а он, оказывается, здесь, в моем кабинете.

— Бывает и так. Надеюсь, вы не будете меня ругать за это?

— Конечно, нет. А наблюдателям уши оборву.

— Простите им эту оплошность. Это мне нужно было бы надрать уши, если я не оторвался от ваших товарищей. Но это все пустяки. Какие результаты дальнейшего наблюдения за пани Еленек?

— Прямо из гостиницы, не задерживаясь, ни с кем не разговаривая, отправилась домой. Только один раз, на улице Первого Мая, обернулась, посмотрев вслед проходившей мимо парочке. Через несколько минут погасила в квартире свет.

— Не шел ли за ней кто-нибудь кроме ваших наблюдателей?

— Не замечено.