Чтение онлайн

Парные узы стиснули мое сердце в тиски и сдавили, побуждая пойти к нему, помочь ему, защитить его от источника этой боли. Но я не могла сдвинуться ни на дюйм благодаря властному bastardo, который в данный момент блокировал дверь.

— Я оторву тебе башку за это, — зарычала я на него, но Кейн даже не моргнул, хотя по тому, как напряглись мышцы его левой руки, я поняла, что проклятие доставляет ему сейчас некоторые проблемы. — Это не защитит меня, разве ты не видишь? Ты просто держишь меня в ловушке и позволяешь им вырывать мое сердце из груди по кусочкам. Я должна пойти к ним. I miei compagni della luna27. — Последняя фраза прозвучала сдавленно, и я боролась с желанием сломаться, снова напрягаясь против клейкой ленты. Я не могла сломаться. Не здесь. Не сейчас. Я была нужна им, и я не была слабой сукой, которую можно победить. Я была их парой и отказывалась бросить их. Просто в данный момент у меня не было особого выбора.

— Я защищаю тебя, — огрызнулся Кейн, его глаза вспыхнули решимостью, и он стиснул зубы, борясь с болью, которую проклятие явно причиняло ему.

— Тогда почему твое проклятие растет? — Я зарычала. — Расскажи мне об этом. Если то, что ты делаешь, правильно для меня, то почему оно пробирается под твою кожу и зарывается в твои кости, пока мы говорим?

— Ты это контролируешь, — обвинил он.

Я разразилась невеселым смехом.

— Нет, босс, я не управляю Луной. Она управляет мной. И я чувствую ее силу, прожигающую воздух, так же, как чувствую, как колотится в груди мое сердце. Луна знает, что ты делаешь мне больно, и поэтому делает тебе больно в ответ.

— Я не причиняю тебе боли, — настаивал он. — Я оберегаю тебя. Там все хотят убить тебя, все заключенные жаждут отведать твоей крови. Здесь ты больше не лидер Оскура, Розали! Ты просто девушка, которую я не могу видеть…

Кейн прервал себя и отвернулся от меня, устремив взгляд на экраны — не то чтобы это принесло ему большую пользу. Кто-то из заключенных явно решил уничтожить камеры, и теперь функционировала только пара из них, ни одна не давала нам никакой информации о том, где находятся остальные и что с ними происходит.

— Чтобы видеть что? Что мне больно? Потому что ты причиняешь мне боль прямо сейчас, делая вот так. Ты вырываешь куски из моей души и поджигаешь их. Они мне нужны, Мейсон. Мне нужно идти к ним и защищать их, и, черт возьми, я даже умру вместе с ними, если до этого дойдет. Неужели ты этого не понимаешь? Неужели ты даже не можешь попытаться понять, каково это — ценить жизнь другого человека выше своей собственной из-за того, что ты к нему чувствуешь?

Кейн резко обернулся, словно решил, что я пытаюсь его обмануть или заманить в ловушку, но во мне уже не осталось ни капли хитрости. Я была просто избитой, сломленной девушкой с не сбывшейся мечтой и сердцем, которое вот-вот вырвется из груди без моих партнеров.

— Пожалуйста, — вздохнула я, и слеза, вырвавшись на свободу, стремительно покатилась по щеке.

У Кейна отвисла челюсть, он перевел взгляд с меня на экраны и снова встретился с моим. Стальной серый цвет его зрачков, казалось, затвердел, прежде чем он яростно тряхнул головой.

— Нет, — рявкнул он. — Я не отправлю тебя на смерть.

Моя грудь раскололась на две части от его слов, а в ребрах вспыхнула боль, давая понять, что Итану снова причинили вред. Я откинула голову назад и завыла — длинная, низкая, заунывная мелодия, в которой я пела о своей душевной боли в небо над нами и умоляла Луну помочь мне.

Кейн выругался и упал передо мной на колени, одной рукой упираясь в пол, а другой отчаянно хватаясь за комбинезон. Он разорвал ткань, и я затаила дыхание, обнаружив, что метка проклятия покрывает всю левую сторону его тела, а серебристые лозы розы ползут вверх по горлу и пересекают грудь, словно целясь в сердце.

Мышцы Кейна напряглись от мучений, которые причиняло ему проклятие, вены вздулись, а с губ сорвалось рычание боли, и, когда его взгляд снова встретился с моим, я увидела, что по его лицу из глаз стекает кровь.

— Мейсон, — выдохнула я в панике, дернувшись еще раз против своих пут, пока он оставался на четвереньках, поверженный передо мной и изо всех сил пытающийся удержаться на ногах.

— Розали Оскура! — Голос Густарда, усиленный магией, внезапно разнесся по тюрьме, и мое сердце замерло, когда я задержала взгляд на Кейне, чтобы услышать, что еще хотел сказать мне этот психованный bastardo. — Нам с тобой давно пора провести время вместе. Поэтому я буду делать все очень просто. У тебя есть один час, чтобы найти дорогу сюда, в столовую, или я начну забирать головы у твоих верных маленьких последователей.

Наступила тишина, и я снова завыла, борясь со своими ограничениями и яростно рыча.

— Ты должен меня отпустить, — настаивала я, сопротивляясь так сильно, что стул, к которому я была привязана, начал подпрыгивать на полу.

— Я не могу! — неожиданно прорычал Кейн, метнувшись ко мне и наклонившись, чтобы зарычать мне прямо в лицо. — Неужели ты не понимаешь? Я не могу просто отпустить тебя и смотреть, как ты идешь к своей смерти от рук этого психопата. Весь этот твой план был безумным с самого начала, но теперь ты должна понять, что все закончилось. Все кончено. У тебя не осталось ни удачи, ни идей, да и времени тоже. Просто признай это, Розали. Просто прими это. Ты не сможешь вытащить их всех отсюда… но это не значит, что и для тебя все кончено.

Я смотрела на него, наблюдая, как капля его крови стекает по щеке, словно слеза из глаза, а затем падает и разбивается о колени моего комбинезона.

— Оставь это, Розали. Ты сделала все, что могла, больше, чем смог бы любой другой фейри на твоем месте. Но этого было недостаточно. Потому что это место непроницаемо. Ты не сможешь вырваться. Ты знаешь это так же хорошо, как и я, — сказал Кейн, его голос звучал умоляюще.

— Я не знаю, — ответила я прерывающимся шепотом, сердце трепыхалось в груди, как крылья колибри. — Я не знаю этого и отказываюсь даже на секунду допускать мысль о том, что это может занять место в моем сознании.

— У тебя еще есть шанс, — умолял Кейн. — Шанс для нас, если ты действительно имела в виду хоть что-то из того, что сказала мне. Потому что рано или поздно охранники, или ФБР вернут это место под свой контроль. Но у тебя есть твои дары Луны. Ты можешь спрятаться рядом со мной, я смогу защитить тебя и вытащить отсюда. Не стоит тратить свою жизнь на безнадежную мечту. — Его руки так крепко вцепились в ручки моего стула, что я была уверена — это единственное, что удерживало его от агонии проклятия, пылавшего в его жилах.

Я смотрела на него, наблюдая, как кровь медленно стекает по его лицу из уголков глаз, и сдерживала свой пыл, пытаясь показать ему свою боль от того, что оказалась заперта здесь, пока мои партнеры были в беде.

— Проклятие причиняет тебе боль, потому что ты причиняешь боль мне, — твердо сказала я ему, желая, чтобы он меня услышал. — Разве ты не понимаешь? То, что ты держишь меня вдали от них, причиняет мне боль, разрывает мою душу и разрывает меня изнутри. Я не могу дышать, зная, что им больно где-то, что они нуждаются во мне, ждут меня. Как, по-твоему, я переживу это, если ты заберешь меня отсюда и оставишь их? Ты бы проклял меня на жизнь в страданиях, тоске и угасании без них.