Чтение онлайн

— Мама сказала, что похороны состоятся в этот четверг, — сказал Адам, раскачиваясь в кресле рядом с диваном, сжимая темно-бежевую подушку.

Мистер Уолтер глубоко вздохнул.

— Да.

Мне не верилось, что они говорили о похоронах Джои. Мне хотелось закрыть руками уши, чтобы только заглушить эти слова, хотелось закричать так громко, чтобы меня поглотила новая реальность, заполнившая мою жизнь. Но я знала, что мне нужно держать себя в руках. Хотя бы до того мгновения, когда я окажусь в своем чулане, прижимая к губам свитер Джои, пытаясь подавить плач.

— Мы попросили бейсбольную команду нести гроб, — продолжила миссис Уолтер. — Мы бы хотели, чтобы вы все сидели рядом с нами в первом ряду. Я подумала, может, вы бы могли что-нибудь прочитать. Все вместе. Или как-то иначе, как вам покажется…

Она уронила голову, зажмурилась. Ее тело начало трястись. Мистер Уолтер подошел к жене, погладил ее плечи.

— Еще мы подумали, что вы захотите записать несколько дисков на прощание, — сказал мистер Уолтер. — Я уверен, вы лучше знаете, что…

— Будет прощание? — я напряглась.

Мистер Уолтер шмыгнул носом.

— Мы подумали, это важно.

— Оу, — ответила я, сжимая ладони. Я представила себе тело своего парня, лежащее в гробу, и меня затошнило. Но заданный следом вопрос еще больше усугубил положение. Два слова, нахлынувшие на меня внезапной и лихорадочной волной.

— Что случилось? — спросила мать Джои. Ее глаза пристально меня разглядывали.

— Триша, — сказала миссис Уолтер. — Мы решили, что не будем…

— Я знаю, Джои дикий… был диким и невероятно бесстрашным. Я никого ни в чем не обвиняю. Я очень благодарна, что он не был один, что именно ваши лица он увидел последними. Но мне нужно понять, — ладони миссис Уолтер сжались в кулаки. — Что произошло в субботу?

Сердце разрывалось у меня в груди, каждый вдох давался с таким трудом, что казалось, будто я вот-вот упаду в обморок.

— Я уже рассказывал вам сегодня утром, — сказал Адам. — Мэгги ничего не помнит с того момента, как они с Джои поднялись по тропе.

Я посмотрела на Адама, едва ли понимая, что ему уже пришлось с ними поговорить. Что он уже говорил с ними обо мне.

— Мэгги, — сказала миссис Уолтер, — ты можешь мне что-нибудь рассказать?

Казалось, мое горло вот-вот сомкнется. То, что я не могла ничего вспомнить, вызывало у меня чувство вины — ведь я выжила, а Джои нет.

— Я пытаюсь увидеть, пытаюсь вспомнить, но… — с трудом проговорила я.

— И все же… ты была с ним? Там, наверху?

Я закрыла глаза, мечтая уйти и не встречаться с тем, что меня ждало. Я увидела, как деревья медленно раскачиваются из стороны в сторону. Затем мой взгляд скользнул по толстым стволам, задержался на моих друзьях, в ожидании стоявших на берегу омута.

— Только не смотри вниз слишком долго! — крикнул Адам.

Мои глаза распахнулись. Я увидела Адама. Он откинулся в кресле, внимательно рассматривая меня.

— Адам сказал не смотреть вниз слишком долго, — проговорила я. Это точно должно быть правдой. То, каким мне виделось его повернутое ко мне лицо, то, как его голос отражался от скал, — это напоминало кино, которое показывают на невидимом экране.

— Да, — прошептал Адам. — Так и было.

— Погоди, — сказала Шэннон, быстро переводя взгляд с меня на Адама и обратно. — Ты что-то вспомнила? Что-то новое?

Я пристально посмотрела на то, как ее длинные ресницы смахивали мгновения в унисон с секундной стрелкой часов на каминной полке, заметила, что ее немытые волосы спутались, проследила взглядом, как линия ее шеи перешла в линию плеча и заскользила дальше по загорелой руке. Мелькнула еще одна картинка.

Танна нюхает руку Шэннон. Короткая ухмылка на лице Шэннон. Всего одно слово моим голосом: «Стерва». А вот голос Джои: «Отчасти за это мы ее и любим». Звуки эхом отскакивают от каменной оболочки моей головы. Я все еще чувствую взгляд — карие глаза Шэннон, гладкая бархатистая кожа ее щек, земляничного цвета губы.

— Мэгги? — напряженным высоким голосом позвала Танна. — Ты в порядке?

— Нет, я… — я пыталась восстановить сбитое дыхание, понимая, что мне придется солгать. Теперь, пережив новые вспышки воспоминаний, я должна была восстановить общую картину, прежде чем что-то рассказать. — Прошу прощения. Я ничего больше не помню. Только как я поднимаюсь наверх. Как я стою наверху. — Я посмотрела на миссис Уолтер. Из моих глаз потекли слезы. — Я не знаю, что произошло. Я бы хотела что-то рассказать. Но все просто… просто пропало.

Адам поднялся с кресла, и все посмотрели на него. Я хотела воспользоваться шансом улизнуть, нырнуть в одну из этих фотографий и просто соскользнуть назад в прошлое.

— Мне кажется, он пытался сделать один из своих дурацких трюков, — сказал Адам, наклонился вперед, достал несколько фотографий и начал их перебирать.

— Он просто сходил с ума наверху, — Пит погладил ладонью мое колено, давая понять, что все они готовы прикрыть мне спину. Это было хорошо, потому что мне казалось, что я не выдержу новых вопросов. — Так или иначе, мы все ему говорили остыть.

— Джои? — переспросил Райлан. — Остыть? Думаете, он знал значение этого слова?

Пит и Адам усмехнулись. Танна переползла поближе ко мне, с теплотой глядя в мои глаза, и села у моих ног, прикрывая меня своим телом. Шэннон опустилась рядом, практически утопая в диванных подушках.

— Нам сказали, что он ударился головой, — проговорил мистер Уолтер. — И что вы все бросились в воду, чтобы вытащить его на берег.

— Кроме Шэннон, — ответил Пит. — Она бросилась за телефоном.

— В тот момент, когда он не поднялся на поверхность и не отвесил очередную идиотскую шутку, — прошептала Шэннон, — я поняла, что все плохо.

— Он все еще дышал? — спросил мистер Уолтер.

— С трудом.

Танна прижала ладонь к груди, глубоко вдохнула и, протянув ко мне руки, обняла пальцами мою голень.

— Я этого не знала, — моя грудь начала сжиматься. Я огляделась на тех, кто был в комнате, задержала взгляд на Шэннон. — Никто ни слова не сказал, что он дышал. Он был жив?

— Когда они завернули его в полотенце, он посмотрел на меня, — Шэннон закрыла глаза, ее лицо было напряжено. — Я знаю, что он увидел меня. Он пытался что-то сказать, но не смог. Потом он один раз сжал мою руку.

Голос Шэннон надломился. То, что последние мгновения своей жизни Джои разделил с ней, а не со мной, было невыносимо. Я никогда еще не испытывала такой ненависти.

— Мы начали делать искусственное дыхание, — продолжил Адам, — а потом Шэн обратила внимание, что он больше не дышит.

Наступила тишина, словно нас накрыл туман, не позволявший произнести больше ни слова. Я услышала, что Шэннон тихо, с придыханием плачет. Все, о чем я могла думать, так это о том, что, несмотря на радость от того, что в последние минуты Джои был не один, я злилась, что меня там не было. На мгновение вся моя глубокая и черная ненависть была направлена именно на нее. Я тут же почувствовала себя отвратительно. Она же тоже потеряла Джои. Как и все мы. Я притянула Шэннон к себе, погладила ее по спине и начала задыхаться под грузом нашей скорби. Разглядывая буквы имени Джои, вышитые на его футболке, я старалась не думать о том, как дыхание, духи и слезы Шэннон выветривали остатки запаха Джои, оставшиеся на материи, которая меня сейчас укрывала.