Чтение онлайн

– А если не хватит жратвы? Что тогда делать будем? – не унимался Финч.

– А если не хватит жратвы, мы съедим тебя, сынок – ответил за Рудакова Ворон.

И ссыльные дружно захохотали, глядя на перепуганного до смерти хакера.

– Да, пошутил я – улыбнулся старый бандит – Зачем нам кушать тебя, когда возле душевой уже валяется готовый кабанчик.

Побледнев словно мел, Дик зажал рукой рот и помчался по проходу в сторону ватерклозета.

– Ну, что ж! – произнёс Ворон, когда зэки вдоволь поржали – Давайте, джентльмены, отметим наш второй день рожденья. Сегодня пьём все и без ограничений.

Он хотел ещё что-то добавить, но в этот момент раздался треск и из динамиков салона зазвучал разгневанный мужской голос:

– Ракета №2064, говорит капитан универсального десантного корабля «Уинстон Черчилль». Приказываю вам, ублюдки, немедленно включить режим торможения. Иначе я превращу всех вас и ваше вонючее корыто в космическую пыль.

Ссыльные моментально притихли и растеряно уставились на Ворона. В жилом модуле повисла мёртвая тишина, которую вновь нарушил тот же голос. Правда, говорил он теперь намного спокойнее:

– Я полковник Мэт Картер – офицер флота Дома Виндзор. Мой корабль выполняет спасательную миссию по переправке на планету Марс пассажиров ракеты №2064. Если, по каким-либо причинам, исполнение данной миссии станет невозможным, я обязан уничтожить неуправляемый объект, как представляющий угрозу спутникам и космическим станциям. Надеюсь, вы меня услышали и примете правильное решение.

– Давай! Включай этот чёртов режим! Пока нас не разнесли на мелкие куски – скомандовал Ворон – Праздник отменяется.

Даже с включённым режимом торможения, десантному кораблю потребовалось не менее двух часов, чтобы нагнать и взять под свой контроль управление ракетой. Что спасательные работы подходят к завершению, ссыльные поняли, когда в салоне погас свет и отключилась гравитация. К счастью, пассажиры уже находились на своих местах, и никто не пострадал, кроме несчастного диспетчера. Впрочем, бедняге уже было всё равно. Его бездыханное тело свободно парило в непроглядной темноте жилого модуля. Видимо бортовой комп был полностью отключен, так как ракету несколько раз неслабо тряхнуло. Наконец в салоне вновь появилась гравитация, но она, по всей видимости, уже принадлежала десантному кораблю, а не ракете. В тот же миг грохнуло об пол тело мёртвого скандалиста.

– А если б он промолчал, сейчас жив был бы – вздохнул Дик.

– От сюда мораль. Надо меньше болтать – философски заметил Сунь.

– Как вы думаете, они не врут, что отправят нас к Марсу? – с тревогой в голосе спросил Финч – Могут ведь и замочить.

– Хотели бы замочить, уже замочили бы – ответил Александр – Зачем им тогда возиться с нашей ракетой.

– Вот и я не понимаю, зачем? – произнёс Сунь – Не верю я в бескорыстие бессмертных. Для чего-то мы им понадобились. И как же этим гадам удалось выжить при столкновении на таких скоростях?!

– Скорость столкновения была не такой уж и большой – пояснил Рудаков – Отстреленная ступень по инерции двигалась за нами, а не навстречу кораблю. Кроме того, у любого космического судна имеется анти-метеоритная защита. Вот она и смягчила удар.

Раздалось шипение запорного механизма люка и через пару секунд во мрак жилого модуля ударил луч яркого света.

– Выходить по одному. Руки на виду. С собой ничего не брать. Первый пошёл – прозвучал снаружи чей-то строгий приказ.

Так как из зэков никто не торопился покинуть салон, первым к люку отправился Ворон, а уже следом за ним потянулись и остальные ссыльные. Александр, Сунь, Дик и профессор выбрались через люк последними. Вид ракеты Рудакова поразил. То, что от неё осталось, было абсолютно чёрным, словно вынутым из огромной печи. А вдоль этого обугленного цилиндра, под дулами автоматов целой роты десантников, уже стояли спасённые пассажиры. Оружие у солдат было облегчённым – предназначенным для стрельбы внутри летательных аппаратов и космически станций. Однако, даже выстрел из такой «пукалки» мог стать для зэков смертельным. Лица бойцов скрывали шлемы, но слишком чёткий строй и однообразная манера держать оружие, сразу выдавали в них андроидов. А значит и вести себя надо было предельно осторожно. Ведь любое нестандартное движение рукой или ногой роботы могли воспринять, как акт агрессии. Впрочем, руководил андроидами человек. Он был, в мундире ярко-красного цвета, левый лацкан которого украшал герб Дома Виндзоров. И хотя офицер выглядел довольно молодо, он вряд ли являлся бессмертным. Судя по одному ромбику на погонах.

– Почему не все?! Где шестидесятый?! – строго спросил младший лейтенант, когда зэки покинули жилой модуль ракеты.

– А он того… Отлетался – продемонстрировал офицеру свою золотую улыбку Вольф.

Толпа зэков взорвалась хохотом, видимо вспоминая последний полёт несчастного диспетчера.

– Молчать! – заорал, срывающимся голосом, младший лейтенант – Строится в две шеренги.

Судя по вспотевшей физиономии, молодой офицер явно испытывал дискомфорт под взглядами таких простых и непосредственных парней с планеты Земля. В этот момент тяжёлая металлическая дверь распахнулась и в шлюз вошёл ещё один офицер. Он тоже не принадлежал к бессмертным, судя по седым волосам и глубоким морщинам. В отличии от, командовавшего десантниками, младшего лейтенанта, на вошедшем был чёрный мундир. А золотые погоны с короной и двумя перекрещенными жезлами, говорили о его принадлежности к высшему командному составу. Служба бессмертным считалась у землян довольно престижным делом. Она хорошо оплачивалась и к тому же имелся серьёзный бонус в виде разового омоложения по завершении контракта.

– Профессор Болман, выйти из строя – объявил вновь вошедший голосом командира корабля.

Обречённо вздохнув, Гарри выполнил приказ. Судя по трясущимся коленям, профессор опасался, что его расстреляют прямо в шлюзовом помещении. Но Мэт Картер лишь велел учёному следовать за ним. Когда командир корабля и профессор покинули шлюз, лейтенант приказал зэкам положить руки себе на голову и повёл вдоль узких коридоров десантной посудины. Затем спасённых зэков разместили в шести каютах, рассчитанных на десять человек. Комнаты представляли из себя небольшие узкие ниши с пятью двухъярусными лежаками. Видимо они предназначались для андроидов, которые здесь тупо лежали в режиме ожидания. Копировальным принтером в каюте даже и не пахло. Зато можно было нормально отдохнуть в горизонтальном положении. Ещё имелись настенные часы с календарём, не очень понятно зачем. Ведь у каждого андроида в мозгу имелся свой хронометр.

Устроившись на одном из нижних лежаков, Рудаков довольно быстро уснул. Его сокамерники поступили так же. После пережитого напряжения организму требовался отдых. Разбудили их в четырнадцать часов пятнадцать минут по корабельному времени и, построив в одну шеренгу, повели обедать. Кормёжка оказалась довольно скромной – каша, хлеб и чай. Никаких тебе разносолов или вина. Зато охраны поубавилось. И вооружены андроиды были не «пукалками», а электрическими дубинками. Собственно, никаких эксцессов во время кормёжки не случилось. Через пять минут, зэков опять построили и вернули в камеру. Но продолжить сон у них не получилось. Не прошло и получаса, как дверь вновь отворилась, и тот же самый младший лейтенант велел перепуганному Дику следовать за ним. Финч отсутствовал минут пятнадцать, а когда вернулся, радостно объявил, что его водили на обычный допрос. Так молодой офицер уводил одного ссыльного за другим. Наконец он вызвал Александра. Под конвоем двух андроидов Рудакова привели в небольшой кабинет, где за столом уже поджидал Мэт Картер. А посредине комнаты возвышалось большое мягкое кресло с тем самым судебным колпаком, общения с которым Александра лишили во время следствия. Кроме капитана в кабинете присутствовал ещё один седовласый мужчина в белом медицинском комбинезоне с красным крестом на нагрудном кармане.

– Проходите и присаживайтесь в кресло – вежливым тоном пригласил он – Не бойтесь. Процедура безболезненная.

А Рудаков и не боялся. В нём опять проснулась надежда, что справедливость-таки восторжествует. И он очень скоро вернётся домой.

Процедура допроса под судебным колпаком оказалась не просто безболезненной, а даже приятной. Лёжа в мягком кресле, Александр чувствовал лёгкую эйфорию. Словно его мозг держат чьи-то тёплые и очень нежные руки. Скоро Рудаков впал в нечто похожее на неглубокий транс. Александр слышал, как Мэт Картер задаёт вопросы, но смысл ускользал от его разомлевшего сознания. Собственно, ответов от Рудакова никто и не требовал. Они считывались судебным колпаком непосредственно из башки Александра. Однако, всё хорошее рано или поздно заканчивается и колпак наконец вернул сознание Рудакова в естественное состояние. Александр глянул на командира корабля, надеясь уловить хоть какой-нибудь одобрительный кивок или обнадёживающую улыбку. Но Картер был всё так же спокоен и суров, словно ничего необычного в мыслях Рудакова он не заметил. Поэтому, Александр решился задать командору вопрос.

– Сэр, я могу рассчитывать на пересмотр моего дела? – поинтересовался он, слезая с кресла.

– Это решаю не я – буркнул Картер, даже не взглянув на Рудакова – Была бы моя воля… Я таких, как ты и твои дружки… Без суда и следствия… Уводите!

Обескураженный подобным ответом, Александр вернулся назад в каюту. Рудаков не мог понять, что в его мыслях так разозлило капитана корабля. Как бы там ни было, но едва вспыхнувшая надежда на справедливость, вновь угасла. Остальные сокамерники делились впечатлениями о допросе судебным колпаком, только один Рудаков молча лежал на своих нарах и тупо пялился в сетку верхнего лежака.