Одержимость
Шрифт:
А потом: «Значит, вот что чувствуют целители? Неудивительно, что Робу нравится этим заниматься. С этим ничто не сравнится, ничто… особенно если правда хочешь помочь».
Но большую часть времени Кейт вообще не думала. Она просто испытывала это, ощущала, как Габриель постепенно утоляет голод, как его отпускает жажда. Она чувствовала изумление Габриеля, его восторг.
Он больше не был зверем, он стал Габриелем. Тем Габриелем, который пытался защитить ее от огромного кристалла Зетиса, Габриелем, у которого в глазах стояли слезы, когда он рассказывал о своем прошлом. Кейтлин вдруг поняла, что снова оказалась внутри его стен. Она прикоснулась к тому Габриелю, который прятался от всего мира.
«Так совсем по-другому»
Мысль была тихой, как шепот, но потрясла Кейтлин своей силой и яркостью. Кейт ощутила благодарность и еще что-то, похожее на трепет.
«Совсем не так, как… когда я забирал энергию раньше… когда я забирал ее прошлой ночью… это было по-другому».
Сознание Габриеля открылось для Кейт теперь, и она знала, что он имеет в виду. Она видела девушку со спутанными волосами и татуировкой единорога на икре. Она могла сказать, какой страх и какое отвращение испытывала эта девушка прошлой ночью.
«Она делилась с тобой против воли, — ответила Кейт. — Ты принудил ее, она не хотела помочь тебе. А я хочу».
«Почему?»
Одно слово, по силе равное удару. Кейт ощутила руки Габриеля на своих плечах, когда он послал ей эту мысль. Раньше Кейтлин не чувствовала тело, но теперь осознала, что они с Габриелем приникли друг к другу и все еще соприкасаются в точке обмена энергией. Девушка с вьющимися волосами, новая жертва Габриеля, лежала рядом.
«Почему?» — грубо повторил он, требуя ответа.
«Потому что ты мне небезразличен!» — выпалила Кейтлин.
Поток передаваемой энергии начал слабеть, но Кейт все еще чувствовала, как она изливается из нее в Габриеля. И еще она чувствовала, как откуда-то издалека накатывает слабость, но не стала обращать внимание.
«Потому что меня беспокоит то, что происходит с тобой, потому что я…»
Вдруг, без всякого предупреждения, Габриель отпрянул. То, что она хотела мысленно передать ему, было утеряно.
Разрыв контакта стал не меньшим по силе ударом, чем его появление. Кейтлин распахнула глаза. Она снова видела мир, но не чувствовала себя зрячей. Даже присутствие Габриеля в сети не шло ни в какое сравнение с близостью, которая возникала во время прямой передачи энергии.
«Габриель…»
— Достаточно, — вслух ответил Габриель. — Я уже в порядке. Ты сделала, что хотела.
— Габриель, — сказала Кейтлин; ей вдруг стало ужасно грустно.
Не думая, она потянулась, чтобы коснуться его лица.
Габриель отшатнулся.
Обида и чувство потери захлестнули Кейт. Она поджала губы.
— Не надо, — Габриель посмотрел в сторону и тряхнул головой. — Черт, я не хочу тебя обидеть! — резко бросил он — Просто… неужели ты не понимаешь, насколько это опасно? Я мог лишить тебя жизненных сил. Я мог убить тебя. — Он снова повернулся и посмотрел Кейтлин в глаза с таким ожесточением, что ей стало страшно. — Я мог тебя убить, — повторил он, делая ударение на каждом слове.
— Но не убил. Я прекрасно себя чувствую.
Голова перестала кружиться, а может, и не кружилась вовсе. Кейтлин уверенно смотрела на Габриеля. В свете луны его глаза были такими же черными, как волосы, а бледное лицо — сверхъестественно красивым.
— Я экстрасенс, а это значит, у меня больше энергии, чем у обычного человека. Видимо, у меня ее было достаточно, чтобы поделиться с тобой.
— И все равно это опасно. И если ты прикоснешься ко мне, есть риск, что я заберу еще.
— Но ты сейчас в полном порядке. Ты сам сказал, и я это чувствую. Тебе просто не нужно больше.
Последовала пауза. Габриель опустил глаза.
— Да, — неохотно признал он, и Кейтлин удивила его растерянность. — И я… спасибо тебе.
Он произнес это с запинкой, как будто у него не было опыта таких признаний, но, когда он поднял глаза, Кейт поняла, что он говорил искренне. А еще она уловила в его словах поистине детскую благодарность, которая так не вязалась с лицом, словно высеченным из камня, и жестко очерченным ртом.
У Кейт комок подступил к горлу. Все, что она могла сделать, — это сдержаться, чтобы снова не потянуться к нему.
— Габриель, это все из-за кристалла? — как можно более беспечно спросила она.
— Что?
Он как будто понял, что подпустил ее слишком близко, и отвел взгляд.
— Ты изменился. Ты не испытывал раньше такой жажды, пока мистер Зетис не заставил тебя войти в контакт с кристаллом. А теперь у тебя на лбу шрам, и ты стал другим…
— Стал настоящим энергетическим вампиром, — Габриель усмехнулся. — Именно это подозревали в исследовательском центре в Дареме… но у них не было уверенности. Никто не может знать наверняка.
— Я не совсем это хотела сказать. Я имела в виду, что ты изменился, и я заметила это не сегодня вечером. Ты стал намного сильнее, научился вступать в контакт с людьми вне сети, хотя раньше не умел.
Габриель с отсутствующим видом потер лоб.
— Наверное, это из-за кристалла, — согласился он. — Кто знает, может, так его и используют. Может, Зетис хочет, чтобы мы стали рабами этого… голода.
От такого предположения у Кейтлин перехватило дыхание. Она думала, то, что случилось с Габриелем, это побочный эффект, который произошел случайно, когда кристалл сжег слишком много энергии Габриеля. Но мысль о том, что кто-то мог поступить так намеренно… Изменить сущность человека с определенной целью…
— Омерзительно, — как бы между прочим заметил Габриель. — То, во что я превратился, омерзительно. И я боюсь, это навсегда, во всяком случае, не вижу вариантов.
Он видел, что Кейтлин в ужасе, и это его задело. Кейт попыталась придумать что-нибудь, чтобы он расслабился, и решила вести себя непринужденно.
— Что ж, зато теперь мы знаем, как с этим справляться, — заявила она. — А сейчас тебе не кажется, что нам лучше вернуть девушку? А потом расскажем обо всем Робу. Он поможет или даже придумает, как…
Кейт начала подниматься, но Габриель грубо усадил ее обратно.
Его черные глаза сверкали ненавистью и злобой.
Глава 7
— Нет! — прорычал Габриель. — Мы ни-че-го не станем рассказывать Робу.
— Но… но ребята должны знать… — изумилась Кейтлин.
— Они не должны ничего знать. Они мне не сторожа.
— Габриель, они будут спрашивать. Они тоже о тебе беспокоятся. А Роб, возможно, способен тебе помочь.
— Я не нуждаюсь в его помощи, — отрезал Габриель.