Чтение онлайн

Инженер Сыбурак оказался высоким, худощавым мужчиной в роговых очках, темные взъерошенные волосы свисали на лоб, каждую минуту он их нетерпеливо поправлял. Поручник Врубель, улыбающийся, с полным добродушным лицом, произвел на меня хорошее впечатление. Генерал представил меня инженерам. Они были удивлены моим присутствием.

— Ваше изобретение находится в стадии конечных испытаний, — объяснил им генерал. — Защита никогда не помешает, а капитан, — здесь генерал любезно мне улыбнулся, — будет заниматься охраной «Базылишка» от… — генерал на мгновение запнулся, — ухищрений агентов иностранной разведки. Ну, он сам обговорит с вами некоторые подробности.

— Меня интересует, сколько человек посвящены в тайну изобретения, — сказал я, — это первое. А второе — не обратили ли вы внимание в своем кругу на людей, которые стараются установить с вами близкие контакты?

Молодые инженеры посмотрели друг на друга, а затем на генерала. Немного подумали, потом решительно заявили: «Нет».

— В таком случае, прошу перечислить людей, которые работают вместе с вами над изобретением.

Назывались фамилии, я записывал. Следующим был вопрос о внесении изменений в проект. Я спросил об этом инженера Сыбурака. Вопрос был для него неожиданным, но он быстро собрался с мыслями.

— Я работал над этим очень много. Сначала не получалось — ошибку нашел через неделю.

— Был ли определен конкретный срок работы?

— Я сроков не назначаю, — вмешался генерал. — Они сами знают: чем быстрее, тем лучше, — добавил он, улыбнувшись.

— Конечно, ему было не легко. Мне его было жалко, — подтвердил поручник Врубель, к которому я не обращался с вопросом.

— Так всегда бывает, что после неудачи очень тяжело найти свою ошибку. Но в конце недели все выяснилось, и до окончания расчетов я не выходил из конструкторского бюро всю ночь.

— Когда это было?

— С субботы на воскресенье, — коротко ответил Сыбурак.

— А люди, конвоирующие вас от института до Гданьска, все время находились с вами?

Сыбурак растерялся. Он встал с кресла, затем опять сел. Долго молчал, потом сказал:

— Не помню. Правда, не помню, я был очень уставшим.

— Вспомните, это очень важно. — Генерал задвигался на стуле. — Очень важно!

Сыбурак выглядел так, как будто вот-вот потеряет сознание. Попросил воды. Поручник Врубель подал ему, он отпил несколько глотков и посмотрел на меня. Я не настаивал, взглядом попросил генерала, чтобы он больше ничего не спрашивал.

— Действительно, вид у вас усталый. Оставим пока это. Вернемся к нашему разговору в другой раз.

Генерал встал, беседа была закончена.

Институт радиолокационной техники охранялся хорошо. Он был расположен в лесу, обнесен солидным забором. Имел отличную сигнализацию, много вышек с охраной. Над зданиями поднимались в небо огромные антенны разной формы. Для постороннего зрелище было удивительным.

Я приехал сюда как новый инспектор управления. Сыбурак и Врубель остались в Варшаве под предлогом, что работают над подготовкой будущих испытаний. По моей просьбе генерал не утвердил их предложения. Я сделал это специально. Мне нужно было выяснить, с кем они войдут в контакт после разговора с генералом и кого будут информировать. Кроме того, я приказал вести наблюдение за людьми, которые их окружали. Предполагал, что, если шпион получит распоряжение повторно добыть планы, он должен будет сконтактироваться с Сыбураком. Он это сделает только в случае, если у него нет копии микрофильма, который был передан связной.

В институте, как и во всех лабораториях, тишина, сотрудники одеты в белые халаты и работают на своих местах у сложной аппаратуры…

Осмотрел кабинет Сыбурака. В нем стоял сейф с автоматической сигнализацией. Сама комната также хорошо охранялась.

Следующим моим делом была «прогулка» в районный центр, в трех километрах от института. Там находился отдел службы безопасности. По дороге я обратил внимание на жилые дома сотрудников института. Сыбурак же жил отдельно — в центре города. Для меня этот факт был очень важным.

В кабинете местного начальника службы безопасности мы были вчетвером. Намеревались поговорить о сведениях, собранных об инженере Сыбураке.

— Есть уже много интересных деталей, — начал худощавый блондин. — Начну с начала наблюдения. В последнее время, как установлено, Сыбурак работал очень напряженно…

— Извините, товарищ, — перебил начальник, — «в последнее время» — неточное определение. Сыбурак постоянно много работал, это настоящий труженик.

— Ночь на восьмое июля он провел в институте. Получается, что специально задержался, ибо в субботу после обеда заказал на воскресенье, на семь утра, конвоиров, с которыми должен был ехать в Гданьск. Машину вызвал на полседьмого и распорядился, чтобы она ждала его возле дома.

— А дальше?

— Сыбурак закончил свою ночную работу в шесть утра. На институтской машине приехал домой. Водителя не предупреждал, что тот будет ему нужен. Через полчаса позвонил насчет конвоиров и машины.

— Что знаете о его портфеле?

— Портфель он забрал с собой.

Я хотел задать вопрос, но начальник упредил меня, объясняя:

— Разрешения не требовалось, Сыбурак был в списках тех, кому разрешалось вносить и выносить портфель без проверки.

— В котором часу он выехал из дома?

— После семи. Поезд отходил в семь часов сорок три минуты.

— Из этого следует, что Сыбурак около часа держал у себя портфель с документами без охраны.

— Имеем показания конвоиров. Они подтверждают наблюдения нашего товарища, — включился заместитель начальника. — У них создалось впечатление, что Сыбурак был чем-то взволнован.

«Интересно, — подумал я, — гоняемся за шпионом более двух месяцев, а все данные говорят о том, что он находится в этом районе». Спросил местных товарищей, что они еще могут сказать о молодом инженере.

— О нем самом ничего. В то время как его окружение… Прежде всего жена Сыбурака, Галина… Женщина легкомысленная, сплетница и болтунья. Не понимает и не ценит мужа. Докучает ему упреками, что он о ней забывает, думает только о работе.

— Ну и что из этого? Не вижу пока никакой связи с нашим делом.

— Подождите, — сказал начальник, — ее лучшая школьная подруга — жена заведующего воеводским торгом фруктами Стануковского. Год назад его сотрудник и приятель сбежал за границу, так как его ждал арест за растрату. Стануковский, кажется, знал о его махинациях, но никаких доказательств не было.

Это уже кое-что… Надо подумать, как связать эти сведения с моими поисками. Однако самое важное — это с кем Сыбурак встречался утром в воскресенье, когда документы с планами «Базылишка» были у него. Поставил задачу товарищам, чтобы выяснили это, а сам поехал в Варшаву.